Шакир а-Мил - Военнопленные в Центральном Казахстане

Военнопленные в Центральном Казахстане

Шакир а-Мил

© Шакир а-Мил, 2023

ISBN 978-5-0060-0209-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ВВЕДЕНИЕ

Данная работа появилась совершенно не обязательно, когда автор завершил свою более или менее фундаментальную работу: «Степлаг: Восстание, которого не было». Напомню, это так называемое «восстание» произошло в 1954 года на территории Карагандинской области современной Республики Казахстана в городе Жезказган.

В ней присутствовали несколько глав посвященные лагерям для военнопленных в Карагандинской области во время Великой Отечественной войны, которые вписались в тему книги, как исторический обзор существования различных лагерей ГУЛАГа в Центральном Казахстане до войны, военнопленных во время войны, и снова ГУЛАГа после войны.

С появлением различного рода комментариев, что не удивительно, нам бросились в глаза несколько комментарий, в которых проявлялся интерес к главам о лагерях военнопленных, описанные в книге. И нам стало понятно, что есть люди, которым эти сведения также важны и интересны. Прежде всего, историкам и исследователям. И мы подумали, что было бы неправильно не опубликовать полностью те материалы, которые изучали по ходу работы над «Степлагам» и принялись снова за работу. Эта работа показалась нам интересной по нескольким причинам. Во-первых, мы убрали очень много материала о лагерях военнопленных из «Степлага», чем значительно «облегчили» эту работу. Во-вторых, эта работа не несла никакой морально-политической нагрузки, и фактически не было боязни вновь проявить себя как «неосталинист»! В третьих, несмотря на то, что автору, вновь пришлось засесть за архивные материалы (а они оказывают очень большое моральное давление), он многое и сам познал и узнал о фактах, которые пропустил, работая над этими же материалами для «Степлага».

Ну и, конечно же, открытие каких-то новых фактов, когда эта работа начинает приносить тебе самому удовлетворение и возможность сказать что-то из этого читателю.

И здесь, пожалуй, нужно вспомнить, что современные либерасты фактически втоптали в грязь нашу Победу и, начиная с дела о Катыни и кончая с выступления мальчика из Норильска, придали к вопросу о военнопленных свой особый статус примирения и мифотворчества.

Ещё впервые соприкоснувшись с архивами одного из лагерей, я столкнулся со вступительной статьёй сотрудника этого архива, где кроме всех общих фраз о содержание и истории архива, жёстко и безапелляционно было заявлено об использовании «каторжного» труда военнопленных советской властью. Видимо такая вот «моральная» оценка архивистов и должна была, по мнению архивиста, разумеется, не без «правильного направления» либерастами, быть лейтмотивом их изучения.

К сожалению, я не оправдал их надежд. Потому что и среди тех, кто продолжал заниматься этим «каторжным» трудом здесь же уже в лагерях ГУЛАГа предателей и изменников родины, а также бандеровщины и прочих националистов не было моих родственников. Они, или погибли в боях за Родину или прошли все круги ада той войны, в том числе и плен.

P/S Автор в своей работе не пользовался никакими другими источниками, кроме архивных материалов и поэтому рекомендует не проводить сравнительного анализа с другими научными работами по данной теме. А они имеются.

Данная работа не является научной и не претендует на это, поскольку автор  публицист. И как он уже заявил в одном интервью по поводу своей работы «Степлаг: Восстание, которого не было»  не кормится с неё. Но, он убеждён, что если кто-то и кормится с этих тем, то должен писать правду, а не следовать конъектуре и указаниям свыше. Иначе говоря, нужно кормиться по совести.

Глава 1

НАШИ ЦЕЛИ И ИСТОЧНИКИ

Прежде всего, мы должны заявить, что не имеем никаких целей, кроме информативной. Мы никоим образом не претендуем на полное представление о лагерях для военнопленных в Центральном Казахстане, а лишь о тех, к архивам которых мы имели доступ. Например, в списках лагеря 99, который фактически являлся перевалочным, почти 80% военнопленных и интернированных убыли в другие лагеря или организации, которые способствовали строительству новых объектов народного хозяйства. В этих списках указаны номера этих лагерей и организаций, но отсутствуют указания, где они находились и какова дальнейшая судьба этих военнопленных и интернированных. Ясно одно, что эти объекты находились на территории Казахской ССР, иначе никак нельзя объяснить их прибытие в Караганду, в самый центр республики. Кроме того, в тех же списках, нет единого образца заполнения. Иногда в них отсутствуют указание на национальность военнопленного, место пленения, место рождения и пр. так например, графа «причина пленения» присутствует лишь в одном коротком месте списков.

Так и в архивах лагерей. В каждом из них присутствуют или отсутствуют документы различной тематики и поэтому каждый из этих архивов как бы дополняют наши знания.

Мы можем вам предложить документы архивов трёх лагерей, которые находились на территории Центрального Казахстана:

1. Лагерь 99 в г. Караганда

2. Лагерь 37 г. Балхаш

3. Лагерь 39 посёлок Большой Джезказган (позже г. Джезказган, ныне г. Жезказган)

Работа над архивами этих лагерей представилась нам интересной тем, что эти лагеря являлись разноплановыми и документы, ставшие нам доступны, представляли кроме некоторой общности, свои, характерные для них особенности.

Лагерь 99, находившийся в зоне г. Караганда, которая являлась на то время (да и в наше) крупной железнодорожной станцией и развилкой. Сюда, судя по документам, стекались крупные этапы военнопленных, которые впоследствии оседали в самом лагере, но в основной своей массе убывали в другие лагеря Казахстана и на важнейшие стройки народного хозяйства. Архивы лагеря 99, особенно полный список прибывших в него военнопленных и интернированных, дают нам представление: как обстояли дела на фронте; где наши войска дали особый отпор агрессору; когда произошли наиболее успешные военные операции; какие страны находились в состоянии войны с СССР; представители каких других народов участвовали в военных действиях; сколько военнопленных умерли, едва прибыв в лагерь, или даже по дороге к нему и т. д. Кроме того много других материалов начинающихся с устройством лагеря и вопросами снабжения во всех отношениях, начиная с транспорта (кроме автомобильного и лошадиного вместе с их списком и кличками, а также медицинского состояния), продовольственного, вещевого, медицинского и др.

Лагерь 37, находился в г. Балхаш (ставшим городом ещё в 1937 г., на 3 года позже Караганды) также являвшийся крупным индустриально-промышленным центром. Этот лагерь являлся чисто для японских военнопленных, причём весьма в этом смысле компактным, т.к. в нём находились представители в основном всего 2-х групп взятых в плен в районах г. Чаньчунь и г. Мукден. И при том, что эти военнопленные являлись для нашей страны весьма специфическими, в силу не только своей нации, языка и вероисповедания, но даже потребления особого продовольствия. Однако документы архива этого лагеря, указывают нам, что командованию лагеря всё-таки удалось найти «общий язык» с пленными по всем вопросам, в чём, собственно говоря, есть её заслуга, и в первую очередь начальника лагеря.

Лагерь 39 находился на территории современного г. Жезказган, в то время посёлок Большой Джезказган, ставшего городом значительно позже, в 1954 году и «пережившего» к тому времени лагеря ГУЛАГа  Джезказганлаг и Степлаг, где как раз в том же году произошло так называемое «восстание». Развитие джезказганского региона (крупнейшее месторождение меди) должно было начаться в 1942 году, было ускорено с первых же дней войны и немецкие военнопленные впоследствии до самого убытия на родину приняли самое непосредственное участие в этом.