Евгений Семенов - Грань стр 8.

Как то в 18:40, подходя к знанию школы, подсвеченному фонарями, грустным декабрьским вечером я увидел перед входом в школу полицейский автомобиль. Не скажу, что не люблю полицию, но если она находится на вверенном тебе под охрану объекте, то начинаешь подсознательно нервничать. Я вспоминал все происшествия вчерашней смены и понял, что они отсутствуют. Не выключали свет, не было никого, кто оставался после 19:00, все входы были заперты и это я проверял утром. Несмотря на это в здание я входил напряженным.

В фойе школы для этого времени суток собралось достаточно большое количество людей. Кроме трех сотрудников в форме, директора, дневного охранника, завхоза и заместителя по безопасности, несколько человек в штатской одежде были не знакомы мне. Все обернулись на скрип двери. Зам по безопасности Луков кивнул мне в знак приветствия. Разговор продолжился, я под пристальным взором одного из сотрудников подошел к дневному охраннику. Чувствуя, что за мной наблюдают, я тоже искоса смотрел на сотрудника. Я не слышал, о чем он спрашивал Лукова и что тот ответил, но по пропавшему к моей персоне интересе, понял, что тот получил необходимую информацию.

 Что тут происходит?  просил я у явно ожидающего этого вопроса охранника,  что-то серьезное, раз столько стажей порядка?

 Степаныч пропал.

Я взвесил информацию, на то, как ее воспринимать. Если он не вышел на работу и домашние не знают где он, то сотрудникам нет необходимости быть тут в таком количестве. Достаточно одного чтобы задать все интересующие вопросы. Если же он пропал из здания школы, прихватив что-то, то и в этом случае одного достаточно. Наличие камер существенно упрощает поиск. Насколько я помнил, поиском пропавших начинают заниматься через три дня. Если не врут сериалы. Опять же количество полицейских и активность в разговоре, что мне приходилось наблюдать выдавало, что произошло что-то не совсем обычное.

 Ннннн-на работу не вышел,  я начал заикаться, оттого, что когда начал задавать вопрос, еще думал над возможными причинами такого собрания.

 Не,  охранник уже снимал форменную куртку и вешал ее на стул, его смена закончилась, и он рассчитывал быстрее уйти, чтобы не подвергаться нисколько не нужным ему расспросам,  тут в школе пропал.

Мой взгляд оказался лучше любого вопроса.

 Да все уже осмотрели. Все закутки и каморки. Нет его в школе.

 Может, ушел?

Задавая этот вопрос, я уже знал на него ответ. Камеры просмотрены и техник из здания не выходил. Что и подтвердил дневной охранник.

 Не. Все просмотрели, каждую минуту, каждый выход он кивнул в сторону монитора наблюдения,  инструмент главное стоит, а его нет.

Расписавшись в книге сдачи объекта, он протянул мне ручку, чтобы я поставил свою роспись.

 Ну, давай,  он протянул мне руку,  как там погода? Очень холодно?

 Инструмент?

 Что инструмент?  он застегнул куртку.

 Ты сказал, инструмент есть, а Степаныча нет.

 В подвале. По камерам нашли, что он в подвал спустился. И завхоз подтвердил, что просил его посмотреть, можно ли что сделать с трубой под спортзалом. Там всегда капает, а сейчас прямо уже струя бьет. Вот его и попросили проверить, можно ли починить без привлечения теплосетей. Ну, чтобы дешевле. Он туда спустился и все. Тю-тю. Пропал. Пойду я. Пока снова с расспросами не пристали.

Он полубоком, оглядываясь на беседовавших, вышел за дверь.

Я провел около часа, пока присутствующие решали вопросы с исчезновением. Чем-либо помочь я не мог. Пересмотреть камеры могли и без меня. Но к мониторам никто больше не приближался. Видимо все, что нужно уже сохранили или пересняли на телефоны. Меня все это время беспокоил вопрос. Останется ли кто кроме меня в здании на ночь. Я планировал провести ее, как мне уже было привычно, то есть некоторую часть времени поспать, а если кто останется, то этот момент можно было пропустить.

Никто не остался.

Перед тем как покинуть здание последним ко мне подошел Луков.

 Тебе же уже все рассказали?

 Скорее всего, все.

 Смотри по камерам внимательнее. Если Степаныч смог пропасть, то может так же и появится.

 А у тебя какие версии?  спросил я заместителя по безопасности.

Тот, задумавшись, осмотрелся.

 Никаких. Веришь? Нет? Никаких нормальных версий. Никто не видел, как он выходил из подвала. На камере вход в подвал прекрасно просматривается и там тоже видно, что Степаныч не выходил.

 Может лаз там или комната секретная есть?

 Вроде все обошли. Света там почти нигде нет. Только в насосном узле. А остальное тьма. С фонариком час, а то и больше ходили. Не нашли.

 А следы?

 Вот тут-то какой-то подвох кроется. В подвал не часто ходят. И следов много только в самом начале. Около насосной. Там дальше их вообще нет, так как время от времени подвал затопляет, а там песок. Все следы и смываются. Его следы единственные, которые под спортзал идут. Несколько раз он там обошел по периметру. Наследил. Но обратно его следов не было. Когда туда мы пробирались, я заметил это. Думали, что его там приступ схватил, но оказалось все намного страннее.

Он замолчал. У меня вопросов больше не возникло.

 Ну, ты тогда внимательней смотри. Может появится, как пропал.

Луков ушел.

В ту смену я спал немного. Долго смотрел записи камер видеонаблюдения. Как мне и сказали около двух часов дня техник Степаныч укомплектованный ящиком с инструментами, спустился в подвал. Вход, невысокий, чуть больше метра в высоту и около метра в ширину, был недалеко от комнаты охраны, а двери открывались вовнутрь. Видимо ввиду того, что с освещением внизу было плохо, техник не стал запираться. Открытый вход в подвал стал центром притяжения школьников. Они заглядывали в него, делали снимки на телефоны. Пару наиболее смелых даже забирались ненадолго. В какой-то момент все присутствующие рядом с темным проемом резко отбежали. Видимо Степаныч на них крикнул, чтобы не загораживали свет.

Через час школа начала пустеть и вход в подвал перестал быть кому-либо интересен. Он так и смотрел, почти до четырех часов вечера, на мимо проходящих без особого внимания к себе. До тех пор, пока завхоз, отправивший Степаныча в подвал, видимо сообразил, что техника на месте нет. Снова вход в подвал привлек внимание окружающих, но на сей раз, это уже были работники школы. Луков совместно с завхозом несколько раз забирались с фонарями, но каждый раз возвращались ни с чем. Позднее в здании появились сотрудники полиции, и в конечном итоге я увидел себя, заходящего в школу.

Часы показывали уже почти полночь, когда я, перед тем как подремать несколько часов, отправился на обход. В нормальную погоду я всегда обходил здание снаружи, но сегодня, как и в любой другой холодный день, решил, что достаточно будет обойти по первому этажу.

Черный зев так и не запертой двери в подвал неожиданно показался мне пугающим. Странное неописуемое чувство. Я проходил мимо него множество раз, и даже не задавался вопросом, что это за нестандартная дверь. Она всегда была заперта, но думаю, что не это послужило появлением ощущения опасности, а знание, что возможно где-то там сейчас находится человек и его отсутствие покрыто некоторой тайной.

Стоя на расстоянии вытянутой руки, я направил луч фонаря в подвал. Прутья старой ржавой лестницы первое, что бросилось мне в глаза. Из-за сырости, что присутствовала внизу, все железо покрылось толстым слоем буро коричневой ржавчины, местами потертой руками спускавшихся. Пол подвала располагался в метрах полутора внизу. Прямо тут, у входа он оказался бетонным. Противоположную стену пересекали металлические трубы разного сечения и состояния. Верхние были менее подвержены коррозии. Я предположил, что это связано с температурой воды, что в них течет. Вода горячая, батарея сухая, меньше подвержена воздействию кислорода на нее.