Павел Шушканов - Магритт стр 10.

Позвякивая и покачиваясь, пересек площадь полупустой трамвайчик. Я отошел в сторону, увлекая Лань за рукав. Купил у уличного продавца две коробочки жареного риса с осьминогами и всучил одну Лани. Так мы стали похожи на двух местных придурков, уставших от приезжих и в кои веки выбравшихся на площадь размять ноги.

Точек доступа было около полусотни. Я выбрал четвертую со средним сигналом и без пароля. Если попробуют засечь круг серьезно расширится. А засечь попробуют. Тут дельцы из Агатового рынка быстро находят тех, кто шарит по запрещенному. Дальше дело техники и искусства беседы: получестная торговля, шантаж, вымогательство, игла в висок или затылок масса вариантов.

«Только для счастливых молодых родителей. Небольшая безопасная и полностью обратимая операция и вы не услышите тревожащих и раздражающих криков во сне. Гарантия отсутствия побочных последствий».

Я включил планшет и быстро нашел нужную сеть. Хризантема. Если Агатовый рынок опасная помойка, то это место мозг больного на всю голову придурка, замаскированное под полулегальный цветастый сайт продаж разнообразных услуг.

Я сразу наткнулся на запросы Марселя. Он искал особую разновидность крикеров, неотличимую от легальной. Пару раз сбывал фальшивые визы. Даже паспорт гражданина Поднебесной. А вот и то, что к теме ближе. Заказ ланей. Тут было много мерзости, но лани представлялись как что-то не слишком незаконное, хоть и дорогое. Партия из трех. Штучные. Прическа, тату и пирсинг на заказ

Я потянул Лань за руку, и мы перешли к фонтану. Тут сеть была лучше, а точек больше. Я быстро сменил доступ. В потоке лиц, подсвеченных экранами телефонов, найти меня с ходу не так просто. Если, конечно, не смотреть в камеры.

Лани. Из предлагали и покупали. Доставка из Поднебесной. Странно было бы, если бы в Сиболии кто-то открыл лаборатории такого уровня. Впрочем за подобные развлечения там за границей можно получить пожизненное. Тут обычный экспортный товар, еще и маркированный у них есть номер на щиколотке. Но что-то было не так

Я смотрел продавца за продавцом и везде видел одни и те же клоны. Видимо с различиями в рекламных картинках никто не заморачивался. И все равно странно. Ланей было три. И еще одна четвертая особый заказ. И такие же, как близняшки на другом сайте. И на третьем. Ни одна из них даже близко не была похожа на мою Лань ни лицом, ни фигурой.

Я перебежал к кафе, едва не потеряв свою молчаливую напарницу. Но она последовала за мной.

На сайте обнаружились несколько бесед, в основном со стертыми диалогами. Но один был совсем свежий только ссылка на файл неизвестному абоненту. Влекомый любопытством, я немедленно перешел по ней. Хотя краем глаза уже видел хмурых типов, потирающих носы и уши, неспешно озирающихся. Их становилось на площади все больше.

За ссылкой пряталось видео. Марсель был расстроен он потирал лоб ладонью. Позади него лежал в куче поломанных механизмов человек в черной рубашке.

«Он ничего не говорит. Я спрашивал. Ты знаешь, как я могу спрашивать. Но похоже, что он полностью поехал крышей. Прости за западный сленг это означает, что сошел с ума. Смотри».

Марсель поднял незнакомца за воротник, встряхнул. Ко лбу и щекам того прилипли мелкие шестеренки и пружины. Переносица была рассечена, и кровь заливала губы.

«Где? Где ты был? Что ты там видел?»

Но тот только покачивал головой в такт несильным ударам по виску. Марсель отшвырнул его в сторону. На стене позади него висели схемы и небольшой рекламный плакат «Мастерская Стеблова».

«Механические компьютеры господина Стеблова»  всплыло в памяти. Это была газетная вырезка в номере отеля.

Марсель сокрушенно покачал головой в камеру и остановил запись.

Я пытался углубиться в поиск, но графический режим Хризантемы имеет свои ограничения. Не пробиться дальше фасада рынка с нелегальными и мерзкими товарами.

Тогда я выключил планшет. Выключил полностью и припрятал в карман. Один тип в темных очках, внутри которых плясали цифры, прошел мимо меня, задев рукавом. Я аккуратно отстранился, делал вид, что усиленно доедаю остывший рис. Еще один выглядывал поверх толпы. Я пересекся с ним взглядом, наградил имбецильной улыбкой и шагнул прямо к нему, покачивая головой в такт музыке. Он отвернулся.

 Идем,  тихо шепнул я Лани, словно она понимала, и едва заметно похлопал в ладоши перед ее ухом. Она с готовностью пошла следом за мной, не выпуская коробку с рисом из рук.

Мы потонули в толпе. К платформе идти было небезопасно. Где-где, но там точно спросят кто ты такой и что в карманах и почему так поспешно покидаешь площадь Шань, поэтому два квартала мы не спеша брели вреди высоких зданий, в окнах которых отражалась реклама и фонари. У залитой оранжевым светом платформы «Юг-Центр», дорогу нам преградили танцующие зазывалы ресторана «Зиббан» в темно-фиолетовых плащах ассасинов. В узкие прорези между капюшоном и платком глядели поблескивающие отраженными огнями зрачки. Я обернулся. Похоже было, что мы вырвались и не привлекли внимания местных шнырей. Рядом полыхнуло пламя глотателя огня. Я улыбнулся с выражением поддельного восторга на лице, и мы заспешили к платформе.

***

«Держи свою дверь открытой».

Мне следовало постоянно помнить эту фразу. Широкая рука толкнула меня в спину едва я открыл дверь и вошел в квартиру. Сопротивляться смысла не имело. Я настороженно осматривался боковым зрением, хотя и не сводил глаз с полноватого азиата, развалившегося в моем кресле. На нем был свитер, хотя на остальных троих, стоявших у окна, шкафа и двери душевой дешевые мятые костюмы. Того, кто ударил меня в спину, я не видел. Человек в кресле вертел в пальцах оборванный провод от Бокса, на его пухлых запястьях чернели браслеты из крупных агатов. На экране моего ноутбука виднелись десятки раскрытых папок.

Человек у окна выглянул за штору, что-то сказал, но я ничего не понял. Он говорил на кантонском. Пухлый снял круглые очки и поднял подбородок, словно хотел кивнуть мне, но замер на середине движения.

 Мо говорит, что у тебя из окна прекрасный вид,  он произнес это с ужасным акцентом и очень тихо.

 Благодарю,  кивнул я.  Но это моя квартира.

 Верно, господин Лим. Подписка «С»: хорошая, но маленькая квартира в центре, проезд на общественном транспорте, двадцать шесть каналов, хотя телевизора у вас я не видел, весьма средний по скорости интернет, пакет продуктов раз в неделю вроде бы все съедобное, но не особо вкусное. Хотя лично мне понравился рулет.

 Что вам нужно?  спросил я, бросив взгляд на парня у душевой. Он был самым опасным из всех стоял далеко и наверняка был вооружен. Если вбить пухляша в кресло отправить Мо за окно, то призрачный шанс еще был. Но тот парень слишком далеко.

 Только две вещи, господин Лим. Первая чтобы вы кое-что вспомнили, а вторая чтобы кое-что забыли. И лично мне намного важнее первая.

Пухляш перегнулся через подлокотник и что-то набрал на моем ноутбуке. Я вдруг понял, что это чат.

 Она милая, но совершенно тупая. Надеюсь, это у вас не семейное.

Я облизнул губы.

 Что я должен вспомнить?

 Думаю, вы и сами догадываетесь. Мне нужно знать где сейчас один ваш приятель, и вы точно в курсе у вас его вещи,  он наклонился и взглянул на Лань.

 Марсель Моно? Да, это мой друг, но он умер. Покончил с собой этой ночью.

Пухляш покачал головой.

 Боюсь, что вы не понимаете. Мне не важно кто там и когда покончил с собой. Мне интересно только одно где господин Моно. Не заставляйте меня просить вас более убедительно.

 Он умер, черт вас дери!

Азиат вздохнул, что-то сказал на кантонском парню у окна. Тот кивнул и шагнул ближе ко мне.

 Тяжело с вами. Умер-не умер Где он?