Жан Копжанов - Признаки жизни стр 7.

Еду довольно-таки быстро, не замечая, как мелькают улицы и светофоры. Резкие движения, обгоны и перестроения добавляют ощущение драйва. Стараюсь все держать под контролем и не терять голову, понимая, что безопасность на первом месте. Продуманный риск, когда прежде чем отрезать, я семь раз отмерю. Кажется, что после каждого маневра я искал ее одобрительный восхищенный взгляд, в этих эмоциях я нуждаюсь с того момента, как они сели в машину.

На Розыбакиева бывает тесно: на обочинах часто паркуются и занимают крайнюю полосу движения, порой и вовсе кажется, что едешь по двору. В такие моменты мне в радость даже небольшая пробка около пешеходного перехода или перекрестка, так как есть безопасная возможность вовлечься в беседу или снова взглянуть назад.

Тем временем на фоне всего этого играет музыка. Мой «особый» плейлист усиливает во мне чувство момента. Возможно, лишь я один в салоне испытываю такие ощущения. Раньше я слушал эту музыку лишь в дешевых проводных наушниках, которых хватало максимум на пару месяцев, а то и недель.

В потоке воспроизведения начинается саундтрек под названием «Туман», который поэтически вписывается в текущий момент и создает неповторимое чувство соответствия слов и состояния души.

Я путник, моя дорога через туман,

впереди сияет моя Джомолунгма.

Через пески добраться до воды бы,

голова в тиски, все мысли на дыбы.

Мне б увидеть свет в конце пути,

оставить след и продолжить идти.

Пассажиры наслаждаются приятной беседой и поездкой, а мне достается порция удовольствия от музыки и песни, слова которой я знаю наизусть. Процесс же вождения дает мне больше уверенности и некий контроль над ситуацией. В голове я обдумываю примерный маршрут, чтобы увидеть и показать красивые места, даже если придется проехать лишний квартал.

Наведение суеты приятное бесцельное времяпровождение ради самого времяпровождения. У итальянцев это часть культуры сладкое ничегонеделание. Блаженное безделье, чтобы собрать рассеявшуюся в рутине энергию. У меня случаются периоды, когда суета это некий образ жизни: двигаться по течению, не зная, что будет через час. Легкость на подъем, быстрые необдуманные решения и краткосрочность становятся на первый план. Такое происходит от страха не успеть насладиться, ненасытности и потребности в новых быстрых эмоциях.

 У тебя красивые глаза,  твердо говорю я, невзирая на то, подходящий ли для этого момент.

Эльмира снова смущается. Неожиданный комплимент, еще и в присутствии Жулдыз и Хамита. Я смотрю на ее глаза, которые не знают куда деться: то на подругу, то в окно, в котором мелькающие здания и столбы фонарей.

 Хех, спасибо,  отвечает она робко.

Хамит и Жулдыз приутихают и с интересом наблюдают за нашим диалогом.

 Сделаешь моим детям такие же?  говорю я и улыбаюсь, чтобы избежать смущения и пододвинуть флирт поближе к юмору.

Не всегда подобного рода слова находят правильный отклик, тут уже как пойдет.

 Ой-бай,  говорит Жулдыз протяжно и с долей сарказма, и смотрит на подругу.

Эльмира смеется, мило прикрывая лицо, скрывая эмоции. Впервые, я не вижу ее глаз. Зато узнаю, что у нее маленькие руки и тонкие пальцы средней длины.

 Не дай Бог, конечно, чтобы у детей были твои глаза!  говорит Хамит.

Он похлопывает меня по плечу.

 Ой-ой!  говорю я и взрываюсь смехом.

И при этом соглашаюсь с его словами. У меня действительно несимметричное расположение глаз: один несколько выше другого, при этом немного наклонен под углом. Это не совсем заметно. Однако если смотреть в упор, то может показаться, как будто два разных глаза небрежно посадили на суперклей, отвлекаясь и смещая пальцы, которые держали глаза, пока он высыхает. Это никак не влияет на зрение, если только не моргать поочередно то одним, то другим глазом тогда картина мира резко сменяет ракурс.

 Глаза это зеркало души,  говорит Жулдыз.

На перекрестке улиц Жандосова и Розыбакиева я решаю свернуть направо, чтобы затем проехать по навесному мосту мимо высотных башенблизнецов, красота которых проявляется ночью с футуристическим сиянием светодиодных линий. Во время тумана такое свечение изысканно как никогда.

Еду в направлении Новой площади, чтобы подышать свободной грудью от широты улиц и пропитаться духом этого легендарного места. Замечаю, что очень часто меня тянет сюда. Стараюсь строить свой маршрут, чтобы проехать именно по этому месту, а также люблю здесь гулять, сидеть на лавочках, смакуя красоту гор и грандиозность построек. Эстетика незабываемых локаций пленительной ночной Алматы.

Мы уже знаем общую информацию о девушках: где учатся, где живут, чем занимаются в свободное время, основные интересы и хобби. Находим совместные темы для разговора и ведем непринужденную беседу так, как будто знаем друг друга много лет и расстались только вчера. Всегда интересно раскрывать нового человека с нуля, вникая в его слова и интонацию, узнавать подробности о жизни и делать выводы. Бывает, что при знакомстве с людьми мы наделяем их порой несуществующими качествами, чтобы их лица стали нам родными, своими. Всегда видим в другом человеке только хорошее, и только время в итоге ответит на все вопросы и покажет истинную суть.

 Расскажите о себе, чем увлекаетесь?  спрашивает Жулдыз.

 Да, а то все время только мы говорим. Так нечестно,  говорит Эльмира.

Она переглядывается с подругой, затем смотрит на меня через зеркало. Наше с ней зеркало.

Хамит подхватывает тему.

 У вас просто милые голоса, как мелодия.

 А молчание словно в уши мед,  говорю я, подкалывая девушек.

Однако мы с Хамитом здорово их разговорили, в определенный момент мне даже показалось, что они никогда не замолчат. Дайте девушке ощущение спокойствия и свободные уши, затем лишь готовьтесь вовремя кивать и имитировать интерес к непонятным разговорам обо всем на свете.

 Ну мы простые ребята, учились в одном университете. Я в банке работаю, а Ера маркетолог эм, брат, где ты работаешь?  говорит Хамит.

Девушки улыбаются.

 Я спасаю планету для вас,  отвечаю я. «В экологической компании».

 А, вот, да, вспомнил.

 Это круто,  говорит Эльмира.

Она заинтересовалась, хотя я не делаю ничего глобального. Сижу в офисе с утра до вечера, не отрываясь от монитора.

Я всегда желал работать над чем-то важным. Амбиции это полная ерунда. Как погоня за дымом. Сначала думал, что большего не надо: хорошая работа, почетная грамота с высокопарными словами, стильный рабочий стол и хороший офис А когда все это получил, почувствовал лишь недоумение, потому что был не настолько счастлив, насколько ожидал.

Мы приближаемся к Новой площади. Стоим перед светофором на улице Желтоксан. Хамит берет мой телефон и приближает его к моему лицу, чтобы разблокировать при помощи идентификации, а затем переключает музыку. С левой стороны я едва вижу памятник, посвященным жертвам тех декабрьских дней. Во время тумана этот памятник выглядит страшно. Он стоит в темноте и не освещается, как и сама правда о тех событиях. Прямо по улице горит огнями площадь. Высокие придорожные фонари, на зданиях развешана новогодняя иллюминация.

Как только мы проезжаем светофор и оказываемся на самой площади, Хамит и обе девушки достают телефоны и начинают снимать окружающее на камеру. Это выглядело немного странно. Почему бы не впитывать красоту своими глазами, почему все норовят заснять нечто на камеру, чтобы потом выложить в социальные сети для тех, кому и дела до этого нет, или же есть только затем, чтобы молча завидовать, сидя на кухне в одиночестве? Однако я и сам грешил этим снимал все подряд, особенно когда купил свой первый американский телефон с улучшенной камерой. Несмотря на то, что взял эту вещь в кредит, она придавала мне мнимое ощущение успешности.