Всего за 109 руб. Купить полную версию
Через, казалось, настоящую вечность, она поняла, что он прижал её своим телом к кровати: она лежала на животе, уткнувшись щекой в одеяло, и чувствуя его крепкий подбородок у себя на голове. Он словно пытался максимально сильно вдавить её в кровать, вонзая пышущий кровью член всё сильнее и сильнее, всё быстрее и быстрее. Она опять почувствовала его поцелуй на своей шее. Глаза её почти закрылись: она полностью отдалась ему. Завтра, конечно, всё это будет выглядеть иначе, но сегодня она испытывала такое наслаждение, коего не испытывала ещё никогда
Конечно, у неё были парни, но они все как-то померкли перед этим загорелым самцом А Тоша вообще, наверное, и в двадцать лет бы не смог с ним конкурировать.
Мысли о нём могли бы её отрезвить, но в этот раз не помогли неустанная секс-машина и не думала останавливаться, поэтому она так и лежала с закрытыми глазами, стараясь очень уж громко не стонать, чтобы соседям не мешать
Она открыла их как раз в тот момент, когда в комнату вошёл смуглый парень-брюнет, которого Катя представила как Фаруха, учившегося на факультете международных отношений. Он улыбался со странным пониманием, и Алина машинально попробовала встать, но «Джон Доу» и не думал отпускать её. Он что-то бросил Фаруху, и тот рассмеялся.
Стой! Стой! выпалила Алина отчаянно, но это не помогло: самец продолжал сношать её, как в последний раз. Она попробовала вырваться, но его масса в девяносто килограммов ничуть не сдвинулась, лишь усмехнулась. Возбуждение Алины начало скукоживаться, испаряться, исчезать. Остановись! Хватит!..
Фарух полез за телефоном, и в следующий ужаснейший и гадостнейший момент Алина увидела, что он начал снимать их секс, продолжая ухмыляться. Она же снова попыталась вырваться, но безуспешно это лишь раззадорило её нового знакомого, его член стал стоять будто ещё твёрже. Стоны продолжали литься из неё, как ржавая вода из прогнившей трубы, и она ничего разумнее не нашла, как просто схватить покрывало и попытаться закрыть своё лицо Слёзы подступили к её глазам неожиданно: стыд пришёл внезапно, как раз в тот момент, когда «Джон Доу» закряхтел и вытащил агрегат наружу. Горячая жидкость полилась ей на задницу, и она тут же попробовала подскочить на этот раз удалось. Ноги её дико дрожали, и она чуть не упала, будто лежала тут два часа в одной позе.
Натянув трусы, а затем брюки, даже не застёгивая ни ремня и ни ширинки, она спешно стала уходить, подняв к лицу свою сумочку, чтобы Фарух, если даже и продолжал снимать, то хотя бы без лица. Она слышала их смех, но взглянуть на них так и не решилась.
Алина резко оказалась на кухне, где Катя уже пила чай, сидя в одной своей расстёгнутой блузочке. Рядом с ней сидел другой тот худой африканец-тренер пловцов, смотревший на неё так, будто она была отлита из золота.
Алинка-малинка, иди к нам! весело сказала Катька, но та не стала смотреть на неё, побежав к выходу.
Стремительно выбравшись в подъезд, она стала спускаться по лестнице, слыша громыхающие у кого-то на этаже музыкальные колонки. Она быстро-быстро перебирала ногами, чувствуя небольшое жжение внизу и мокрое нижнее бельё. Алкоголь из неё неуклонно выветривался, а щёки её горели так, что от них можно было прикурить сигарету.
Оказавшись на улице, она даже забыла в один момент, где находится, но потом собралась с силами и стала быстро уходить как преступник, покидающий место со стопроцентными уликами. Надо вызвать такси, потому что пешком ей отсюда будет не дойти.
ВТОРОЕ ИЮНЯ, 5:30
Она надеялась, что Антон спал, но, конечно, она ошибалась: он сидел на кухне и снова пил воду из кружки, одной рукой вяло тыкая свой смартфон, лежавший на столе. Читал новости он обычно читал новости, когда ему не спалось, и от этого ему не спалось ещё больше.
Она тихо закрывала дверь, стараясь не хлопать ей и не скрежетать, но Брюзгин характерным покашливанием дал понять, что она может не бояться его разбудить. Алина робко заглянула в комнату, очень надеясь, что не выглядит слишком пристыженной, что на ней нигде не написано, чем она только что занималась.
Он посмотрел на неё серьёзно, оглядел с ног до головы, будто пытаясь отыскать на ней следы спермы «Джона Доу» или Мераба. Но это только ей так показалось он смотрел на неё чуть дольше, чем обычно, а потом снова уткнул взгляд в дисплей.
Что, соскучилась по своему жиробасу?
Не говори так, сказала она, но даже сама услышала, что её голос очень странно звучит Иначе и не сказать. Какой-то раскаивающийся, заискивающий, что ли.
Ты пила?
Сердце у неё грохнулось куда-то вниз
«Да, я пила, а потом меня трахнули. И сняли это ещё на телефон».
В другой раз, конечно, это могло прозвучать и забавно: пила Нет, я не пила, я долото. Но сейчас ей особо смеяться не хотелось, у неё внутри ещё гуляло эхо фрикцией её нового знакомого. И смазка. Уйма смазки.
Немного, сказала она, пытаясь совладать с дрожащим языком.
С Катькой?
Да, ответила она и даже не соврала. Пошла к ней
Ну да, куда же тебе ещё было идти, буркнул он, но заметно смягчился. Наверное, он сильно переживал, но старался не показывать вида. Чуть дальше телефона стояла пепельница с несколькими раздавленными окурками. Я уж собирался звонить. Куда-нибудь. Искать тебя.
Всё обошлось, ответила она. Я так устала. Извини, что я вспылила.
Нет, это ты меня извини.
Пожалуй, я пойду спать.
Ты разве не хочешь об этом поговорить? удивился он. Я думал, нам надо понять, как избегать таких ситуаций. Ты пойми, я же смотрю за производством, и мне очень важно, чтобы всё производилось в нужное время, в нужном объёме, в нужный срок. И здесь в бытовой жизни точно так же, как и там, на работе. Нам надо твёрдо понимать
Завтра поговорим. То есть, сегодня, но позже.
Хорошо.
Она прошла в спальню и быстро принялась снимать с себя брюки, чтобы смять их в комок, вытереть свою задницу и забросить их комком под кровать А уж завтра она и помоется, и постирается И хорошо, что ей к третьей паре, иначе бы не успела ничегошеньки. Алина быстро улеглась на ложе, накрывшись одеялом её не смутила даже стоявшая духота. Было как-то стыдно Потом она подумает хорошенько над всем этим, но пока надо было как-то дождаться подходящего часа, чтобы остаться одной.
Он вошёл следом и тоже принялся взбираться на кровать, стал раздеваться. И скоро раздался его едва слышный храп он вообще почти не храпел, зато много ворочался. А она так и лежала в кровати, и сон к ней не шёл. Страшно подумать, как утром она будет выглядеть В голову полез её новый знакомый, прижимающийся к ней, держащий её за руки. Но в этот раз она не испытала возбуждение, а наоборот отвращение.
И она так пролежала, пока Тоша через некоторое время не проснулся. Он стал собираться на работу Надел свежую рубашку, лёгкий пиджак, но завтракать не стал. Покурил и ушёл. Она же всё это время делала вид, что спит И, убедившись, что он точно ушёл, пошла в душ отмываться от прошлой ночи.
Алина всё ещё чувствовала себя неприятно стыд лишь усиливался. Она хотела бы, чтобы это всё оказалось лишь дурным сном, но внутренний голос ей тут же подсказал, что сон был вовсе не таким уж и дурным. Секс был хорош всё-таки.
Краска опять залила её лицо. Какой же это стыд! И она чуть себя не выдала Надо вести себя естественнее, естественнее!
Алина тоже стала собираться на работу университет ждал. Надо как-то продержаться этот денёк, а дальше станет куда проще. Всё забудется, всё обязательно забудется так уж мозг устроен: стирает плохие воспоминания.
ВТОРОЕ ИЮНЯ, 11:30
Брюзгин вёл себя очень беспокойно просто не находил себе места. Он и вставал, и снова усаживался, плюхался на кресло, снова подрывался, оглядывался. Мутноватые глаза его бегали из стороны в сторону. Он в третий раз хотел закурить, но худой мужик в белом халате с выбритыми висками снова отобрал у него сигарету. И строго покачал головой.