И он явственно увидел, как Минни с голубого экрана компьютера протянула руку в темноту его комнаты, к нему!
Словно под воздействием гипноза, и он протянул ей руку навстречу и невероятно, но так оно и произошло ощутил в своей руке ее маленькую, теплую, живую ладонь.
А теперь закройте глаза и представьте себе, что шагнули мне навстречу, услышал он ее тихий, вкрадчивый голос.
И он сделал этот шаг
Ну вот, теперь глаза можно открыть.
Я пригласила вас немного погостить в моей любимой Дании, в нашем дворце, там, где прошло мое детство.
Он открыл глаза и увидел, что сидит на берегу моря на камне. Перед ним, насколько охватывает взор, расстилается морская гладь. Июльское полуденное солнце бросает слепящие блики в сине-зеленую рябь воды.
Неподалеку молодая стройная женщина в длинном, почти до пят, платье, стоя у самой кромки воды, призывно машет рукой малышке, весело резвящейся в волнах прибоя довольно далеко от берега.
«Кто эта отважная девчушка? подумал он. Неужели?..»
Да-да, вот такой я была когда-то, услышал он голос Минни за спиной. А кто стоит на берегу и тщетно взывает к разуму своей непослушной дочурки, вы, сударь, похоже, уже догадались.
Королева Луиза? Ваша матушка? Я не ошибся? обернулся он, чтобы увидеть ту, другую, Минни, которая увлекла его в это невероятное путешествие.
Но не увидел.
Минни, Мария Федоровна! в панике воскликнул он. Где вы? Не оставляйте меня здесь одного!
Не пугайтесь, я здесь, рядом. Но по-моему, нетрудно сообразить, что, пока вы тут, с ними, в этом времени, вы не можете меня видеть. Впрочем, так же как и они не увидят, не услышат и не почувствуют ни вашего, ни моего присутствия. Трудно, но вы должны понять, что они есть только для вас, а на самом деле их давно уже нет и само это мгновение давно кануло в Лету, в бездонную копилку всего того, что было, что есть и что будет когда-нибудь. А вы просто с моей помощью заглянули в эту копилку.
Но это же невозможно! До сих пор не могу в это поверить.
Опять вы за свое! Как вам еще объяснить Ведь вас не удивляет, когда воспоминания переносят вас в далекое прошлое, когда перед вашим мысленным взором проплывают живые картины вашего детства или юности, когда вы до мельчайших подробностей, деталей видите комнату, которую сняли ваши родители сразу после женитьбы, и себя в ней. Вам тогда не исполнилось еще и семи лет. Наверняка не забыли вы и свой первый поцелуй, и ту девчонку, которую вы когда-то впервые поцеловали, провожая с танцев, или весеннюю вылазку в лес с друзьями и подружками треск сухого валежника в пламени ночного костра, холодок за спиной, веселое журчанье лесной речки под высоким берегом
Откуда вам все это известно? удивился и даже возмутился он.
Все это хранится в той самой копилке Вечности, в которую и вы сейчас заглянули с моей помощью. А чтобы вам было понятней, приведу такой пример. Вы включаете телевизор и смотрите кадры хроники минувших лет, видите людей, которые давно уже покинули тот мир, в котором вы живете, наблюдаете за событиями, которые давно стали прошлым, историей; на экране бегают, резвятся, смеются младенцы, успевшие вырасти, состариться и умереть; вы слышите залпы орудий и вот уже через минуту видите мирного сеятеля, перепахивающего землю, которую взрывали снаряды тех орудий в давно отгремевшей войне Всего этого уже нет, но вас не удивляет то, что вы все это видите на экране, след прошлого остался в этой новой вашей жизни, в вашем времени. А теперь вот еще и компьютер, бесконечный мир интернета, виртуальная реальность В этом словосочетании главное слово «реальность». Непреходящая реальность! Теперь поняли?
Немного успокоились? Тогда оставайтесь и наблюдайте, будьте рядом, запоминайте, но не вмешивайтесь ни во что. А я ненадолго отлучусь, оставлю вас с ними наедине. У меня ведь и других дел полно. Впрочем, сказала она на прощанье, мне кажется, нам пора перейти на «ты» и к более неформальному общению. Эти дурацкие «выканья» сбивают меня с толку. Признаться, я уже давно отвыкла от этих земных светских условностей. Там, где я теперь, это не принято.
Что ж, если не принято, тогда конечно Тогда я постараюсь И все же не оставляй здесь меня одного надолго, а то мне все еще как-то не по себе от всего происходящего.
И он остался один. Точнее, совсем в другой компании.
Минни! все строже, но тщетно продолжала взывать королева Луиза. Минни, умоляю тебя, не заплывай так далеко! Сейчас же вернись назад!.. Ну погоди, все отцу расскажу, уж он тебе задаст жару!.. И через минуту снова, не замечая, что уже сама ступила в воду: Минни, детка, ты уже плещешься целый час, а вода в море такая холодная! Вот простудишься, заболеешь что я с тобой буду делать?.. Ганс, милый, хоть вы ей скажите, чтобы она наконец вылезла из воды! Может, вас она послушается, всплеснув руками, обернулась королева к старику, стоявшему в сторонке и с рассеянной улыбкой наблюдавшему за этой картиной.
И он, следом за королевой, посмотрел в ту же сторону.
«Да это же Это же великий сказочник Ганс Христиан Андерсен!» воскликнул он. И тут же, спохватившись, зажал рот ладонью, совершенно забыв о том, что его никто не может услышать.
Минни, детка, послушай старика! Плыви поскорее к нам, тяжело ступая подагрическими ногами, подошел ближе к воде, к пенным волнам прибоя, Андерсен. Я почитаю тебе новую сказку, которую этой ночью начал писать для тебя. Для меня важно, понравится ли тебе моя задумка и писать ли мне дальше или бросить и придумать что-нибудь другое. Может, и ты мне что-нибудь подскажешь? Ведь ты всегда помогала мне советом. Но если ты не будешь послушной девочкой, я не стану делиться с тобой своим замыслом.
Минни обернулась на зов сказочника, помахала ему рукой и тут же послушно поплыла к берегу.
Выйдя из воды, опасливо посматривая на мать, вытерлась большим полотенцем, накинув на плечи легкий халатик, встала на цыпочки, прильнула к ней хрупким тельцем и, когда та наклонилась к ней, чмокнула холодными, мокрыми губами в щеку.
Не сердись, мама, мне совсем не холодно! А море Оно такое доброе. Оно меня любит Ты только не говори ничего папе.
Ладно уж, так и быть, на этот раз не скажу. Но и ты тоже не будь такой упрямой, слушайся маму.
Ганс, стоя в сторонке и попыхивая трубочкой, с умильной улыбкой наблюдал эту сценку.
Ну, рассказывай! подбежала к нему Минни. О ком твоя новая сказка?
О тебе, моя дорогая Минни.
Выложенной тесаным камнем тропинкой они поднялись по крутому склону и разместились в ажурной беседке, из которой открывался удивительной красоты вид на море. Над их головами в небесной вышине парили стаи белоснежных крикливых чаек. А за спинами живая зеленая фантазия старого королевского парка, витиеватые дорожки, тенистые аллеи, цветники, скульптурные композиции и фонтаны. И щебет невидимых птиц в густой кроне деревьев.
Он тоже, никем не замеченный, следом за ними направился к этой беседке, но не вошел в нее, а стал наблюдать за тем, что будет дальше, прислонившись спиной к стволу вековой сосны.
Словно из-под земли бесшумно появившаяся служанка принесла на подносе и разлила по чашкам горячий чай, поставила в центре стола хрустальную вазу со сладостями и так же бесшумно ушла, скрылась за поворотом тропинки.
Ну слушай, моя дорогая русалочка, сделав глоток чаю и нацепив на нос очки, сказочник с таинственным видом извлек из своей сумки потрепанную тетрадочку и, положив ее перед собой на стол, взглянул поверх очков на выжидающе замершую маленькую принцессу. «Далеко в море вода синяя-синяя, как лепестки самых красивых васильков, как самое чистое стекло, только очень глубока, так глубока, что никакого якорного каната не хватит Там, на дне, живет подводный народ Там растут невиданные деревья и цветы с такими гибкими стеблями и листьями, что они шевелятся, словно живые, от малейшего движения воды. Между ветвями снуют рыбы, большие и маленькие, совсем как птицы в воздухе у нас наверху. А в самом глубоком месте высится дворец морского царя. Стены его из кораллов, высокие стрельчатые окна из самого чистого янтаря, а крыша сплошь раковины»