Копосова Елена А. - Пони стр 8.

 Какого черта!  удивился он при виде меня.

 Не стреляйте, пожалуйста!  вскрикнул я, вскинув руки вверх.  Я всего лишь ребенок.

 Это я вижу. Что ты тут делаешь?

 Я заблудился.

 Откуда ты?

 Из Боунвиля.

 Кто такой Митиваль?

 Я ищу своего папу.

 Митиваль твой папа?

 Нет! Я заблудился! Прошу вас, помогите мне.

Старик как будто растерялся. Он тяжело вздохнул, и в его вздохе мне почудилось раздражение,  видимо, он был недоволен тем, что встретил меня. Пистолет он все-таки опустил.

 Не следует тебе бродить тут в одиночку,  проворчал он.  Ты же совсем мал. В этом лесу водятся пантеры, они вспорют тебе живот и насухо оближут твои кости быстрее, чем ты успеешь оглянуться. Слезай-ка со своего коня и иди за мной. Моя стоянка в ста ярдах. Да пошевеливайся. Я как раз собирался разжечь костер.

Так я познакомился с Инеком Фармером.

5

Когда события выходят из-под контроля, задавать вопросы нет особого смысла. Я слез с Пони, взял его под уздцы и пошел за стариком с опушки в гущу леса.

 По пути подбирай крупные сучья,  велел он мне, не оглядываясь.  Но тополь не бери, от него один дым. А для растопки будут нужны хвойные ветки. Только не уколись, у них иголки страх какие острые.

Так мы и шагали он впереди, я с Пони чуть позади,  пока не вышли к небольшому ручью, который я без труда перепрыгнул. На другом его берегу мы пересекли болотистую прогалину и рощицу кленов, утыканных красноватыми почками. Наконец мы оказались на лужайке, где были навалены обгорелые бревна и угли старых кострищ. Я бросил собранный по дороге хворост на камень и отвел Пони к поваленному клену примерно в дюжине футов от костра. Там уже стояла привязанная к толстой ветке понурая гнедая кобыла с близко посаженными глазами лошадь старика. Едва мы приблизились, как она оскалила зубы, словно злобный сторожевой пес. Однако Пони не обратил на нее ни малейшего внимания. Он просто мотал хвостом, пока я привязывал его в паре футов от кобылы.

Когда я вернулся на лужайку, старик стоял у груды дров и выбирал щепки потоньше.

 У тебя спички есть?  спросил он, по-прежнему не глядя на меня.

 Да, сэр.  Я вытащил из своего кошеля коробок спичек.

 Умеешь огонь разводить?

 Если только в печи. А костер в лесу нет, не пробовал.

 Если не можешь зажечь костер, считай, что ты мертвец.  Он с трудом сел на бревно и стал растирать спину.  Я покажу тебе, что надо делать. Зовут-то тебя как?

 Сайлас Бёрд.

 А я Инек Фармер,  представился старик.  Ты взял с собой еду, Сайлас Бёрд?

 Да, немного солонины и хлеба.

 Я гнался за кроликом, но ты помешал мне своими криками,  с упреком сказал он и стянул сапоги.  А больше у меня нет сил охотиться.

 Можете взять еду у меня.

На это он заулыбался:

 Что ж, спасибо, Сайлас Бёрд. Какое забавное у тебя имя.  (Его борода обрамляла подбородок короткой белой щеткой.)  Ну что, Сайлас Бёрд, разведи-ка огонь, у меня спина что-то совсем разболелась. Потом мы сварим из твоей солонины похлебку. А как поедим, ты расскажешь мне, что, во имя святых, ты делаешь в этой глухомани. Как тебе такой план?

 Хорошо, сэр.

 Вытри лицо, кстати. Оно у тебя в чем-то измазано.

 Да, сэр,  ответил я, плюнул на ладонь и постарался оттереть засохшую кровь.

 Ты поранился или что?

 Нет, сэр.

Старик снова смерил меня недоверчивым взглядом, но все-таки научил разводить костер как складывать дрова, где поджигать щепу. Он не столько говорил, сколько ворчал. Вскоре я узнал, что этот человек без малейшего стеснения рыгает, портит воздух и сквернословит. Он был полной противоположностью Па.

Костер в конце концов разгорелся. Тогда я под руководством Фармера оторвал кусок коры с дерева и свернул в некоторое подобие миски. В ней мне удалось вскипятить воды из ручья, в которую мы потом бросили солонину. Получилась отличная похлебка. Я с жадностью набросился на нее, макая в ароматную жидкость хлеб. Оказывается, я ужасно проголодался.

Старик закурил трубку и с любопытством наблюдал, как я ем. Опустошив миску наполовину, я протянул ее Фармеру.

 Да я уже перехотел,  пробормотал он.  Сам доедай.

 Спасибо.

 Что же,  произнес он, когда я наконец насытился,  пришло время выслушать твою историю, Сайлас Бёрд. Как это ты, черти тебя дери, оказался ночью один в лесу?!

Я отогрелся у огня, размяк от сытости. До того момента меня настолько поглощали насущные задачи, что не было ни минуты осознать ситуацию, в которой я оказался. Поэтому подобие участия, прозвучавшее в голосе ворчливого старика, застало меня врасплох. По щекам потекли слезы, и я стал тереть глаза рукой, делая вид, что прослезился от дыма и искр. Но на самом деле это вырвались наконец наружу последствия дня. Я рассказал старику коротко, что случилось. Как трое всадников забрали Па среди ночи. Как Пони вернулся ко мне и как я увидел в этом знак, что нужно ехать искать Па. Как я оказался в Чащобе. И как я потерялся. Конец.

Мистер Фармер кивнул и задумался над услышанным. Потом он выпустил из ноздрей длинные, словно щупальца, клубы табачного дыма. Пальцы, сжимавшие трубку, были толстыми и корявыми.

 Так, значит, вы не ждали этих всадников?  наконец спросил он.  Они сами к вам явились? А твой Па никогда с ними дела не имел? Не встречался с ними раньше?

 Нет, сэр.

 А чем твой Па зарабатывает на жизнь?

 Вообще он сапожник, но теперь стал коллодиотипистом.

 Кем-кем?

 Это такой фотограф.

 Что-то вроде дагеротиписта?

 Да.

 Как его зовут?

 Мартин Бёрд.

Мистер Фармер задумчиво почесал бороду, будто припоминая что-то.

 Ну а кто тогда тот Митиваль, которого ты звал?

В своем рассказе я ни разу не упомянул Митиваля. Наверное, надеялся, что Фармер забудет, как я звал Митиваля. Я опустил голову и промолчал.

 Послушай-ка, сынок,  начал мистер Фармер,  ты серьезно вляпался, сунувшись в Чащобу. Просто чудо, что тебя занесло в эту часть леса, а не в Топи. Там такая трясина, что проглотила бы тебя живьем. И если бы я не нашел тебя, то страшно подумать, что бы с тобой стало. Так и быть, утром я выведу тебя из Чащобы, хоть мне и не по пути. Но ты должен выложить мне все начистоту, Сайлас Бёрд. Ты пришел сюда один или здесь есть кто-то еще, о ком я должен знать?

 Нет, здесь нет никого, о ком вам нужно знать.

Он опять уставился на меня с недоверчивым прищуром.

 Знаешь, у меня внук примерно твоих лет,  вдруг сказал он.  Тебе сколько девять, десять?

 Двенадцать.

 Да ты что?  удивился он.  Какой-то ты мелкий для своего возраста. Смотри сюда, Сайлас Бёрд.  Он сунул руку в карман пальто, вытащил жестяной значок и, чтобы мне было лучше видно, поднял его над костром.  Знаешь, что это такое?

 Знаю. Жетон.

 Верно. Я федеральный маршал Соединенных Штатов Америки. Выслеживаю тут преступников, которые пробираются на восток. Нам дали наводку, что у них убежище в стене большого ущелья. Сейчас они опережают меня дня на три. И очень может быть, что ты и я ищем одних и тех же людей.

 Что? Вы ищете Руфа Джонса?!  воскликнул я, охваченный надеждой.

 Я не знаю такого имени.

 Тогда, может, Себа и Эбена Мортонов? Они близнецы.

 Нет. Так звали людей, которые забрали твоего Па?

Я кивнул:

 Их послал человек по имени Оскар и как-то еще Забыл.  Но пока я говорил, еще одно имя всплыло в моей голове.  А Мак Боут? Его вы знаете?  не успев подумать, выпалил я.

И вот тут мистер Фармер отреагировал.

 Что?! Мак Боут?!  выпучив глаза, воскликнул он.  Среди тех людей, кто приехал к вам ночью, был Мак Боут?

Его реакция заставила меня пожалеть о последних словах. И зачем я назвал это имя? Надо было держать язык за зубами.

 Нет,  ответил я.  Они просто упоминали его. Я не понял, кто это.

 Хм Мак Боут преступник в бегах, которого мы давно ищем,  пояснил Фармер, как мне показалось, с некоторым восхищением в голосе.  Не слышал его имени уж сколько лет. Но если он каким-то боком связан с тем, что приключилось с твоим Па, тогда наши пути поистине сошлись неслучайно. Потому что люди, которых я выслеживаю, состоят в крупнейшей банде фальшивомонетчиков на всем Среднем Западе. А Мак Боут один из лучших фальшивомонетчиков в мире.