Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Громко рыча дизелями, «Матильда» взгромоздилась на горизонтальную площадку, что находилась вверху, а оттуда, перебралась на грузовую платформу. Подчиняясь жестам своего командира, она чуть поелозила, оставаясь на месте, исправила сбившийся курс и, следуя за капитаном, черепашьим шажком покатилась вперёд.
Она добралась до разрыва, где находилась буферная сцепка вагонов, и осторожно переползла на другую площадку. Так она шла до тех пор, пока не добралась до дальней точки небольшого состава. Она остановилась в полуметре от края, и заглушила моторы.
Стоявший на земле, экипаж забрался наверх. Сержанты сняли канаты и цепи, висевшие на корпусе бронемашины, и стали крепить её к открытой железной платформе.
Кроме того, ребята брали короткие брёвна и большие поленья, лежавшие возле путей, закидывали их на площадку и забивали под катки гусениц, как деревянные клинья. Иначе от резких толчков паровоза «Матильда» тронется с места и в ходе движения рухнет на землю.
Танки поднимались по пандусу один за другим. Они перемещались вперёд и становились по две штуки на каждой открытой площадке. Пришла очередь Доли. Он последовал за командиром, шедшим спиной вперёд.
Молодой человек, повторил путь предыдущих машин и остановил «англичанку» на том месте, где ему указали, в полуметре от ближайшей соседки. Механик выключил дизели и ощутил, что сильно вспотел от непривычной, напряжённой работы.
Как ни крути, а такой сложный манёвр парень исполнил впервые. Одно дело гонять на полигоне, ездить по склону и между вешек, воткнутых в землю. Совсем другой коленкор, когда нужно поставить внушительный танк на открытой платформе. Настил очень длинный и достаточно узкий. Остаётся всего лишь полметра с каждого края. Так что, если допустишь оплошность, то слетишь с высоты в полтора с чем-то метра.
Доля облегченно вздохнул, вылез наружу и глянул назад. Парень увидел, что следующая «Матильда» подкатила к настилу из шпал и поднялась почти до самого верха. Из выхлопной трубы вылетел клуб чёрного дыма. Двигатель внезапно заглох, а левая гусеница застыла на месте. Машина чуть повернулась на замерших траках и резко дёрнулась правым бортом вперёд.
Идущий перед машиной, сержант не растерялся и сделал всё, чтобы уйти от удара. Он оттолкнулся ногами и прыгнул с места назад. Боец приземлился удачно, но не устоял на покатой поверхности. Он уселся на задницу и, судорожно перебирая конечностями, отполз на два метра.
Танк оказался на самом краю длинного пандуса, сунулся носом чуть дальше и стал потихоньку заваливаться в левую сторону. Он неторопливо упал на переднюю часть фальшборта, перекатился через него и ткнулся башней в мёрзлую землю.
Доле вдруг показалось, что машина начнёт кувыркаться и снова окажется на металлических траках. Этого, увы, не случилось. «Матильда» сделала ещё часть оборота, упала на верхние люки и заднюю часть моторной платформы. Она качнулась туда и сюда и замерла, задрав катки к небу.
«Хорошо, что пушку повернули назад и она не врезалась в землю. не к месту сказал себе парень: Не то, погнула бы ствол».
Из открытого люка головой вперёд вывалился сильно испуганный механик-водитель. Он кубарем скатился на землю и, не вставая на ноги, на четвереньках промчался несколько метров.
В таком положении машины, солярка уже не попадала в цилиндры мотора. Работавший дизель внезапно чихнул и перестал громко рычать. Левая гусеница прекратила вращаться.
В наступившей вокруг тишине, раздался отборнейший мат. Возле пандуса появился комбат, а вместе с ним два запыхавшихся его заместителя. Капитан подскочил к бледному, как пепел сержанту, схватил его за грудки и приподнял над землёй. Хотел отвесить ему оплеуху, но, посмотрел на трясущегося, как лист пацана семнадцати лет, и с огромным трудом удержал тяжёлую руку.
Нужно было тотчас тормозить! прохрипел капитан и отпустил комбинезон виновника драмы. Посмотрев на старлеев, он хмуро сказал: Поставить «коробку» на траки и на прицепе затащить на платформу. Чуть позже посмотрим, что с ней случилось, а если сумеем, починим в дороге!
Офицеры кивнули, и помчались к «Матильде», что собиралась грузиться. Они отогнали машину чуть в сторону и поставили перпендикулярно борту, лежавшей на спине «англичанки». Затем, приказали снять тросы, висевшие на прочной броне, и закрепить на опрокинутом танке.
Пока экипаж выполнял их приказы, другие машины продолжали погрузку. Никаких происшествий больше там не было, и все без приключений оказались на железнодорожных платформах.
Тем временем, спасательная операция развивалась своим чередом. Одни концы тросов прицепили к буксировочным приспособлениям пострадавшей машины. Другие к той, что стояла нормально. Танк двинулся с места. Канаты тотчас натянулись, словно струна.
Дизели мощно взревели и лежавшая кверху брюхом «Матильда» резко качнулась. Она перевалилась с башни на корпус и, не останавливаясь, двинулась дальше. Кувыркнулась через фальшборт и с громким лязгом упала на две гусеницы.
Подбежали механики. Они осмотрели ходовую платформу и с радостью объявили начальству, что с ней всё в полном порядке. Мощный фальшборт хорошо защитил все катки. Они не пострадали от удара о землю и так же, как прежде свободно вращались.
Танк оттащили назад и поставили в небольшом отдалении от пандуса. Перегнали другую машину вперёд, прицепили к невезучей «Матильде» и без всяких проблем, заволокли на платформу. Все облегчённо вздохнули, а свободные от работы танкисты помогли закрепить две последних машины.
Опять появились бойцы из ремонтного взвода со своим инструментом. Они открывали смотровые лючки и всевозможные крышки, проверяли механизмы один за другим и дотошно искали все неисправности.
Едва погрузка закончилась, как рядом послышался громкий гудок. Доля отложил железную цепь, которой крепил на платформе свою «англичанку». Он поднял глаза и посмотрел в сторону железной дороги, откуда тянулась короткая ветка. К полигону шёл коротенький поезд, состоящий из десятка вагонов. Его толкал старенький локомотив, ехавший задом.
Из открытого окна паровоза высунулся чумазый путеец. Он оценил расстояние до стоящего перед ним эшелона и нырнул вглубь кабины. Раздался отвратительный скрип железа по рельсам.
Большие колёса закрылись клубами белого пара и завертелись в обратную сторону. Они нашли сцепление с путями и резко замедлили движенье состава. Поезд затормозил и теперь двигался к крайней платформе со скоростью пешего хода.
Держась за чёрные поручни, на землю спустился молодой человек, одетый в замасленный ватник и брюки. Он подбежал к крайней платформе и замер возле неё. Поднял над головой флажки разных цветов и стал семафорить. Машинист глянул наружу, увидел сигналы и снова вернулся к своим рычагам.
Послышался короткий гудок. Паровоз затормозил и очень медленно подвёл вагоны к составу, груженному танками. Громко лязгнули грубые буферы, щёлкнул мощный замок металлической сцепки и поезд остановился, как вкопанный. Молодой помощник пригнулся. Он шагнул вперёд, оказался между вагонами и вставил в отверстие запорный увесистый стержень.
«Значит, скоро поедем». сказал себе Доля. Вместе со своим экипажем, он взялся за цепи, вернулся к работе и постарался закончить её, как можно скорее.
По команде старлеев, свободные уже экипажи, сняли с четырёх «англичанок» станковые пулемёты. Техники принесли из полуторки трехногие, грубого вида станины, которые по приказу начальства сварили вчера из заржавленных труб. Они прикрепили оружие к примитивным турелям и разместили на небольших пятачках открытых площадок.