Всего за 179 руб. Купить полную версию
Хотела залезть в чемодан и выбросить все купленное кружевное белье, но остановилась. Потому что мне оно приглянулось не для этой ночи.
Быстро оделась и решила выйти обсудить с Давидом разные вопросы моего здесь существования.
Теряю все свое боевое настроение, когда оказываюсь перед мужчиной, но он каким-то образом, всего парой фраз выводит из равновесия так, что я начинаю закипать и совершенно не чувствую страха перед этим несносным.
А ему кажется, наоборот, нравится меня доводить и дергать. Конечно смешно, кто здесь царь положения?
Благо поговорить в итоге удается, и я остаюсь по факту даже в плюсе. Я могу свободно жить, видеть маму, звонить ей и при этом не видеть отца. А там может и план придумаю.
Счастливая спускаюсь вниз и меня тут же находит домработница.
Анастасия Матвеевна, давайте начнем экскурсию по дому, улыбаюсь ей, и она в ответ кивнув начинает показ.
Обойдя все углы особняка, я поняла, что не запомнила и половины.
Если честно, хоть я и жила в подобном доме, росла в таком, но никогда не понимала к чему такие хоромы на семью из трех человек. А Давид вообще один живет. Кстати, а его родители? Вы о них знаете что-нибудь?
Вам лучше о таком спрашивать хозяина, тут же опустила глаза.
Я поняла. Это странно все, но я о муже не знаю вообще ничего.
Я работаю в этом доме много лет. Когда-то тут было иначе все.
Хотелось задавать вопросы, потому что моя фантазия рисовала мрачные картинки прошлого, но еще становилось все более интересна правда. Но спрашивать мужчину я не стану.
Так вы тут одна за всем следите?
Да. Обычно сама. Но после больших вечеров вызываю клининговую службу, проверенную временем и работающая по жесткому договору. Раньше были помощницы у меня, но каждая устраивалась не за тем, чтобы чистоту наводить, а чтобы соблазнить господина Давида.
И что? Им это не удавалось, и они уходили?
Почему же, им удавалось. А потом их увольняли.
Такая правда была изваляна в грязи и была неприятна. Меня воспитывали иначе, и я не понимала таких норм жизни девушек, хотя не осуждала. У каждого свои правила и я никто, чтобы их разбираться по кусочкам.
Самар Дахиевна, пойдемте, покажу двор. Там есть несколько зеленых уголков, думаю вам понравятся они.
Просто Самар, улыбаюсь, напоминая ей о моей просьбе.
Тогда меня можете звать Анастасия.
Хорошо.
Во дворе было несколько прямых линий кустарников из туи которые шли вдоль вымощенных дорожек, а после они сплетались в одну точку. Эта точка была началом длинной клумбы с цветами. Такими же необычными, что я видела в переднем дворе.
Откуда они? Я таких не встречала ни разу. Не скажу, что я цветовод, но вот таких не видела.
Это цветы высаженные тут мамой и сестрой Давида. Алевтина и Диана привозили их из разных уголков мира, где успели побывать. Я лично слежу за ними и высаживаю их каждое лето, а потом убираю в теплую зимнюю теплицу до следующего лета.
А почему это делаете вы?
Мама Давида, сестра и двое дочерей Дианы умерли почти восемь лет назад.
Какой ужас, прикрыла свой распахнутый рот и ощутила даже небольшое головокружение.
Только не спрашивайте об этом хозяина. Он не ответит. А если захочет, расскажет в свое время сам. Вы для него сейчас не в близком кругу доверия, даже став женой. Надеюсь, вы это понимаете?
Разумеется. Да нет, я бы не стала сама заводить такие разговоры.
Пройдемте со мной.
По одной из дорожек, которые уходили вперед от той самой клумбы, мы прошли влево. Там стояла беседка, больше похожая на шалаш индейцев, беседка, покрашенная в золотой цвет и качели детские на два сидения.
Они были как бы укрыты большим деревом с листьями, чем-то напоминающие клен, но это был явно не он, потому что на ветках висели небольшие «ежики» зеленого цвета.
Какое красивое место.
Это было их семейное место.
Почему он все это хранит в таком состоянии достоверном? Прошло ведь так много лет.
Чтобы помнить и никогда не прощать виновника.
Так их у
Что вы здесь делаете? прогремел взрывом мужской голос, который мог бы убивать им.
Мы обе резко обернулись, и Анастасия тут же начала оправдываться.
Я показывала вашей жене дом.
Я, кажется, давал указания.
На этот счет вы ничего не говорили.
А должен был? заламывает бровь, явно думая, что женщина умеет мысли читать.
Простите.
Так мне нельзя тут быть?
Он удивленно поворачивает голову в мою сторону, будто только заметил, что я тут стою.
Нет.
Так и скажите. Откуда ей было знать, о чем вы там подумали.
Идите в дом, спокойно на удивление сказал и мы обе двинулись с опущенными головами в сторону, но меня мужчина схватил за руку и остановил. Ты тут стой.
Не хватайте меня, выдернула свою несчастную конечность из его лапы и сделала пол шага назад увеличивая расстояние.
Я что говорил?
Что?
По поводу того, чтобы ты не мешалась под ногами. А еще о том, чтобы держала рот закрытым.
Так я и не подходила. Мы тут с Анастасией были, а не с вами. Кто вас звал.
Ты, со смешком поднял голову к нему и потер переносицу. Я сейчас скажу один раз, и больше ты мне не предъявишь, что я не предупреждал. Сюда ходить нельзя, ничего трогать нельзя, на эти темы говорить
Нельзя. Я поняла.
Вот видишь, заглянул в глаза наступая. Не сложно. А теперь быстро иди в дом.
Не хотела уже сказать по жестче, да только не стала рисковать.
Пошла вперед и уже на середине дороги оглянулась. Давид стоял, облокотившись одной рукой на то самое дерево. Его голова была склонена, а грудь вздымалась так, будто он еле дышит.
Кажется, сердце у этого мужчины все же есть, но умерло вместе с теми, кого он любил восемь лет назад.
Глава 7
Вошла в дом и услышала шум с кухни.
Пришла туда и решила познакомиться с поваром.
Мужчина довольно крупный по своей комплекции стоял спиной и «колдовал» над кастрюлей, а аромат, заполонивший большое пространство заставил мой желудок сжаться.
Здравствуйте, заявила о своем присутствии, и он обернулся.
О, юная миссис Мартынова, проговорил с явным акцентом. Я Оливер. К вашим услугам. Какие будут пожелания?
Очень приятно. Ко мне можно по имени, Самар.
Вы прекрасна, Самар, бегло он говорил. И выглядел вполне милым мужчиной, лет я бы сказала сорока пяти, может и больше.
Свои пожелания я скажу потом, если вы не против.
Как пожелаете. Мне сказали, что ужин будет в спальне молодоженов, не ожидал вас увидеть так скоро, заставил покраснеть, ведь на самом деле сегодня день нашей свадьбы, а мы блуждаем по окрестностям избегая друг друга. Но так подумает любой, кто не знает теневую сторону нашего с Давидом брака.
Нет, напугал голос позади меня. И если я дернулась, обернувшись к мужчине, то повар еще и улыбнулся, не подав вида грозному голосу хозяина. Ужин будет в столовой, как и всегда. Самар за мной.
Встал боком, как бы говоря, что выйдет после.
Я вернусь к вам через пару минут и, если вы не против понаблюдаю за вашими умелыми способностями приготовления еды, улыбнулась ему и пошла вперед мимо Давида.
Конечно.
Вышла в гостиную, но он потащил меня в кабинет, схватив за руку.
Не хватайте меня, огрызнулась, отряхиваясь намеренно явно.
Еще раз обратишься ко мне на «вы»
И что тогда? Вы для меня муж на бумаге. В жизни чужой человек, в руках которого я просто товар.
Девочка, стал наступать, но я стояла на месте. Хотя, когда между нами осталось лишь не больше вдоха, все же попятилась, но он поймал меня за предплечья и наоборот притянул ближе. Послушай меня внимательно, Самар, мне не стоит ничего лишить тебя, твоего отца и мать защиты, денег и даже жизни. Мне не стоит ничего и твой красивый язычок вырвать, который так сильно нарывается на наказание, непроизвольно облизнула свои губы и сглотнула слюну. Ты же умная, мышка, провел своей рукой вверх по плечу и остановил путь своей ладони на моей тонкой шее, которая фактически утопала в огромной мужской руке. Включи мозг и подумай о том, что каждое слово имеет последствие. А еще лучше, если ты будешь очень послушной, теперь вторая ладонь переместилась на мою талию и сжала ее, но мне удавалось только дышать от страха перед ним. И самое главное, не будешь вертеть своей маленькой попкой перед другими мужчинами этого дома или за его пределами. Потому что иначе, наказание для нее, опускает руку на мою ягодицу и внезапно шлепает по ней, тебе не понравится еще больше, девочка Самар.