Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
В тяжелых родах Авдотья задержалась до самого вечера. А вспомнив про Настасью, бросилась искать её по деревне. Нигде, ни в селе, ни в самой усадьбе девчонки не было. Стала расспрашивать и узнала, что пошла помещичья дочка, одна одинёшенька, в лес по ягоды!
Тем временем, кипя от возмущения, Настасья шла вперед, всё дальше и дальше, негодуя на дерзкую Алёнку. Ей было совсем не до ягод, она хлестала тонким прутом густую зелень листвы, срывая своё недовольство на нежной лесной поросли, и ломала ветки, загораживающие путь, пока вдруг не остановилась.
В лесу она не была ни разу. Как растут ягоды даже видом не видывала, и довольно быстро сообразила, что заблудилась. Три часа она кружила по лесу и истерически кричала так сильно, что вскоре сорвала голос.
После неуверенных попыток Авдотьи самой найти девочку в лесу, она сообщила о пропаже Заморову, а тот в панике поднял на ноги всё село. До сумерек оставался час и все как один, кроме лежачих, больных и беременных отправились в лес на поиски. Помещик Заморов сам не в себе, голосил не меньше дочери, но услышать друг дружку им было не суждено. В ночь зажгли факела, никто не смел расходиться, покуда не найдется любимая и единственная дочка помещика. А он уже ругался, брызгая слюной, грозился плетью всем нерадивым нянькам и обещал вольную тому, кто первый найдет его «сокровище».
Двое суток, безрезультатно, искали Настасью в густом лесу, тянущемся вплоть до самых болот и дальше. Девочки и след простыл. Убитый горем Заморов обещал уже не только вольную. Уставшим до смерти крестьянам он обещал землю половину всех своих земель, только бы она нашлась живой, да здоровой!
Помещик сидел на поляне, залитой солнцем, и выл, словно дикий зверь. Мало кто ещё продолжал поиски, люди устали, изнывали от голода и валились с ног от усталости. Пошли уже третьи сутки. Только самые сильные мужики, жаждущие получить вольную и обещанную барскую землю, упрямо бродили в смешанном лесу меж редких сосен, гнилых поваленных стволов старого березняка и идущего ему на смену молодого осинового подлеска.
Надежды уже почти не было, но тут издалека донесся молодой голос, уставший, но весёлый:
Нашел! Здесь! Живаааа!
Чуть ли не на карачках, бросился помещик на голос. Девушка, обессиленная, но живая и целёхонькая сидела у ствола старой березы, прижав колени к груди. Она сильно дрожала, плакала, но зло и отчаянно размахивала хлёстким прутом по сторонам, капризно искривляя губы в обиде.
Нашел её пастушок. Тот, что и стал причиной раздора. Он поднял девушку на руки и из последних сил нёс к отцу под град ударов юной тиранки. Она словно ума лишилась от этого происшествия: говорила невесть что и била всех, даже папашу.
Заморов слово сдержал, дал вольную и Захару, и всей семье находчивого пастушка, а вот обещанные «полцарства», ждать пришлось долго. Для этого нужно было оформлять соответствующие бумаги. Помещик выдал Захару расписку с обязательством выполнить обещанное и успокоился.
Как только Настасья пришла в себя, Заморов поехал в город к адвокатам бумаги выправлять, да так и не вернулся. Хватил его в городе удар.
После похорон Захар направился к Анастасии Заморовой за обещанным, но его даже во двор не пустили. С того самого случая невзлюбила Захара помещичья дочка, так что видеть и слышать о нём не хотела. Получил Захарка из рук управляющего бумагу, из которой стало ясно: отрядил старый помещик Захару землю на заимке, далеко в лесу, и что странно помещичий дом.
Только потом Бориска понял, в чём подвох. Настасья велела прогнать пастуха и всю его семью из села теперь они были вольные. И запретила даже ногой ступать на свою землю.
Не раз пытался Захар продать дом, но никто не хотел брать его, стоящий на чужой земле. Не было в этом никакого смысла. Так и не смог он ничего сделать. Однажды, спустя пять лет, после хорошей порции самогона Захарка тайно влез в помещичий дом, поднял всех на ноги и стал буянить, размахивая бутылью с огненной водой. Случайно опрокинул горемыка керосиновую лампу и дом вспыхнул.
В пожарище погиб один только зачинщик. Спасаясь от огня и сумасшедшего пьянчуги, прислуга заперла его на горящей половине дома. Барыня тогда и вовсе отсутствовала, развлекаясь на балах. На тот момент крепостное право отменили, и после пожара Настасья, продав богатое имение, окончательно поселилась в городе.
Тогда-то и началась кутерьма с именьем: в Заморовской усадьбе надолго никто не задерживался, и вновь отстроенный дом приносил своим хозяевам одни лишь несчастья. О нём пошла дурная слава.
Многие уже при мне сгинули в развалинах Захарова дома. Так и бродят неприкаянные вокруг, не могут найти покой. Давно мне в голову пришла мысль о том, что дом купить нужно. Купить у Захара, дабы получил он то, что ему по праву причитается. Грамота на дом до сих пор хранится, как реликвия, у его потомков по линии брата. Здесь, в селе. Если купить дом, то он уже не сможет хозяйничать в усадьбе. Это поможет тебе вернуть семью: жену и дочку.
Где? Где живут эти люди? С трудом верится во все эти бредни, но после того, как сгинули мои девочки в развалинах дома, сделаю всё! К чёрту на рога отправлюсь
Ну, зачем так далеко.
Они вышли к дороге и впереди Александр увидел очертания домов. Иди по дороге вперед. Это центральная улица. Не доходя до конца, по правой стороне дом будет кирпичный, с зелеными воротами. Стучи в ворота, что есть мочи. И лучше б тебе управиться до зари. До первых петухов выкупить бумагу у прежних владельцев.
Как сказал дед, так Александр и сделал: побежал вдоль дороги, что есть мочи, через всё село.
Несколько раз Александр думал, что пропал. Стоял густой туман и ворота домов толькотолько проглядывали. Ему приходилось тыкаться в каждую дверь, чтобы не пропустить те самые зелёные ворота. Дважды на него из тумана бросались чёрные тени, однако злые собаки больше лаяли, чем кусали. Везде мерещились коварные призраки, а один (призрак ли?) крепко схватил его за горло.
Они боролись несколько минут. Александр повалил на спину грузного, словно мешок мужика, и понял, что тот пьян в зюзю. Мужик что-то бормотал невнятное, лёжа на спине, но Александр уже поднялся и побежал дальше. Словно по волшебству, у дома с зелеными воротами туман расступился, и мужчина прилип к ним телом и стал колотить изо всех сил.
Откройте, кто дома!? Откройте! Слышите меня?! Хозяева, люди добрые! во всё горло кричал Александр.
Эй, что происходит? Я сейчас полицию вызову! закричал мужчина, открывший дверь, с ружьём наперевес.
Вы Бортников? Вы Бортников? дважды спросил Александр.
Бортников, Бортников
Трофимыч сказал, что я могу купить у вас дом. Мне срочно нужно купить вот тот дом, в имении Заморова. Родненький, если ты мне не продашь этот дом, моя дочь и жена погибнут!!
Что за бред отшатнулся Никитин, мельком вспомнив россказни о проклятии старого поместья.
Умоляю! Я совершенно трезв, вот понюхай, Александр дыхнул на Бортникова, и тот отшатнулся.
Я в своём уме и могу заплатить вам столько, сколько вы пожелаете!
У меня нет права на продажу дома, а эта бумага просто семейная реликвия! усмехнулся потомок проклятого рода.
Друг, тебе деньги не нужны? Продай мне бумагу. Миллион? Два? Сколько захочешь! Я тебе прямо сейчас переведу
Ну ты даешь! Пошли в дом.
Иван Бортников долго искал реликвию, пока в зал не вошла его жена. Что за дела?
Оксана, где Захаркина грамота?
Грамота? Я её приготовила отдать завтра в городской музей. Вот! она порылась в сумке и достала ветхую бумагу, аккуратно упакованную в жесткую прозрачную мультифору.
А почему мне ничего не сказала? Этот документ моему роду принадлежит, и хранится уже почти двести лет. А ты, ишь чего! Без моего спроса в музей?