Всего за 299 руб. Купить полную версию
Тревога, коротко объяснила она учителю и, схватив его за руку, потянула вниз.
Юрий Алексеевич сначала ничего не мог понять; ни шума, ни взрывов он не слышал, только маленький очень далёкий колокольчик где-то, казалось, за городом звенел. Он кинулся за девушкой.
Как тебя зовут? крикнул он, не отпуская ее руку, задерживая. Полностью понять, что происходит и как себя надо вести он понять пока конечно же не мог.
Анна, не поворачиваясь, ответила она, продолжая бежать, скорей, скорей! Сюда!
Сверху слышались быстрые шаги, внизу голоса, кто-то тоже спешил вместе с ними; Юрий побежал за девушкой по лестнице на звук её голоса, в темноте и суматохе плохо различая, куда он бежит, замешкался, приостановился. Остановился на ступеньке, кажется, на одну сотую мгновения. Несколько людей пробежали мимо, он слился с ними в единый поток, метнулся вниз, найдя глазами фигурку девушки. Она на ходу обернулась, что-то кричала ему. Юрий махнул ей, мол вижу, бегу, но споткнулся, схватился за перила. Хлопнули подъездные двери, и сразу же что-то громыхнуло, оглушило, в лицо ударил едкий запах дыма; Юрий по инерции развернулся в обратную сторону, словно пытаясь убежать от грохота и пыли, волной поднимающихся с первого этажа, но они ловкой гидрой накрыли его, всасывая в своё пространство. Он оступился, мир закачался, завыл, смешался в единую непонятную массу и поглотил учителя.
Глава 2
Странное происшествие, случившееся с самым обыкновенным школьным учителем, имело некую не совсем обычную предысторию борьбы человека и целой системы.
Школа, где работал Юрий Алексеевич, выиграла грант. После некоторой всеобщей эйфории и коллективного лайканья новостей в соцсетях о выигрыше денег на оборудования для кабинетов, учитель физики Юрий Алексеевич перешёл от радости к тотально справедливому действу. Сначала он, как и большинство коллег, с энтузиазмом настрочил списки в несколько листов всего того, что ему хотелось обновить или докупить. Один из первых подписал всё это у директора и принялся ждать. Буквально в течение месяца стало известно, что заказы доставили в школу, и секретарь с недовольным лицом стала ходить по педагогам подписываться под принятым. Секретарь Ирина сначала подала физику бумаги на списание, а потом на приёмку этого же оборудования нескольких штативов, амперметры
Не понял? Искренне недоумевая, свёл брови физик.
Чего не понял? Растягивая слова, переспросила Ирина, не отрываясь от перелистывания видяшек в телефоне.
Всей этой кухни развёл руками он над бумагами.
Ну ты, Юрий Алексеич, как первый день на свете живёшь, Ириша сунула телефончик в карман, подписывай давай, не бухчи, мне тут совсем некогда с тобой стоять. Итак, полдня на вас убила, прыгаю тут по классам
Нет, постойте навыки чёткой работы с бумагами и оборудованием, прочно осевшие в нём ещё на прошлой работе в техническом бюро, плюс всё игравший в душе не по возрасту максимализм, возмутились.
Сам иди тогда к директрисе и разбирайся с ней, надулась Ирочка и ушла.
Юрий Алексеевич не стал долго размышлять над ситуацией и на той же ноге направился к начальству с претензией.
Кабинет директора находился через небольшой коридорчик с учительской на втором этаже. Но быстро юркнуть мимо не получилось; завуч, высокая женщина среднего возраста, всем своим внешним видом поблёскивавшая лоском, как на отфильтрованной фотографии, отбрасывая с плеч русые вьющиеся локоны, заискивающе затянула:
Ой, Юрий Алексеевич, вы же умный мужчина, помогите девушкам
За столом возле принтера и двух компьютеров возились завуч и маленькая щупленькая, вечно всё знающая социальный педагог Оленька. Она слушала какой-то крутой семинар, оплаченный для неё школой, и одновременно строчила докладную на физрука, за не проведение сегодня урока в шестом, где она была классным руководителем, и тут же параллельно пыталась заполнять карточки на учащихся, небрежно раскиданные в стопки на столе и при всём при этом норовилась вникать в то, что делала завуч.
Поодаль сидела Алёна Михайловна из началки. По напряжённым лицам и резким движениям было понятно, что у них что-то не выходит, не идёт важная работёнка.
Физик нехотя подошёл к столу, дабы понять суть этой бурной деятельности. Цветной принтер капризничал, зажевав лист, который они никак не моги достать. Юрий нажал кнопку пуска, медленно вытягивая скомканные обрывки из-под крышки принтера:
Вон же у вас есть фотобумага, мотнул он головой на упаковку на столе, эта тонкая, вот и жуёт, печатайте на той.
Раз всё нормально, я тогда пойду, поднялась Алёна Михайловна, манерно сжимая губки.
Как пойду? округлила глаза завуч, мы ж тебе делаем, хоть дождись
Алёна Михайловна, маленькая, плотненькая молодая женщина, с нескрываемым самолюбованием, видимо должна была скоро аттестоваться и вот сердобольные помощники пытались перебить имена с чужих грамот ей это понял физик, взглянув на картинки в мониторах.
Физик поморщился, формализм присуждения категорий, как он успел заметить, зашкаливал. Плюс отсутствие педагогической этики и совести, как у Алёнушки, и весь этот микс двигал некогда славное и могучее образование в неизбежную пропасть в отдельно взятой провинциальной школе.
Вы чё творите? возмутился он.
Женщины на секунду замерли, как бы оценивая степень идущей от него угрозы.
А как быть, она только после декрета, где она вам грамоты возьмёт? отмерев, с вызовом бросила завуч, медленным выверенным движением вновь откидывая длинные волосы с плеч.
И вообще-то это наши дела, закривлялась Алёна, семенящей лисьей походочкой подплывая к столу, чтобы закрыть собой ноутбук. Маленькая, манерная, её можно было бы назвать красивой, если б не слишком близко посаженные друг к другу глаза на лице, которые в купе с её провинциальными ужимками складывали довольно смешной образчик.
Вообще-то, это подлог документов, передразнивая её говорок, ответил Юрий Алексеевич, но поскольку, это не моё дело вмешиваться не буду
И он, сверкая самодовольными насмешливыми искорками в глазах, дотянулся и, глядя на них, быстро нажал что-то на принтере, отчего на экране высветилось «Возникла неопределённая проблема» пусть догадываются, как запустить. Потом развернулся и направился к директору.
Директор Людмила Михайловна его притязаний не поняла и не оценила, посоветовав заканчивать с ребячеством и браться за ум. В её понимании «браться за ум» означало, конечно же, становиться как все в обыденном жизненном потоке, это учитель понимал. Но таковым быть ему что-то не хотелось, и он продолжал упираться. Людмила же Михайловна, в свою очередь, будучи женщиной умной и привычной ко всякого рода передрягам, сначала испробовала метод пряника:
Юрий Алексеевич, я вот тебе стимулирующих выписала хороших, указала она глазками на стол, где видно было разложенные бумаги со списками фамилий сотрудников в конце месяца директор совершала великий умственный труд по дележу стимулирующего фонда.
Но, поняв, что метод пряника не сработал, принялась за кнут:
Я ведь могу и дисциплинарное взыскание влепить.
Да, да, хмыкнул Юрий; подросток внутри него бушевал.
Физик демонстративно вышел из кабинета; мимоходом всё ещё возившимся с грамотами дамочкам бросил:
По-хорошему, на вас в отдел образования бы написать.
Директриса машинально вышла за ним, приостановившись на пороге в учительскую со стеклянным обдумывающим ситуацию взглядом. Все трое учительниц оторвались от своих забот, уставившись на директора и уходящего физика, сразу почуяв что-то недоброе произошедшее.