Всего за 399 руб. Купить полную версию
Может, другую? Адди перелистывает плейлист.
Оставь, мне нравится! Деб делает погромче.
Это что еще за фигня? удивляется Маркус.
Адди расправляет плечи от его тона.
Это Райан Гриффин «Я бы и сам себя бросил».
Морщусь. Маркус фыркает со смеху.
Даже так? язвит он.
Песня входит в золотую коллекцию кантри, продолжает Адди; ее шея покрывается пятнами румянца, похожими на лепестки роз. Тебе еще восемь часов такое слушать, привыкай.
Маркус открывает дверь машины.
Эй!
Маркус, придурок!
Начинается возня. Маркус отпихивает меня локтем. Дверца открыта совсем чуть-чуть, но ветер проносится по салону.
Родни теперь склоняется надо мной, пытается дотянуться до ручки и закрыть ее, пока четыре или пять рук не хватаются за дверь машины, и мы царапаем друг друга, моя нога каким-то образом запуталась в ноге Маркуса
Я поеду автостопом! горланит Маркус, в восторге от очередной безумной выходки. Выпустите меня! Я не вынесу восемь часов пыток! Выключите! Он смеется, даже когда я шлепаю его по руке с такой силой, что кожу на ладони жжет.
Ты с ума сошел! кричит Родни. Скорость девяносто километров в час!
Машина виляет, и я замечаю в зеркале сосредоточенный взгляд Деб, пока она пытается не вырулить на встречку. Справа от нас несется поток автомобилей и фары слепят желто-белыми вспышками.
Адди ставит песню на паузу, Маркус захлопывает дверцу. Теперь, когда музыка выключена, а ветер не свистит сквозь щель, можно услышать каждый звук: затрудненное дыхание Родни, скрип, когда Деб откидывается на сиденье. Адреналин еще играет в крови, и мне жутко хочется дать Маркусу в нос.
Совсем сдурел? шиплю я.
Адди удивленно оборачивается на нас, но отворачивается прежде, чем я успеваю перехватить ее взгляд.
Маркус сглатывает, косясь на меня, и я чувствую, что он уже жалеет о своем поведении.
Включи что повеселее! он натужно смеется. Давай хоть Брюса Спрингстина, а?
Адди долго не произносит ни звука.
Деб, наконец, говорит она, остановись у заправки.
В туалет надо? спрашивает Деб.
Нет, качает головой Адди, хочу высадить Маркуса. Пусть едет автостопом, как и собирался. И снова включает кантри.
Адди
Как назло, не попадается ни одной заправки. Когда мы наконец останавливаемся, мне и впрямь нужно в туалет. И слегка проветриться. Вдруг кажется, что я оказалась в самой маленькой машине во всем чертовом мире.
Мы правда высадим здесь Маркуса? раздается за спиной встревоженный голос.
Я решительно шагаю через заправку к магазину, в надежде, что Дилан за мной не успеет. До сих пор мне удавалось избегать прямого зрительного контакта с ним, и этой тактики я намерена придерживаться всю оставшуюся дорогу.
При всей своей нескладности, Родни оказывается удивительно быстрым, так что приходится ответить:
Скорее всего, нет. Но Маркус любит выпендриваться, и лучше сразу его осадить, а то достанет.
А вы откуда его знаете?
Родни бросается вперед, чтобы придержать для меня дверь. Я озадаченно качаю головой, какой же он нелепый! Ведет себя как подросток, хотя ему должно быть не меньше тридцати.
Мы с Диланом раньше встречались.
О-о! Неловко вышло! ужасается Родни, прижимая обе руки ко рту.
Ага, есть такое, смеюсь, удивляясь своей реакции.
Набираю шоколадных батончиков мы с Деб запаслись всякой всячиной, но Дилан ест за двоих, и за час-другой ничего не останется.
Извини, что тебе пришлось оказаться в самой гуще давних разборок. Не бойся, мы с Диланом будем вести себя мирно, уж на несколько часов нас хватит. Обещаю.
Так вы остались друзьями? Родни протягивает мне корзинку, и я бросаю в нее батончики, пять пачек печенья и пакетики конфет.
Друзьями?..
В тот вечер, когда мы разошлись, я орала. И не в смысле, что громко ругалась, а именно что орала без слов, раскрыв рот, до хрипоты. Била его кулаками в грудь, рыдала, пока силы не кончились. А потом не ела три дня.
Вроде того. Вроде как друзьями.
Мы возвращаемся к машине. Дилан стоит, скрестив руки на груди и глядя куда-то влево. За его спиной встает солнце. Картинка словно обложка инди-рок альбома или реклама дорого одеколона. Он все такой же мечтательный и взъерошенный, но при этом повзрослевший.
Я слишком долго смотрю на него, и он ловит мой взгляд, прежде чем я отвожу глаза.
Адди, говорит Дилан и пытается помочь мне с пакетами, но я уворачиваюсь и направляюсь к багажнику. Адди, пожалуйста, повторяет он тихо. Давай поговорим. Нам ехать вместе весь день. Может, лучше без этой неловкости?..
Захлопываю багажник. Пакеты с продуктами влезли, но заднее стекло совсем загорожено: Дилан с Маркусом собрались, как на край света, а у Деб куча вещей кормящей матери: два молокоотсоса, сумка-холодильник, бутылочки.
Хочу размять ноги. Еще буквально пять минут, хорошо? Родни отходит на газон.
Не стоило мне говорить ему про «друзей». Скажи я, что Дилан испортил мне жизнь, и Родни не оставил бы нас наедине.
Адди Ты даже посмотреть на меня не можешь?
Похоже, так и есть. Слишком больно. Нас отталкивает друг от друга, как два магнита, повернутых одинаковыми сторонами. Так что я смотрю на собак, выпущенных из соседних машин: маленький пудель пытается поймать собственный хвост, вокруг него бегает такса в дурацкой розовой шлейке. Их длинные тени скользят по траве в лучах рассветного солнца. Маркус наклоняется погладить овчарку. Надеюсь, она злая. Необязательно его кусать, но пусть хотя бы облает.
Где Деб? спрашиваю я.
Ей позвонила твоя мама насчет Райли.
Я смотрю на него с удивлением.
Она рассказала тебе про Райли?
Взгляд Дилана смягчается.
Минуту назад. Я думал, ты Думал, поделишься такой новостью. Что у Деб ребенок.
Мы же решили не общаться.
Не мы, а ты.
Я вздергиваю бровь.
Извини, вздыхает он. Извини.
Тереблю браслеты на запястьях. Я сделала маникюр к свадьбе, но ногти слишком короткие и смотрятся нелепо: маленькие красные огрызки.
Я очень рад за Деб, продолжает Дилан, не дождавшись ответа.
И немного удивлен?
Он улыбается, и я невольно отвечаю тем же.
Не спросишь, кто отец?
Наверное, он и не понадобился. Помнишь, как Гее, когда она родила Урана.
Несмотря на все мои усилия, сдержать улыбку так и не получается.
Не помню, сам прекрасно знаешь, сухо отвечаю я.
Ну да, поспешно исправляется Дилан, по старой привычке зачесывая назад волосы, хотя теперь они короткие и на глаза не лезут. Греческая мифология, снова слишком выпендрежная отсылка, извини. Я хотел сказать, Деб никогда не нуждалась в мужчинах. То есть, не то чтобы кто-то нуждался Тьфу ты!
Выдвигаемся, ребята! Растолкав нас, Маркус устраивается на заднем сиденье. Заводи мотор, Родни уже летит к нам на всех парах.
Я оглядываюсь как раз в тот момент, когда появляется Деб и, засовывая телефон в карман толстовки, забирается вслед за Маркусом. Значит, вести мне. И значит, Дилану тоже придется сесть впереди. Тут и накатывает волна паники.
Что вытворяет Родни? спрашивает Деб.
Родни несется через газон, размахивая нелепыми длинными руками, а овчарка бежит следом и тянет за поводок хозяина.
Потрясающе, бормочу я, поворачивая ключ зажигания.
Маркус вскрикивает, когда Родни забирается на заднее сиденье, тяжело дыша.
Извините, извини! запыхавшись, восклицает Родни.
Деб тоже издает какой-то сдавленный звук.
Следи за руками, пожалуйста, ворчит она. Ты мне чуть между ног не заехал.
О господи, прости! говорит задыхающийся Родни.
Дилан забирается на переднее сиденье и снова пытается поймать мой взгляд.
Да ладно, пожимает плечами Деб, из меня целый младенец вылез, переживу.
Ой, смущенно бормочет Родни. Я правда нечаянно!
Я и забыл, как ты мне нравишься, Деб, заявляет Маркус.
Да ну? с притворным интересом спрашивает Деб. А вот ты мне ни капельки.
Наконец мы все-таки отъезжаем с заправки, и, не в силах устоять, я кошусь на Дилана.