Всего за 549 руб. Купить полную версию
Мосластый тут уж Вожников бил от души, ушел в полный нокаут, парнишка же, отлетев на грядки с репой, держался за бок и глухо стонал Больно, да, очень больно однако же не смертельно.
А это кто еще там?
Выхватив из ножен мосластого меч, князь быстро обернулся, встретившись взглядом с прятавшимся за яблоней трактирщиком Вот дурачок, ты бы еще за удочкой спрятался или за лыжной палкой.
А ну! сдвинув брови, молодой человек грозно взмахнул мечом. Говори, песий сын, где Птичьи ворота?
Туда, туда, жалобно блея, указал старик. Тут, в заборе, кали-точка.
У, смотри у меня!
Погрозив хозяину постоялого двора кулаком, Егор выскочил на улицу и, забежав за угол, выбросил меч в кусты, ловко перебравшись через ограду все туда же, на постоялый двор. И даже более того в свою кибитку, где и затаился, едва сдерживая смех и вслушиваясь в нарастающую суматоху.
В случае поимки князю сейчас не грозило ничего он же не убежал! Вот он, спит себе спокойненько там же, где и всегда. Упаси, Господь никакого оружия при пленнике нету! А то, что простолюдинов слегка проучил, так это правильно, в следующий раз будут обращаться с особой княжеских почти королевских! кровей куда болек почтительно. А то ишь, выдумали все по-простому, без должного церемониала Забыли, песьи морды, что пленник не простой человек, а великий князь! Забыли. Вот князь им и напомнил.
Как убежал? Куда? Да вы что, белены объелись, дьявол вас разрази? слышался возмущенный крик разбуженного Вандервельде. А вы что глазами пилькаете? Как руками? Просто ударил? Ну-ну
Он туда, в калиточку пообедал к Птичьим воротам.
К каким еще воротам?
К Птичьим, я покажу, идемте
В возок так никто и не заглянул не догадались! Вот уж верно говорят, ежели хочешь что-то спрятать, так прячь на самом видном месте, где никому и в голову не придет искать.
Спокойно дождавшись рассвета, Вожников, улучив момент, выбрался из возка и, прихватив сушившуюся на заборе курточку с капюшоном, выскочил за ворота, где тотчас же смешался с толпой мелких торговцев, грузчиков и мастеровых. Уже трезвонил, звонил колокол, возвещая начало рабочего дня, и князь, накинув капюшон, придал своему лицу самое озабоченное и хмурое выражение как у всех. За городскими стенами всходило солнце, отражаясь в стеклах ратуши, в окнах богатых домов и в цветных витражах собора. Похоже, все сейчас двигались в одном направлении к главному городскому рынку, куда Вожникову было не очень-то надо. Если начнут искать так именно оттуда, ибо где еще беглецу удобней всего отыскать земляков? Один ведь долго-то не побегаешь, тем более в незнакомом городе, в чужой стране.
Глава 4
Жонглеры
На рынок князю было не надо! Он все подумывал, где бы свернуть, куда бы податься и, наконец, схватил за руку пробегавшего мимо мальчишку-нищего:
Эй, малый! Рыбацкие ворота в какой стороне?
А вон! мальчишка махнул рукой в сторону кривой и темной улочки, застроенной узкими фахверковыми домами, так, что верхние этажи уступами нависали над нижними, не пропуская животворящие лучи солнца к текущим помоям.
Ударивший в нос князю стойкий запах мочи и фекалий мог бы свалить с ног и быка!
Вы по ней до конца, господин, а там спросите, крикнул вслед беглецу нищий.
Егор обернулся и едва успел уклониться от выплеснутого прямо ему на голову содержимого ночного горшка.
За такие дела морду бить надо! выругавшись, погрозил кулаком князь. Вот ведь чучела, а туда же Европой себя называют. Не устроить простых нужников!
Слава Господу, зловонная улица быстро закончилась, выведя беглеца на небольшую округлую площадь, от которой отходили улица пошире, прямые и замощённые мелким булыжником насколько представлял себе Вожников, Аугсбург ведь тоже когда-то построили римляне, как водится, по образцу своих военных лагерей.
На площади торговали зеленью укропом, луком, редиской.
Эй, бабуля, к воротам Рыбаков куда?
Вон, прямо. Купите лук, господин!
В следующий раз всенепременно.
Обнадежив старушку, беглец, зашагал вдоль застроенной богатыми каменными особнячками улице, в конце которой виднелось какое-то большое вычурно-узорчатое здание с высоким шпилем, наверняка главный городской собор, весьма даже приличный впрочем, беглецу сейчас было не до аугсбургских красот.
Ворота Рыбаков? А вон, господин, монастырь Святой Урсулы видите?
Угу.
Так вам туда. Чуть дальше другой монастырь будет, тоже доминиканский, Святой Магдалены
Магдалена? А, знаю, знаю лыжница. А дальше куда?
А там уж и недалеко. Увидите. Удачи вам, господин.
«Какие удивительно доброжелательные люди в этом вонючем городке! поблагодарив прохожего, вдруг подумал Егор. Они, несомненно, достойны канализации и даже бани. Впрочем, и то и другое здесь, наверное, есть только отнюдь не для всех. Средние века все живут корпорациями гильдиями, цехами. И всякая корпорация одеяло на себя тянет. Цех кузнецов, цех портных, цех булочников Российские железные дороги, Газпром, Росгидро Министерство обороны, МВД Феодализм, однако, живуч!»
Около мужского монастыря Вожников едва не подрался с монахами, дюжими упитанными молодцами, живо напомнившими Егору знаменитых альхеновских «сирот» из бессмертного романа «Двенадцать стульев». Такие же рожи ого-го, не одну женщину мимо не пропустят одну юную девчонку с корзиной, как видно, служанку, так и вообще, зажали, задрали юбку Егор не сдержался, подскочил, съездил особо наглому по сопатке тот так и сел, мотая круглой башкой, словно оглоушенный бык, остальные вытащили было ножи, но князь красноречиво показал сволочугам кулак с таким грозным видом, что те сочли за лучшее ретироваться. Трусоваты оказались братцы!
Не слишком тебя обидели? подняв корзинку, Вожников подмигнул девчонке совсем еще молоденькой, сероглазой, с веснушками, в смешной войлочной шапке.
Да нет, девушка улыбнулась. Не слишком. Не успели просто. Ой, говорила мне матушка на рынок окружными путями ходить.
Правильно говорила, охотно покивал князь. Сразу видно, матушка твоя женщина мудрая. Зря ты ее не послушала.
Зря.
К воротам Рыбаков туда? спросив, Вожников показал рукою.
Девчонка кивнула:
Туда. А там, за воротами, у речки жонглеры. Кибитка у них, представленья на площадях будут давать, славно!
Любишь жонглеров?
Угу! Они такие веселые, песни поют.
А зовут-то тебя как?
Грета. Я тут, у ворот Рыбаков, близко живу. Иногда и на речку купаться бегаю и сегодня прибегу, там же жонглеры!
Жонглеры. Так называли бродячих уличных акробатов, певцов и актеров, развлекавших горожан забавными сценками, кукольным театром, хождением по канату, клоунами, всем тем, чем всегда славились циркачи.
С помощью этих бродяг Вожников и намеревался выбраться из города, ну, а пока неплохо было бы найти у этих достойных людей приют больше просто не у кого было! Князь сбежал, в чем был в грязном рваном камзоле и чужих башмаках, даже прихваченный в драке меч, и тот пришлось выкинуть. Да и сильно бы он помог, когда в этом городе у беглеца ни друзей, ни денег, ни крова над головою? Общества средневековых городов весьма закрытые: чужого, без особых на то причин, не примет ни одна гильдия, ни один цех, даже корпорация профессиональных нищих. Одному же в средневековье не выжить, значит, следовало искать приюта у таких же чужаков, как и сам беглый князь у бродяг-жонглеров, жилище которых крытая рваной рогожкой кибитка, а родина весь белый свет. Правда, как стать нужным жонглерам? Что сделать, чтоб завоевать их доверие?
Уже у самых ворот беглец оглянулся, услыхав за спиной крики. Монахи! «Сироты», черт бы их побрал. Они уже успели вооружиться дубинками, видать, все же осмелев и решив намять-таки бока осмелившемуся вступиться за девушку наглому проходимцу князю.