Всего за 199 руб. Купить полную версию
На этом мы решили расстаться до завтрашнего дня, собрались, оделись, подошли к двери. И тут нам на глаза попались часы. У нас ещё было минут сорок, мы подумали об этом одновременно. И из номера мы вышли почти на час позже, но полностью довольные друг другом и собой. Сашка посадил меня в автобус и пошёл убирать бардак в номере. А я пошла спрашивать, что надо подарить маме, если она посидит с Ольгой суток десять? Соболиная шкурка подойдёт?
Домой я, конечно, явилась полностью счастливая. Портило мне жизнь одно ощущение. Мне казалось, что Витька все про все знает, и я боялась, что в любой момент может начаться наезд. Но я опять спрятала страх в дальний уголок моего тела и старалась быть спокойной. Шелестела по дому, готовила, писала контрольные и рефераты. Да и вообще отношения с мужчиной, близкие отношения, всегда меня тонизировали. А тут вырисовывается перспектива каждодневного тонуса, поэтому душа моя пела.
На сутки Витьке надо было послезавтра, поэтому надо было как -то очень тихо, спросить у мамы, а согласна ли она на работу суточной няньки, и всучить ей шкурку соболя, которую мне уже дали. В общем, я, как всегда, старалась всем угодить, ради того, чтобы завтра нырнуть в объятия чужого мужчины, а послезавтра посвятить целые сутки любовным утехам, которых в моей жизни очень давно не было! Да, мне было маленько стыдно за моё поведение, да и то, только потому что я была дочерью страны в которой не было секса.
Да и вообще, несмотря на то, что, я к тому моменту Витьку боялась до мурашек, до дрожи, до истерики, ведь я знала, что он может со мной сделать, от объятий с кем попало я отказаться не могла. Но на тот момент я готова была нести наказания за все измены, за все развраты, за все oргии с чужими мужчинами, по умолчанию. Ну виновата, ну избей меня. Но ни разу в жизни я не была наказана за свое неукротимое блядствo, Витя находил другие причины. А может он не знал размеры моей безудержной страсти, и моей безграничной похоти. Ну это его проблемы.
А я готовилась к следующему дню. Ведь я в реале за несколько месяцев озверела, и сегодняшний день, конечно, сделал меня спокойней, но не погасил костёр страсти, который горел там, где надо, и не собирался затухать. А я от этого костра становилась результативней, все у меня в руках горело, на плите шкворчало, в тетрадях писалось. И если бы мой муженек был чуть-чуть повнимательнее, то он бы понял, что со мной что то не так. Но его кроме мяса в сковороде ничего не интересовало, а мой яркий костёр, тем более. Поэтому грелись у этого костра совсем чужие мужчины. Да и дров в него подкидывали они же.
А я ждала маму, которая сегодня домой не торопилась. Я даже ей в комнате пыль вытерла и пол помыла, чтобы развернуть к себе всей душой. Но душа моей мамы, когда она пришла домой, больше среагировала на запах с кухни, видимо не успела она перекусить между работами. И я повела её кормить. Но в кухне разговаривать было очень неудобно, мог услышать Витька. Поэтому мама ела, а я ей шепотом излагала свою просьбу. Мама была совершенно из другого теста нежели я, и ей было совершенно непонятно моё бешенство матки. А вот шкурка соболя была ей понятна и близка.
Поэтому она быстренько поела и погнала меня смотреть на презент. А презент был классный. Я, которая провела с охотоведами не один год, и всякие видела шкуры, была очарована этим подарком. А ещё были специализированные предметы, куда нам приносили шкуры ворохами. Поэтому у меня было с чем сравнить. И я, когда вытащила шкурку из целлофанового пакета сразу поняла, что Сашка не жадничал, и не экономил, он выбрал лучший вариант. Это конечно был не баргузинский соболь, ворс был светлее, но он был длинный и густой. В общем, соболь был, что надо.
Ну вы поняли, что мама согласилась. Но между делом сообщила, что ей очень надо со мной поговорить. И этот разговор не терпит отлагательства. Поэтому я должна подумать и найти время на этот разговор, желательно без посторонних лиц. Я согласилась, и подумала, что завтра утром после того, как Витька уйдёт на работу и можно будет поговорить. А сегодня все соглашения достигнуты и можно идти спать.
Я встала пораньше, ведь все моё тело трепетало в ожидании нежности. Все быстро сложила Витьке в сумку, приготовила завтрак и пошла будить. Витька встал, как всегда, недовольный, и через сорок минут ушёл на автобус. Я убрала со стола, убралась в комнате, собрала себя в институт и на блядки, и отправилась в комнату к маме, на разговор. Мама уже встала и расчесывала свои роскошные волосы, а когда она их расчесывала, она ни на что не отвлеклась, и на меня в том числе. Мне пришлось ждать.
А знаете, о чем был разговор? Конечно, о запретном. О том, какая у моей матери беспутая дочь. Да мало того, что беспутая, так ещё и гулящая и на передок слабая, и как мать должна смотреть на все это? Ведь с кем я только не спала после развода? И она начала перечислять всех моих ненаглядных ласковых мужчин. И, самое интересное в этом было то, что она почти никого не пропустила, даже соседа Пашку! Блин, откуда она все знала? Я очень хотела задать ей этот вопрос, но молчала и слушала.
А мама продолжала сказ о том, какая я потаскуха, и о тех кто меня таскал, и о том где меня таскали, и о том, как ей за меня стыдно и больно. А я слушала и хотела у неё спросить о том, зачем она то с мужиками в этой жизни в постель ложилась? Только для того, чтобы замуж выйти? Ведь мне тоже был известен мамин послужной список и её боевые подвиги. Иногда случались приливы откровенности, и мать делилась со мной своими победами и подвигами своей молодости. А память у меня хорошая, я все помню.
Но видимо мамины мужики были не в счёт, она с ними со всеми по любви, а я просто проститутка. Меня, в принципе никак не напрягал этот эпитет, но мне было непонятно кое-что. Мам, вот ты вчера взяла в подарок классного соболя, в магазине он стоит рублей 800, так надо ещё найти магазин, в котором его продают. С рук этот соболек стоит рублей 500, но тоже вокруг тебя нет рук, продающих этого соболя, да и 500 рублей у тебя на соболя, конечно, нет. Тебе презентовали этого соболя за то, что твоя дочь целый месяц будет изменять мужу с охотоведом. Что же ты не возмутилась и не отказалась от соболя?
Взяла бы и заистерила вчера вечером, бросила бы мне шкурку в лицо, рассказала бы Вите, вместе с затем бы прочитали мне лекцию о развратe и блядствe, вот так бы было правильно. Но вчера ты промолчала и соболька приняла, а сегодня читаешь мне душеспасительные беседы! Тебя всегда в жизни устраивали твои половые партнёры? Ты всегда в койку с ними ложилась радостно? Видимо нет. Если бы у тебя в этой койке пару раз снесло крышу, ты бы не стыдила тут свою непутевую дочь, а дала совет, как дальше жить!
Я молчала, мне не хотелось ругаться с утра, да я вообще не любила скандалить, тем более попусту. Что изменится от того, что меня обозвали грязными словами? Скорее всего ничего, потому что я сейчас стояла, слушала маму, а сама мечтала о том, как я после обеда разденусь перед мужчиной, который будет выполнять мои желания. Гладить меня там, где я хочу, целовать меня там, где я хочу, а ещё он мне даст возможность почувствовать себя желанной женщиной. Вите никто не запрещает это делать, но ему это не надо. А мне надо!
Поэтому, мама, я , конечно выслушала твою лекцию, и ничего не сказала против, чтобы не поругаться. Но если в этой стране желанная женщина, это блядь, потаскуха, и шлюха, то так тому и быть. Доказывать что то кому-то я не собираюсь, но и отказывать себе в общении с мужчинами, не собираюсь. Потому что их руки, губы и все остальное, вдохновляют меня, держат в тонусе, без них моя жизнь, это сплошная помойка. И с такими мыслями я вышла из дому и пошла опускаться в маминых глазах ещё ниже, мне было все равно!