Всего за 199 руб. Купить полную версию
Начались протесты в Крыму, а затем перекинулись в Донецкую с Луганской, Харьковскую, Одесскую, Днепропетровскую, Николаевскую Херсонскую и Запорожскую области.
В результате, при участии русского спецназа, Крым обрел независимость и вошел в состав Российской Федерации, в остальных регионах волнения сошли на нет. Кроме Донбасса.
Там, в апреле, провозгласили народные республики, отказавшиеся подчиняться киевскому режиму. Вскоре в Славянск вошел отряд добровольцев из России во главе с полковником ГРУ Стрелковым, начавшим формировать новые. Из шахтеров, металлургов, химиков и строителей.
Киев же решил провести в отношении непокорных территорий «антитеррористическую операцию», приняв соответствующий Указ.
В ответ протестные настроения на этих территориях усилились. В Донецке, а потом Луганске, продолжили создавать народное ополчение. Появилось оно и других городах, в том числе Первомайске.
Сначала в близлежащем Стаханове организовали отдельный казачий полк имени атамана Платова под командованием Павла Дремова, назначившего военным комендантом Первомайска Евгения Ищенко. Поскольку городская администрация сбежала, он принял обязанности и народного мэра, начав формировать самооборону.
В нее записывались местные шахтеры, заводские рабочие, строители и другие, пожелавшие взять в руки оружие. Его было мало. В основном захваченное в городских отделах СБУ* и полиции, а еще охотничье.
Записался в отряд и отец Юрки, чем сын очень гордился.
Между тем на узловую железнодорожную станцию города Попасная, в четырнадцати километрах к западу от Первомайска, для подавления восставших стали прибывать части украинской армии.
Поскольку войти туда они могли по соединявшей города трассе, ополченцы соорудили на ней блокпост из железобетонных плит, а по сторонам вырыли окопы. Такой же возвели на выезде из Первомайска в сторону Лисичанска, установив наблюдение с терриконов за трассой и грунтовыми дорогами.
Однако за оружие взялись не все. Часть семей уезжала из города в другие, более спокойные места, в том числе центральную Украину и Россию. Уехали к родне в Полтаву и Гриценки, а с ними Сашка.
Я бы остался, пацаны, сказал друзьям на прощание. Но отец с мамкой не разрешают. Так что не поминайте лихом.
Юрка с Генкой не осуждали. Семья есть семья.
Они же решили стать ополченцами. Запись шла в городской администрации, о чем сообщали расклеенные по городу объявления.
Как думаешь, возьмут? прочтя такое, спросил приятеля Генка.
Должны. Гайдар* в семнадцать командовал полком, а вспомни молодогвардейцев.
Когда это было?
Сейчас то же самое. Война.
На следующее утро, сбежав с уроков, оба отправились по адресу. До этого в этом учреждении не бывали. Администрация находилась в центре, на широкой площади. Справа кинотеатр, слева плавательный бассейн. Перед ней на постаменте памятник Ленину, сзади зеленый парк с альпинарием и фонтаном.
Вход в учреждение был свободным, нашли на первом этаже нужный кабинет. Из него как раз вышли двое мужчин, молодой и старый, пошагали к выходу. Юрка постучал в дверь, изнутри глухо донеслось «да». Открыл, ступили за порог.
Чего надо пацаны? поднял голову от бумаг, сидевший за столом человек лет сорока в пятнистом камуфляже.
Мы это (подошли ближе) хотим записаться в ополчение.
Похвально, обвел глазами. А лет вам сколько?
Мне семнадцать, соврал Юрка.
И мне тоже, добавил Генка.
Придете через год, пожевал губами. Свободны.
Да мы начал было Грач.
Я сказал, свободны! повысил голос. Чего непонятно?
Развернувшись, покинули помещение.
Что будем делать? спросил Генка, когда вышли наружу.
Да пошел он, сплюнул на землю Юрка. Айда к ополченцам. Попытаемся на месте.
Через парк направились к городской прокуратуре, оттуда поднялись вверх по улице Театральной, миновав выходивший в сторону Попасной жилой квартал. В километре за ним, на трассе, находился блок пост, по сторонам извилистая линия окопов.
Однако добраться туда не удалось. На подходе из лесопосадки вышли двое с охотничьими карабинами стоять! Куда идете?
У меня там батя, показал Юрка в сторону окопов. Хотим проведать.
Запрещено. Топайте назад.
Делать было нечего, пошли обратно.
А на следующий день с той стороны ухнул взрыв, и донеслась частая стрельба. К вечеру стало известно, ополченцы отбили первую атаку оккупантов.
В это же время в Рубежном и Лисичанске начались бои между ними и украинскими национальными гвардейцами, некоторые перешли на сторону восставших. Одновременно «Армия Юго Востока» (так теперь именовалось ополчение) захватила украинскую военную часть и патронный завод в Луганске. То же случилось и со второй в Александровске. Далее повстанцы выбили из областного центра отряд Госпогранслужбы, захватив склад оружия и боеприпасов. Накал боев нарастал.
2-го июня украинские военные самолеты нанесли авиаудар по зданию областной администрации, убив восемь и ранив около тридцати человек, а к середине месяца оккупанты с севера вплотную подошли к Луганску. Там, при попытке высадки в аэропорту десанта, ополченцами был уничтожен военно-транспортный ИЛ-76. Спустя еще неделю, в Зеленополье, они перебили еще более двухсот карателей, завладев их оружием и техникой.
С этого времени силы АТО (так Киев назвал свою карательную операцию) начали целенаправленно наносить ракетно-артиллерийские удары по восставшим городам Донбасса.
В конце июля под превосходящими силами ВСУ* Луганское ополчение отступило из Северодонецка с Лисичанском в Первомайск, организовав там новую линию обороны.
Основной ударной силой стал казачий полк Дремова, насчитывающий полторы тысячи человек. Помимо стрелкового оружия в нем уже имелись ствольная артиллерия, РСЗО* и бронетехника, захваченные у противника.
К тому времени стало известно, после отступления ополченцев из Лисичанска, в городе остался отряд подростков, именовавшийся «Юная самооборона». Семьдесят два человека. Вооруженные стрелковым оружием и гранатометами, ребята вступили в бой с оккупантами. Удерживая город двое суток, бывшие школьники уничтожила несколько десятков оккупантов, три единицы бронетехники и две установки «Град». А одна из девушек Валерия Ляхова, бросилась со связкой гранат под танк.
Часть юных героев погибла, оставшиеся прорвались в Алчевск.
Между тем, на подходе к Первомайску развернулись ожесточенные бои, а по нему стали наноситься массированные артиллерийские удары. Украинцы били по жилым кварталам и промышленным предприятиям круглосуточно. Часть населения эвакуировалась в ближайшие Стаханов с Ирмино, но многие остались.
На время обстрелов спускались в подвалы многоэтажек, а после возвращались, разбирая завалы и гася пожары. При одном таком погиб Генка со всей семьей. Украинская ракета попала в их квартиру. На похоронах Юрка сцепив зубы, дал себе слово отомстить за друга.
Одним таким днем, ближе к вечеру, дома появился отец. Грязный, заросший бородой, с автоматом на плече и подсумками на поясе. Расцеловав мать с Оксанкой и потрепав Юрку по вихрам, сообщил, отпустили до утра.
Искупался в летнем душе, сменил белье и побрился. Затем после ужина мать занялась стиркой камуфляжа, дочурка помогала. Они же с Юркой уселись во дворе под яблоней, отец закурил.
Чем занимаешься? глубоко затянулся сигаретой.
Участвуем с ребятами в тушении пожаров и разборке завалов, показал расцарапанные руки.
Правильно, нужно помогать.
А у вас как? Много набили «укропов»?
Хватает. Есть сынок сведения, они вошли в Золотое. И оттуда тоже готовят наступление. Жаль, какими силами не знаем.