Freedom - Зависим от тебя стр 13.

 Что случилось?  спрашивает Дейзи, наклоняя голову в попытке рассмотреть фотографию.

 На тебе ничего нет.

Я поднимаю книгу, чтобы она могла видеть, какое фото мы обсуждаем. Она остается совершенно спокойной, ни капли не смущаясь.

 Я в нижнем белье. Оно телесного цвета.

 Мама это видела?

 Да, она предложила мне сделать фотосессию для взрослых. Это повысит мою ценность.

Ценность. Как будто она свинья, выставленная на продажу.

 Тебе нравится работать моделью?

 Да, вполне. Мне это удается.

Океееей. Рассчитывала на другой ответ, но я не ее мать. Я пропускаю эти еженедельные мероприятия по определенной причине, и эмоциональная привязанность к некоторым ситуациям не поможет мне незаметно отдалиться от семьи Кэллоуэй.

Ло потирает подбородок в поисках нужных слов.

 Тебе пятнадцать, Дэйзи. Не следует оголяться перед камерами.

Его пальцы касаются моего плеча, и он шепчет мне на ухо:

 Даже ты этого не делала.

Как будто это я устанавливаю стандарты, связанные с сексуальностью. Я зеваю и щипаю его за бедро. Он обхватывает мою руку, переплетая наши пальцы. Пусть для меня лучше всего отстраниться, делать этого я не хочу.

Роуз вмешивается:

 Не надо играть роль старшего братца, если даже не можешь вспомнить ее день рождения, Лорен.

Челюсть Ло сжимается, скулы заостряются. Он тянется за своим коктейлем, а затем хватает мою сумочку в поисках фляжки.

Из головы вылетают все мысли, когда я слышу возню персонала в соседней комнате. Я хлопаю Ло по руке, и он следует за моим взглядом, застыв как камень.

Мать с отцом прибыли в особняк.

Последние двадцать минут мы с Ло избегали пристального внимания родителей. Моя мать зациклена на дочери Поппи, которая в прошлую среду во время прогулки по тротуару сломала себе передний зуб. Если я еще раз услышу слова «пластический хирург», мне могут понадобиться четыре «Мимозы» и симпатичный официант.

Джонатан Хейл и мой отец шепчутся во главе стола, наслаждаясь личной беседой. Если их междусобойчик и нервирует мою мать, она этого не показывает. Мама перебирает нитку жемчуга на костлявых ключицах и внимательно слушает Поппи.

 Как дела в Пенне?

Я вздрагиваю от вопроса, тут же выходя из ступора. Поскольку Роуз учится в Принстоне, можно с уверенностью сказать, что отец обращается ко мне и Ло.

 Трудно, много учебы,  кратко отвечает Ло.

Его рука обвивает мою талию. Я слишком нервничаю, чтобы начать испытывать возбуждение.

 То же самое,  бормочу я.

В моей семье я признанная тихоня, поэтому легко отделываюсь односложными ответами.

Мать оживляется и вступает в разговор:

 Лили, моя маленькая ромашечка, как у тебя дела?

Я морщусь, радуясь, что она не назвала меня в честь ромашки. Не могу поверить, что этот вариант всерьез рассматривался.

 Отлично.

 В этом семестре вы ходите на какие-нибудь совместные лекции?

Она касается губами своего бокала, красная помада тут же окрашивает его край.

 Только на одну. Управленческая экономика и теория игр.

Как учащиеся бизнес-факультета, мы с Ло иногда попадаем на совместные лекции, но стараемся максимально этого избегать. Есть такая вещь передозировка Лореном Хейлом.

Джонатан берется за свой стакан с виски. Сын весь в отца, чего уж тут скажешь.

 И как вы справляетесь?

Он переходит к делу, глядя прямо на Ло. И Джонатан, и мой отец выглядят очень элегантно в костюмах от «Армани», их волосы еще не поседели, а волевые челюсти начисто выбриты. Отличие заключается в их особенностях. Джонатан смотрит так, словно может вырвать тебе сердце. А мой отец ведет себя настолько открыто, что может подбежать и обнять меня.

 У меня пятерка,  говорит Ло.

Мои брови взлетают вверх от удивления. Пятерка? Я едва набираю проходной балл, но Ло умен от природы и почти никогда не нуждался в кропотливой учебе.

Джонатан смотрит на меня, и я тут же начинаю вжиматься в диван, будто его взгляд может физически припечатать к месту.

 Ты выглядишь потрясенной. Он лжет?

 Чего? Нет, я, я,  бормочу.  Мы редко говорим об оценках

 Ты мне не веришь, папа?  Он касается груди.  Я уязвлен.

Джонатан откидывается на спинку стула, протягивая:

 Хм-м.

Хм-м? Что это, блин, значит?!

Мой отец пытается разрядить удушающую атмосферу:

 Я уверен, что Лили фокусирует внимание только на важных вещах.

Ло усмехается:

 О да, так и есть.

 Это просто отвратительно,  кисло бормочет Роуз.

Если бы сестра только знала, что Ло говорит о выпивке, а не о сексе. Мать бросает на всех неодобрительный взгляд, полный такого же льда, какой бывает в глазах Роуз.

 Есть планы после выпуска?  спрашивает мой отец.

В голове снова всплывает образ Ло, одетого в обтягивающий костюм и работающего на отца. Его губы накрывает вечная, хмурая гримаса.

 У нас еще есть год, чтобы все обдумать,  отвечает Ло.

 Вам обоим нужно спланировать все как можно скорее,  критично произносит мой отец.

План. Я была так сосредоточена на Ло, что даже не представляла свою жизнь после колледжа. Где я буду? Кем стану? Мое воображение рисует белое, совершенно пустое пространство, не зная, какую картину изобразить.

 Мы просто хотим уделить все внимание учебе. Нам важны оценки.

Ага, конечно.

Отец складывает салфетку на столе, собираясь сменить тему:

 Джонатан и я обсуждали предстоящий Рождественский благотворительный прием, спонсируемый нашими компаниями. Пресса гудит об этом событии уже несколько недель, и важно, чтобы все присутствовали и поддержали мероприятие.

 Мы придем,  говорит Ло, поднимая свой бокал.

 А кольца покупать еще не пора?  спрашивает Поппи с дразнящей улыбкой.

 Мне всего двадцать,  напоминаю я, застенчиво поежившись в кресле.

Кажется, мама упустила возможность назвать меня фиалкой[3].

 Может, поделишься еще какими-нибудь новостями?  спрашивает Роуз, ее скулы заостряются.

Я растерянно хмурюсь и качаю головой. К чему она клонит? Ее губы сжимаются в тонкую линию, и они с Поппи быстро перешептываются.

 Дамы,  упрекает мать,  это некультурно.

Роуз выпрямляется и переводит на меня ледяной взгляд.

 Мне кажется странным, что ты не притронулась к «Мимозе».

 Я за рулем,  отвечаю сестре.

Что не так с окружающими и с моим выбором быть трезвенницей? Когда отказ от алкоголя за обедом стал чем-то ненормальным?

Моя мать хихикает.

 Для этого и нужна Нола, Лили.

 Андерсон тоже,  добавляет Джонатан.

Стукач Андерсон. Да ни в жизнь.

 Ну, у меня есть основания полагать, что твой отказ от алкоголя не связан с вождением,  говорит Роуз.

О чем она?!

 На что ты намекаешь?

Мое сердце бешено бьется. Только не говори о том, чего я опасаюсь больше всего, умоляю. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Ло в успокаивающем жесте сжимает мое бедро, но ситуация уже безысходная.

 Да, Роуз, на что ты намекаешь?  Мама встает на мою защиту.

 У меня есть подруга, которая учится в Пенне. Она видела, как Лили выходила из женского консультационного центра.

Это было в прошлом месяце Иисусе. Я прикрываю глаза рукой и сутулюсь так сильно, что моя голова оказывается на уровне обеденного стола.

Отец откашливается от напитка, попавшего не в то горло, а кожа Джонатана побледнела так, как почти невозможно при его ирландской внешности.

 Это правда?  спрашивает моя мать.

Да.

Я открываю рот, но не могу рассказать им правду. Да, я пошла туда. Я хожу в больницу проверяться на ЗППП каждые несколько дней, понятно? И делаю тесты на беременность. Я слежу за своим здоровьем и осознаю ответственность. Большинство людей не могут похвастаться этим.

Или, по правде говоря, в один день я увидела вторую полоску на тесте. Меня отправили в консультационный центр на УЗИ. К счастью, ложная тревога.

 Лили, объяснись,  чуть ли не вопит мать.

Ло долго наблюдает за мной и понимает, что я не в состоянии подобрать нужные слова или солгать.