Всего за 99.9 руб. Купить полную версию
Я зябко передёрнул плечами в квартире довольно прохладно, опять какие-то перебои с отоплением однако одеваться не стал: всё равно снова ложиться, рано ещё. Накинул на себя одеяло наподобие плащ-палатки, нашарил ногами тапочки и направился на кухню. Деревянная дверь, ведущая из комнаты в прихожую, начала открываться неожиданно тяжело, словно была сделана не из фанеры, а из толстенной свинцовой плиты. В медленно расширяющийся проём проник неяркий зеленовато-жёлтый свет. Я выглянул из-за полотнища продолжающей с тихим скрипом отворяться двери и остолбенел: в коридоре меня встретил безмолвный и неподвижный лес! Ночной летний лес, да ещё, судя по разлапистым контурам пальмовых листьев, тропический Но откуда он глубокой осенью у меня в квартире?!
Над лесом простиралось удивительно красивое чёрно-фиолетовое небо в ярких огоньках звёзд, по которому медленно плыли редкие перистые облака, подсвеченные сверху луной Оп-па! Даже не одной луной, а двумя: большой желтовато-зелёной и маленькой серебристой. Но ведь Ведь именно их я видел в том самом сне, что приходил ко мне со столь пугающей регулярностью!
И в этот момент на меня вновь снизошло. Я вновь вспомнил всё. Воспоминания не пришли ко мне постепенно я мгновенно погрузился в них, словно в безбрежное море. В памяти резко всплыли все те невероятные события, которые произошли со мною 15 апреля с 10 часов 33 минут до 10 часов 31 минуты именно в таком порядке! Мигом заполнился пробел в памяти, угнетавший меня последние месяцы.
моя несостоявшаяся смерть, после которой я и оказался на Ланеле, в монастыре Урочище Девятирога в теле маленького уродца
моё таинственное Предназначение, о котором я тогда ничего не знал, как, впрочем, ничего и не знаю по сию пору
путешествие со старцем-наставником Асием по равнине Божья Столешница, где ночами царствуют крысобаки, беспощадные и кровожадные твари
в захолустной деревне-дрогоуте живёт само совершенство юная лэд-ди по имени Та. Эсмеральда и Квазимодо
случайная встреча с Четыреста Двадцать Первым, беглым императорским гвардейцем, и обмен с ним телами
путешествие в столицу империи, где меня арестовывают в качестве Четыреста Двадцать Первого
императорская охота на Плато Синих Псов, где я в группе «тушканчиков» являюсь «дичью», а императорские маршалы атак-редеры охотниками
схватка с атак-редером и удивительный трофей энергетический Меч, артефакт Иных Людей
ещё один артефакт система внепространственных порталов, с помощью которых уходим от погони и строим на острове Серединного моря свой город-государство Одессу
Подземный Город станция бесследно исчезнувших Иных Людей, полная приборов и устройств неизвестного предназначения
война с императором, его атака на Одессу, наш с ним поединок, после которого у меня и наступает тот самый пробел в памяти*
(*СНОСКА подробнее в книге В. Городов «Круг Девятирога», изд. АСТ, 2006 г.)
И вот снова я здесь! Ланела! Та! Вы снова со мной, снова рядом! Я иду к вам!
* * *
Я быстро шёл, почти бежал по нереальной лесной тропинке, каким-то неведомым образом точно чувствуя направление, в котором мне следовало двигаться. И я уже знал, где нахожусь. На Априи, прежде необитаемом острове, где я основал свой город и своё государство. Вернее, почти на Априи: это всё-таки ещё не она настоящая, а лишь её слепок в Безвременье, в том пространстве, через которое я попал сюда и в прошлый раз. Всё замершее и неподвижное, словно мастерски сделанная декорация, не имеющее запаха и совершенно одинаковое на ощупь. Я спешил и ни перед чем не задерживался. Какой смысл изучать безжизненную копию, если уже совсем скоро я смогу ощутить её настоящую? Ещё чуть-чуть, и я смогу потрогать тёплые, чуть влажноватые стволы деревьев, пройтись по хрустящему песку пляжа, смочить ладони в прохладной набежавшей волне Серединного моря Где-то там, впереди, ждёт меня новое тело, с помощью которого я вновь встречусь с Ланелой, моей любимой планетой! Чьё оно, это тело? Кто и по какой причине добровольно согласился мне его уступить в этот раз? Пока это оставалось для меня сюрпризом сродни далёкому детскому: что же за подарок оставил Дед Мороз под новогодней ёлкой? К радости примешивалась и некоторая тревожность. Очень уж не хотелось так же, как в прошлый раз, оказаться в теле замученного жизнью хилого уродца. Ведь тогда только лишь благодаря множеству счастливых совпадений мне удалось обменяться телами с бывшим императорским гвардейцем. Причём эта сделка оказалась тем редким случаем, когда в результате обмена выиграли оба.
За очередным изгибом тропинки открылся большой, местами замшелый валун, на котором сидел и дожидался меня молодой человек лет двадцатидвадцати пяти в светлом одеянии очень простого покроя. В том, что он ждёт именно меня, сомнений не было. В прошлый раз в этом загадочном пространстве я находился в компании всего лишь с одним человеком бывшим владельцем тела, откуда следовало, казалось бы, вполне логичное предположение, что и это именно тот, чьё тело мне предстоит занять. Физическое сложение встреченного мною человека вызывало восхищение. Однако обольщаться всё же не стоило: здесь, в этом загадочном пространственно-временном бытии каждый мог принять такой облик, какой при жизни ему казался совершенным. Вот и этот: крупный, мускулистый, с фигурой и профилем греческого бога. А на самом-то деле вполне может оказаться, что при жизни он был уродом ещё пострашнее того, который уступил мне тело в прошлый раз.
Да будут длани Обоих над тобою, произнёс я ланельское приветствие, подходя ближе.
И тебе Их покровительства, Светлый, ответил тот.
Как ты меня узнал? В таком виде меня на Ланеле не видел никто! я невольно опустил глаза: да уж, одет я точно не для визитов трусы, тапочки и одеяло. Действительно, в таком наряде в здешнем мире я не разгуливал. Хотя речь в общем-то шла отнюдь не об одежде, и мы оба это прекрасно понимали.
Кого же, кроме тебя, здесь ещё можно ожидать? по-доброму усмехнулся мой собеседник. Присаживайся рядышком. Побеседуем. Безмерно рад вновь видеть тебя.
Как вновь? Разве мы с тобою были знакомы? Не может этого быть: у меня абсолютная память, но тебя я вспомнить не могу. Кто ты? Как тебя звали при жизни? Только не говори мне «не зови ушедшего»!
Человек грустно улыбнулся и произнёс:
Может быть, тебе напомнят что такие слова: «Трудно не стать богом!»
Асий?! поразился я. Так значит, это ты уступаешь мне своё тело?
А ты уж и испугаться успел, сын мой? вновь усмехнулся он. Не возражаешь, коль буду продолжать называть тебя так? Мыслишь, поди: «Вот ведь, в очередной раз везения нет! В прошлый раз уродом немощным в сей мир пришёл, в нонешний старцем убогим жизнь влачить придётся» Не отрекайся, не отрекайся! Это у тебя на лице начертано. Но да не тревожься о том. Не своё, другое тело я для тебя сыскал, более для свершений подходящее.
Но сам-то ты что здесь делаешь? И что с остальными? Как Та? Как «тушканчики»? Как дела в Одессе? Чем закончилась война? засыпал я вопросами своего наставника.
Нет более Одессы, грустно нахмурился Асий. Все, кто уцелел, покинули Априю посредством Волшебных Врат, как ты им то и повелел. После, думается, Врата с той стороны разобрали. Что с ними далее сталося не ведаю. Одним могу утешить: ни одного из твоих друзей не нашёл я среди павших.
Но ты не ушёл вместе со всеми. Почему?
Не смог. Да и не жалею о том нынче. Ты всё ж присядь-ко подле, присядь поспешать-то здесь некуда да послушай, что я тебе поведаю обо всём, что после твоего ухода сталось
* * *
Вот тут-то, как узрел я живыми-здоровыми твоих скакуна да пса верных, и появилась у меня мысль вновь тебя на Ланелу призвать, продолжил свой рассказ Асий. Право слово, не был уверен, что верно поступаю. Однако что-то мне вещало: должно так сделать. Отыскал я Неутомимого. И надо сказать, как нельзя вовремя. Совсем уж он решился от тоски великой счёты с жизнью свести, сидел в задумчивости на берегу, со светом белым прощался. Скорострел уж на висок свой наставил. Не хотел он поначалу со мной говорить. Однако же, как услышал, что могу я его от Вечного Схлопа спасти огонёк в его глазах затеплился. А плату за то потребовал я по его меркам невеликую тела павших земле предать. В два дня он с тем уроком справился. Работал без сна и отдыха, лишь покушать требовал. Варил я ему похлёбку из мяса, что Аррутар с охоты приносил. А чтобы не пуста была та похлёбка кореньями, в лесу собранными, приправлял. В своих хождениях по лесу и набрёл я вот на это самое место, весьма подходящее для задуманного. На третий день, как только Неутомимый последнего из убиенных земле предал, привёл я его сюда и, вознеся молитву Обоим, приступил к обряду по канонам, памятным мне с тех самых пор, когда послушником в Урочище Девятирога состоял. И вот оказались мы с ним оба здесь, на пороге Светлого Пути. Видел бы ты, в каком обличье он в этом мире предстал! Да ты ж, я запамятовал, и видел я его к тебе с вестью присылал!