Всего за 449 руб. Купить полную версию
Том встал напротив шкафчика с номером сто двенадцать и вздохнул. Ровно столько попыток необходимо, чтобы открыть кодовый замок. Том подозревал, что механизм проклят, и каждый раз воображал себя Ларой Крофт, разгадывающей шифр. Том достал из сумки небольшой блокнот и начал прикидывать, какую комбинацию выбрала Вселенная сегодня. На семнадцатой попытке его нервы закончились, и началась вторая часть плана по ограблению собственного шкафчика: колотить и пинать его, пока не откроется. Когда силы Тома иссякли, он стал задумываться о вечном. Так ли сильно нужна ему эта тетрадь? Ручка? Что конкретно должна написать эта самая ручка на листе из тетради, запертой в шкафу? Итоговый тест по биологии, который Том обязан сдать хотя бы на «D», оказался под угрозой срыва из-за заевшей дверцы.
О, и если ты считаешь меня огоньком, дружок, подумай еще раз, я вулкан! И сегодня твоим Помпеям конец[38], запел Том и еще раз ударил по дверце, оставляя на ней очередную вмятину. Безрезультатно. Он сделал шаг назад, чтобы перейти к фазе третьей таран.
«Время подвинуть планету Земля».
В ту самую секунду, когда Том разогнался достаточно, чтобы пробить стену и раскрошить каждый кирпич в школе, а попутно и собственные кости, огромная рука легла на его замок от шкафчика. Том остановился и удивленно уставился на знакомую ладонь. Алан без особого труда сорвал замок, лишний раз доказывая, что ему под силу размазать трех друзей по стенке, как назойливую мошкару. Дверца, погнутая от многолетних избиений, наконец-то смогла высказаться и, противно заскрипев, открылась. Конечно же, нужной тетради в шкафчике не оказалось. Зато теперь Том стоял один на один с Аланом. Обычно тот подходил с недовольным выражением лица, по которому сразу становились ясны все его намерения.
Как вижу, ты сегодня в голосе? низкий, наполненный какими-то недобрыми нотками тембр пустил дрожь по позвоночнику Тома.
«Так, а это что еще за презентация силы? Тебе, конечно, спасибо за помощь, но как мне теперь спасти свои ненужные книжки от воров? Голос у Алана, черт возьми, отменный. Уверен, такие, как он, футболисты с рельефными мышцами, искрящимися светлыми глазами и гитарой в руках, легко крадут сердца и разбивают их. Его баритон с уклоном в сторону баса вскружил бы голову многим. Особенно в совокупности с его волевым подбородком, ровным носом, кожи цвета слоновой кости и темными немного волнистыми волосами Странно, но я ни разу не слышал о его второй половинке. Да, за ним увязываются толпы последователей и подпевал вроде Итана, однако этот громила всегда входит и выходит из школы в одиночестве. Словно мир, в котором Алан общается с людьми, ограничивается школой, а за ее пределами задиры и не существует вовсе. Откуда и почему в интонации Алана спряталась угроза, мне не известно. Он может скрывать это, сколько хочет, но меня, человека, живущего на уровне водных знаков и скрытых смыслов песен, провести не получится».
Я перезвоню Дай ранам затянуться. Я перезвоню завтра, а быть может, никогда[39], усталым голосом пропел Том. День, и правда, пестрил заботами, и, хоть вечер обещал быть непринужденным, встревать в очередную разборку не хотелось. Том сверлил Алана взглядом, моля понять и отпустить хотя бы сегодня, но молчание начало затягиваться, напрягая еще сильнее. Песен для школьных задир Том знал немного, поэтому потянулся в сумку за доской, досадно вздыхая. И все в одночасье рухнуло, когда Алан перехватил его руку.
Не надо, я понял тебя. Он сверлил Тома взглядом убийцы. Надави Алан чуть сильнее, и кисть Тома разлетелась бы на составляющие, как лего. И все же старый враг не переставал удивлять. Он медленно разжал ладонь. Я не такой дурак, как ты думаешь. Я понимаю все, что ты хочешь сказать, в том числе и шпильки.
Отпусти птицу и не бойся. Небо поможет ей взлететь. Просто отпусти ее[40], пропел Том и с удивлением посмотрел на Алана, не понимая, что вообще происходит.
«Надо спросить у мамы, не объявляли ли по новостям вспышек на солнце? Иначе с чего бы Алану общаться со мной, как с равным? Нет, лучше пусть пояснит мне, когда научился адекватно толковать смысл, который я пытаюсь донести песней. Давай еще скажи, что ты все подстроил: слышал, как учитель говорит Ричарду задержаться, знал, что у Джека тренировка. Скажи это, и я начну волноваться всерьез. До образа Джокера, как гения злодейских планов, тебе еще очень далеко, но «Пугало» выйдет неплохое. Это вообще нормально, что меня интересует причина, по которой Алан заговорил со мной? Из школы я отправлюсь в психушку. Теперь-то я не очень уверен, что это просто стечение обстоятельств. Алан?».
Есть разговор. Он говорил тихо, низким голосом. Тому приходилось прислушиваться к каждому слову.
Твои слова смерч, но вместо взлета я лежу лицом в земле![41] удивленно пропел Том. Он таращился на пустой коридор, не понимая, какой черт может заставить Алана бояться и искать уединения. Его слова пригвоздили Тома к полу.
«Зачем? Куда? Да ты же Сатане рога обломать можешь!».
Разговор не для всех, продолжал зловещим тоном Алан.
Просто скажи, куда я иду? Эта дорога усыпана розами? Нервы Тома сдавали. В голову лезли определенно не самые лучшие песни. Мне страшно наступить на шипы![42]
«А правда, кого боится Алан?»
Будешь смеяться надо мной песни начнешь выбирать из дискографии Брайна Блека[43], уяснил? зарычал Алан и ударил по дверце шкафчика. После этого он явно больше никогда не закроется. Если я сказал нужно поговорить, значит пойдем поговорим. Не усложняй жизнь ни мне, ни себе. Том смотрел, как Алан задышал подобно быку на корриде.
Мне страшно наступить на шипы![44] повторил уже спетую строчку Том.
«Да, я знаю, что мне не хватило грудного звука. Да как тут вообще можно концентрироваться на песне, если медведь пытается утащить тебя в берлогу? Лили[45] всемогущая! Ты куда меня отвести хочешь? А главное, зачем?!»
Я не собираюсь заставлять тебя петь и не буду бить, просто хочу поговорить наедине. Том упрямо оставался на месте. Под упрямством в этом случае подразумевались страх и шок от нормального разговора с Аланом. Хорошо. Тебя стоило прозвать не драным котом, а упертым бараном.
«Точно все рассчитал! Каков подлец!»
Я хотел поговорить о Дилане.
«Богиня Элизабет Рей[46]! Спасите меня!»
Он перевелся к нам полторы недели назад и уже успел со всеми подружиться. Я видел, что вы с ним пару раз общались. Алан еще раз оглянулся, а потом посмотрел на перепуганного Тома так, будто собирался оторвать ему голову, если тот попытается сбежать.
Дилан обожал общаться. Он был абсолютным экстравертом, у которого везде и всюду появлялись друзья. Том мог их понять: стоило Дилану улыбнуться, и диалог клеился непроизвольно. Даже странно, что в первый школьный день Дилан подошел именно к ним. Наверно, единственным, с кем он не успел или не смог подружиться, стал Алан. Даже свита школьного задиры тянулась к Дилану. Том и Дилан общались после знакомства всего пару раз, и каждый раз Том ловил на себе странные взгляды от новичка. Том так же смотрел на слона, когда впервые пришел в зоопарк. Нет, по сравнению с родителями Ричарда, которые разве что не хлопали в ладоши от его пения, Дилан смотрел на него с неподдельным восхищением. Вероятно, в день их знакомства манера Ричарда говорить, подражая охотникам на китов, рассуждать о вкусе их вяленых плавников отпугнула Дилана. Кто мог подумать, что Моби Дик станет камнем преткновения. Том перевел взгляд с волос Алана на пуговицы его синего поло.
Ходят слухи, что он не тот, за кого себя выдает, ровно, уже без шепота и страха сказал Алан.
«Да за кого он вообще себя выдает? Мы разговаривали-то пару раз! Что за шпионские игры, Алан?»