Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Тогда кинул помидорчиком в Надюху. Та была всегда заводной и сразу ответила смачным помидорищем. Я еле успел уклониться! Как заговорщики улыбнулись друг другу, и уже все вошли в азарт. Приколисто получалось: метнёшь незаметно в Толяна и нагнёшься, будто вроде не ты. Он подслеповато потаращиться и метнёт в другого, подозревая того в подлянке, и тоже нагнёт голову мол, не при делах. Тот тоже в кого-то метнёт. Ошмётки от сочных снарядов так и разлетались! Доставалось всем по спине и тыквам (чтобы никому не было обидно).
Однако нам показалось мало собственных разборок. Бригадира поблизости не наблюдалось, и мы открыли огонь по соседям, на что те живо откликнулись. Контратаки следовали одна за другой, и хохоту было полно! В общем, неплохо провели рабочий день. До горизонта мы так и не добрались, и к пяти нас сняли с трудовой повинности. Возвращались грязные, перемазанные деревенской «косметикой». Зато отдохнули от души.
В другой раз отправили в степь собирать арбузы. Кидали их в кузова грузовиков. Хотя увесистую ягодищу не всегда удачно ловили сверху. Она шмякалась оземь, и спело трескалась на куски. День был на редкость жаркий, и мы с удовольствием лопали разбитые арбузы. Одно фигово руки слипались от сладости. Мало того, мы по глупости надумали мыть их нежной мякотью. Получилось ещё хуже. Приторная липкость чуть не сделала нас крэйзи мы ни к чему не могли притронуться! Воды не было, и едва дождались, когда заберут из знойных степей.
Так проходила тягомотина трудодней. Поселили в огромнейшем ангаре. Эдакая половина стальной бочки длиной в сто метров. По центру с одного бока к другому висела белая материя как обычно: мальчики налево, девочки направо. Типа, храните духовную чистоту, господа потенциальные медики. Увы, в первые же сутки я убедился в обратном.
Матерчатая перегородка была для проформы. В мальчиковой зоне сидели лишь «позвонки». Поначалу. Второй курс почти сразу перебрался в девчачью зону. По вечерам-ночам там, по-моему, даже уравнилось количество гендерных типов. Разумеется, первокурсники, беря достойный пример со старших братьев, стали чаще окупировать женскую половину.
Некоторые девушки, конечно же, возмущались (или хотя бы делали невинный вид), но, в целом, всё было мирно. Но не тихо. Сказывалось то обстоятельство, что употребляли русскую еду водку, закусывая лимонадом и плавленным сырком. И как же для поднятия настроения без песен? В разных углах или звучали гитарные переборы, или просто кто-то пел хором всякую муру.
Было здорово! Пока старшекурсники не завели песенку с несложным мотивчиком и столь же несложным сюжетом: в ночном лесу, вроде бы, благодать, да только всякое зверьё и птицы мучаются бессоницей. У каждого почти своё горюшко. Тот же барсук повесил член свой на сук и «Вот и не спит барсук». Олень вообще зацепился яйцами за пень! И не спит, дёргается туда-сюда. Какого хрена рогатое животное лезло куда не надо, оставалось загадкой. И в каждом куплете очередной пернато-волосатый бедолага мучился личной тайной. В целом же
Мы вникали в вариации самой животрепещущей проблемы:
Тихо в лесу,
Только не спит весь лес.
В каждой дыре и в каждой норе
Идёт половой процесс.
Животный психоанализ в музыкальном исполнении не менялся на протяжении, как минимум, часа. И это даже вызывало смех со всех сторон. Я тоже ржал. Хотя что-то подспудно не нравилось. Нет, я конечно, давно был напичкан блатняком в родимой Сарепте. Но чтобы так громко петь матом на публику!.. Это казалось странным, даже пошлым. Ведь я предполагал, что попал в приличное общество, а не в подворотню. Увы, здесь тоже хватало быдляка. И в том была неизбежность сермяжной правды.
* * *
Потом была дискотека. Единственный праздник средь серых будней! Приехали развлечь нас музыканты «Альтернативы» из нашего вуза. Поначалу я поморщился при упоминании словосочетания «вокально-инструментальный ансамбль». Всяких ВИА столько развелось в Союзе, что уже не отличишь друг от друга: «Поющие гитары», «Голубые гитары» и прочая гитарня. Зато модное слово «дискотека» притягивало однозначно. Отправились всей группой и не пожалели.
Предварительно потёк советский репертуарчик. После стало ясно для проформы. Объявили:
Сейчас можно будет потанцевать под всем известную мелодию.
Песня не называлась. Но едва зазвучали орга̀н, как я узнал её без ошибки: едва слышные, как утренний восход, протяжные звуки мелодии ни с чем не спутаешь. И далее словно разгорающийся день протяжные, мерно повторяющиеся аккорды, которые нарастали уже в полифонии. Они улетали вместе с нашими душами-птицами в звёздное небо, заставляя достигать невиданных вершин экстаза. Конечно же, супер-знаменитый медляк July Morning!
И ты, вместе с другими, уже ничего не мог поделать с собой. Да разве можно противиться божественному? Волшебный мотив повторялся и повторялся в разных вариациях, и ему невозможно было сопротивляться. А музыканты в свете рамп выглядели уже полубогами. И мы, одурманенные волшебным опиомом, ме-е-дленно танцевали с Надеждой под безразмерный хит «Хипов»[9].
Чудилось, даже сам музыкант на «Ёнике»[10] тщился изо всех сил оттянуть финиш «Июльского утра». И всё же удивительная мелодия (к великому сожалению!) должна была закончится. Как, наверное, и с жизнью: какой бы она ни была длинной, выясняется, что пронеслась вдруг, как миг. Эх Нам хотелось бо̀льшего, и свистом мы уже требовали на бис ещё что-нибудь забойное. Но все же чуть остереглись: как бы вообще не запретила играть рок дальше. Я почти полюбил эту «Альтернативу» непонятно чему, также как своих кумиров. Такая альтернатива нам нравилась. В моём разуме ещё долго звучало: «In my heart, in my mind, in my soul[11]».
Возвращаясь с вечера я размышлял в некотором недоумении: «Каким образом однообразные рифы могут так очаровать слушателя? Всё же элементарно в той мелодии! Хотя не зря где-то слышал, что простейшее самое гениальное. Кто же тот талантище, что сумел отыскать среди нот подобную простоту? Встретиться бы с этим Хенсли[12], да напрямую спросить, как он сумел сотворить такое чудо из семи нот? Как он вообще умеет обращать свою фантазию в нужное русло? Композиция Return to fantasy[13] невероятно божественна! Благодаря ей ты уже сам расправляешь крылья, желая сочинить нечто необыкновенное! Я был благодарен неведомому англичанину, который так будоражил воображение. Впрочем, уверен, и других фанатов рока.
Наконец, мы со своей сельхозодиссеей очутились в финале. Однажды сообщили, что пора отбывать в Волгоград. Ждали окончания дня, как зеки освобождения. Вечером студентов погрузили, извините за тавтологию, в грузовики, и мы помчали вперёд, к родному «Змееведу» и маминым пирожкам. Впрочем, не будем обижать гостеприимных хозяев нас кормили сытно: борщ, компот, картошка или макароны с мясом. Просто однообразное меню уже начало надоедать, хотелось пожевать чего-нибудь «домашнего». И всё же, спасибо селянам, которые откормили нас перед предстоящими учебными боями.
Наша группа тряслась в кузове и веселилась от души. Уже скоро начнут сбываться мечты о познании любимой профессии, и как тому не радоваться? Мы успели почти сдружиться, и это было прекрасно.
Давайте, что-нибудь споём? предложил чёрненькая, пухленькая Любка.
А что? все были в кратком замешательстве. И Толян выдал вполне удачный вариант:
«Во французской стороне».
Ух! Как не затянуть песню бродячих вагантов. Мы были не прочь помчаться по волнам своей памяти из ставшего враз популярного диска. И звонкие голоса разносились по вечерним улицам:
Во французской стороне