Всего за 129 руб. Купить полную версию
Как скажешь, сказала я.
Сама не заметила, как перешла на ты. Саша был довольным добрым, разговаривать было легко.
Первым рабочим заданием это вам не шутки! было поменять заставку на рабочем столе. «Маками» я раньше не пользовалась, но привыкла быстро. Поставила красивый пляж, чтобы работать с видом на океан. Потом залезла в Яндекс музыку и включила Битлз. Мне удалось расслабиться настолько, что я стала вслух подпевать Полу Маккартни, а затем и вовсе пустилась в пляс, кружа юбкой по огромному «офису». Надо будет бабе с дедой фото показать.
Когда проголодалась, то сходила на соседний рынок за выпечкой, но поесть в одиночестве не вышло. До пяти вечера на студии не было ни звука гробовая тишина, но потом сначала пришел толстый дядька на косых коленях, он представился Барабасом. За ним пришли двое друзей, потом еще девушка с парнем. И я стала задумываться: а всем ли я должна открывать? Но они, как один, говорили, что пришли к Удаче. Кто такой этот Удача? стеснялась спросить, и только понимающе кивала, будто работаю здесь десять лет и не нуждаюсь в объяснениях.
Пришлось доедать свой обед как крыска по маленькой кусочку, шелестя пакетом и запивая апельсиновым соком. Не знаю, почему я просто не пошла на кухню. Наверное, мне показалось некрасивым, если я уйду, когда пришли клиенты.
Примерно к восьми вечера в общей сидело около человек пятнадцати! Они играли в карты, переключили Битлз на рэп и периодически спрашивали меня, когда придет Удача. Я зачем-то отвечала «скоро». Больше всех было слышно Барабаса, который без умолку рассказывал истории, мало похожие на правду. Мне показалось, что все они немного чужие друг другу, так как темы были в стиле «вчера мы классно потусили», никаких личных или около личных вопросов.
Я смотрела видео, как пользоваться «маком», когда ко мне подошла девушка с короткой прической. Милая, мы сразу подружились. Она представилась Маргариткой и стала рассказывать кучу историй о том, кто и с кем встречается. У Лёши есть Крис, но они часто ругаются, так что отношения висят на волоске. У Паши МЧСника появилась Саша Пылова, и они сосутся и трахаются, где попало, так что иногда это бесит окружающих. Наташа Стрыкалова сделала аборт, и больше не появляется в студии, потому что ненавидит Пантолеева, который проиграл в карты свою машину. Я слушала это, качая головой как голубь, но абсолютно не понимала, о ком идет речь. Я не знала ни одного человека из всех, кого она называла. Хотя, признаюсь, слушать было интересно.
К позднему вечеру атмосфера накалялась. Ребята стали нервничать. Вот кто-то уронил бутылку с пивом. Бородатый мальчик кинул бутерброд с сыром в Маргаритку за то, что она пошутила про «маленький». Кто-то еще поссорился из-за музыки, потому что снова переключили чей-то любимый трек. Периодически слышала, как кого-то исподтишка обсуждают словами «новенькая», «олениха» и «я бы вдул» вполне вероятно, что это обо мне. Становилось некомфортно.
Маргаритка пропала из виду, а она была единственным оплотом спокойствия. С Маргариткой я чувствовала себя «в теме» теперь нет. Кто-то закурил, потом еще кто-то. Я вспомнила, что даже Саша не курит внутри. Но побоялась возражать. Я вообще старалась не двигаться, а только ждала, когда придет этот Удача, и все уйдут. Что там Пенивайз говорил? «Сегодня повезло»? Да уж, прямо выиграла путевку в «полную комнату пьяных и раздраженных незнакомых мужчин».
Может, позвонишь ему? вдруг сказал кто-то с дивана.
Это мне? Я не поняла.
Алло, говорить умеешь?
Вы мне? спросила.
У тебя еще и глаз нет? Я смотрю прямо на тебя. Кому еще я могу это говорить?
А вы сами не звонили? спросила я.
Так он в удивлении задрал брови.
Кажется, его разозлил мой вопрос. Почему местных мужчин так легко вывести из себя?
Ты кто такая, я не понял?
В подмышках выступил пот. Я не понимала, чем могла его оскорбить, так что молча уткнулась в компьютер, читая сама уже не помню что. Пока они мусорили и ругались между собой, меня это устраивало. Но теперь это бурлящее бутылками и сигаретами зло коснулось меня.
Ты же здесь работаешь? это был неприятный тип, который пришел с Барабасом; имени я не знала. Скажи ему, что люди ждут.
Он так выделил «люди», будто в этом слове было куда больше, чем он может рассказать.
Могу узнать причину? сказала я с деланной уверенностью.
Мне хотелось показать характер. Я не какая-то размазня! Я администратор, и должна вести себя соответствующе.
Девочка, он встал и провел рукой по своей короткой стрижке. Тебе нужны причины?
Дава, хорош! донесся чей-то голос через играющую музыку.
Я заебался, продолжил Дава. Ждем по три часа каждый ебаный раз, он направился в мою сторону. А эта сука, одетая как колхозник, хочет причин.
Это он про меня? Что он себе позволяет? Я нормально одета.
Спорить с ним хотелось меньше всего. Я надеялась молча переждать, пока он выговорится и остынет, но «Дава» не переставал вынуждать к ответу.
Я не могу, сказала я, уменьшившись на несколько размеров.
Что не можешь? Говори громче.
Он в курсе, что его духи не пахнут, а воняют? Ужасный запах доходил даже за три метра.
Дава, хорош! повторил блондин и встал, расправив плечи.
Завали ебало! Дава махнул рукой, и светлый мальчик тут же замолчал, покорно сложившись на диване. А ты звони.
Я решила, что пора бежать. Блондин был одной надеждой, но надежда улетучилась в вентиляцию вместе с вензелями дыма, которые он оставлял после малюсенькой попытки защитить меня. Гнилое место с людьми, в которых нет ничего святого. Молча взяла сумку, захватила мусор и пошла к выходу.
Куда? Дава преградил путь и уставился черными, как смола, глазами.
В туалет, я отчетливо услышала, как задрожал мой голос, и попыталась обойти его.
Сначала позвони, он сделал шаг в сторону и ударил меня плечом.
Было больно, и я почувствовала, как зудят глаза из-за подступающих слез.
Он сменил номер, сказала.
Что за хуйню ты мямлишь? он уткнулся надутой грудью в мой нос.
Я молилась, чтобы Саша пришел скорее. Где его носит? Почему он ничего не объяснил? Что за Удача, и почему к нему пришли столько людей? Я должна отдуваться за какого-то мужчину, которого ни разу не видела?
Пре-прекра я снова стала заикаться: уже второй раз!
Прэ! Прэ! Прэ! Дава стал так рьяно передразнивать, что мне на лицо брызнула порция его слюней. Звони, я тебе сказал.
За спиной Давы сидела куча других плечистых мужчин, но все молчали, словно на спектакле. Внутри все переворачивалось от мерзости, что требовала от меня невозможного. Меня затошнило.
Я я не знаю его номера, сказала я.
Пиздишь! он нервно выхватил мою сумку волосатой рукой, на которой блеснула золотая цепь. Доставай телефон и звони, или я надену сумку на твою голову и заставлю сидеть, пока он не придет.
Здесь мои мозги отключились, впали в анабиоз. Страх сковал руки и ноги так, что не могла пошевелиться. По щекам уже текли слезы, а носоглотка всхлипывала в такт пульсирующим легким. Все происходило быстро; я воспринимала происходящее словно по стоп-кадрам. Дава грубо высыпал содержимое сумки на бежевый ламинат: помада, записная книжка, ручки, проездной, расческа, зеркальце и всякая мелочь. Я заметила даже пылинки и чьи-то волосы, которые смешались на полу с моими вещами.
Мне было нечем дышать, а купленный на рынке хачапури с сыром так и подкатывал к горлу. Надень эту сумку, и пусть все закончится.
А это Дава заметил камень, подаренный дедушкой. Ты что, камни в сумке с собой носишь? Совсем больная, что ли? он засмеялся и провел камнем по орбите вокруг себя, чтобы все посмотрели.
Я зажмурилась, разбив несколько капель об пол.
Отдай, совсем тихо сказала я.
Что-что?
Отдай! крикнула я и дала громкую пощечину.
Глаза Давы настолько рассвирепели, что, казалось, он хочет всерьез убить меня. Но он лишь смотрел на меня, как будто пытался успокоить себя, чтобы не убить меня на глазах у всех. Затем он убрал камень в карман, и я приготовилась к погружению. Я поняла, что это максимум, на что способна. И дальнейшие мои сопротивления сделают только хуже.