Всего за 164 руб. Купить полную версию
Мира, пошли выбирать малышей! прошептала Вика Рябинина.
Пришлось выпрыгнуть из своих мыслей. Я увидела, как все мои одноклассники поспешили к ряду учеников первого класса, чтобы провести их в здание школы. Я тоже поторопилась и взяла за руку первую свободную девочку с двумя длинными пшеничными хвостами, на которых красиво возвышались белые бантики.
Как тебя зовут? спросила я.
Оля, ответила девочка.
А меня Мира. Ну что, пойдём в твой первый класс.
Мы вошли в школу. Ещё немного сохранился запах краски, которой недавно были покрашены стены. Сочный голубой цвет встречал радостно новых учеников. Блин, что-то я стала чересчур сентиментальной. Слёзы так и просились выйти погулять. Но я поджала губы, а затем нервно прикусила щёку изнутри. Я довела девочку до кабинета, где её уже ждали новые друзья. Затем подошла к окну напротив. В отражении попыталась разглядеть себя. Я расстегнула тёмно-синий пиджак, демонстрируя песочного оттенка блузку с тонкими чёрными линиями в центре и по краям рукавов. Прозвенел звонок. В поле моего зрения попало несколько пылинок, и я стряхнула их с брюк. Быстрым шагом поднялась на второй этаж.
С прошедшим! услышала я звонкий, как монетки в копилке, голос позади себя.
Я обернулась. Моя одноклассница и закадычная подруга Полина Наумова стояла посреди коридора. Своей сногсшибательной улыбкой она могла убить.
Поля! Привет! воскликнула я и, подождав, когда она подойдёт ближе, слегка приобняла. Полина была моей единственной подружкой в нашем 11 «Б». Последние два года мы особенно сдружились с ней, сидели за одной партой. Но это лето создало между нами дистанцию, причиной которой стал Сергей Сапрыкин. Я бежала к нему, бросая подругу в кинотеатре. Он звонил, и я прерывала речь Полины на самом интересном месте. Короче, я ужасная подруга. И она была права, когда однажды сказала, что со мной трудно дружить. А теперь она вспомнила про мой день рождения и разбередила недавно полученные раны. Я не могла рассказать ей про расставание с Серёжей. Иначе она бы лишь ехидно рассмеялась и словесно уколола. Она в этом блестящий мастер. Я дорожила дружбой с ней, но поняла, что когда появляется парень, то подруги отодвигаются на второй план. А когда парень бросает, то подруги вновь занимают первую строчку личного рейтинга. Потому что подруги нужны, чтобы утешать, отвлекать, помогать. Я так думала до недавнего времени. Однако, увидев Полину, её беззаботный вид, лёгкость, с которой она двигалась, пока мы шли к нашему кабинету русского языка и литературы, то почувствовала, что не смогу поделиться с ней своими новостями. Доверять можно лишь самому себе. Так безопаснее. Не будет сплетен. Не хотела, чтобы мне здесь промывали косточки, когда я отправлюсь в Индию. До знакомства с Серёжей мы делились друг с другом всем. Сейчас я испытала мерзкое чувство вины. Я хотела рассказать всё, мечтала, чтобы меня успокаивали. И также желала, чтобы Наумова или кто-либо ещё, кроме семьи, никогда не узнал о моём расставании. А вот про поездку на фестиваль придётся сообщить.
Приветик, Мирчик! произнесла Полина. Прости, что не смогла поздравить тебя лично в день рождения. Ты же знаешь, я была с родителями на море. Вчера только приехала.
Наумова достала из сумки маленький серебристый пакетик и протянула мне.
Ещё раз с днём рождения. Вернее, с прошедшей днюхой, подруга! сказала Полина.
Спасибо! ответила я и спрятала подарок в свою сумку.
Ты не посмотришь?
Уже был звонок. Пойдём на урок. Я на перемене посмотрю.
Ладно.
Мы вошли в кабинет русского языка и литературы. Наш классный руководитель Алла Фёдоровна Доронина недовольно проговорила:
Девочки, первое сентября, а вы опаздываете!
Алла Фёдоровна, вот именно! Сегодня первое сентября, наш праздник. И в этот день можно опаздывать, дерзко сказала Полина Наумова.
О Боже! Полинка любила иногда выводить людей из себя. Но только не сегодня. Пожалуйста. Мне ещё надо отпроситься у Аллы Фёдоровны.
Полина, снова ты села на своего конька, учительница подошла к доске.
Я всегда на коне, заметила Наумова и плюхнулась на стул возле меня.
Классная руководительница с неприятным скрежетом начала писать мелом тему урока.
Когда прозвенел звонок и последний урок остался позади, я шепнула Полине, что мне надо задержаться. Я не хотела, чтобы она меня ждала. Ведь если бы мы пошли вместе домой, подруга непременно свернула бы наш разговор на Сергея, которого считала моим парнем. Я тоже какое-то время так думала. Только последние несколько часов размышлений открыли мне истину. Я заблуждалась. Сапрыкин не был моим парнем или настоящим другом. Но я не могла сказать этого Полине, потому что тогда она оказалась бы права, когда говорила мне, что я выбрала отношения, а не дружбу и, скорее всего, совершила ошибку. Мне достаточно упрёков дома, чтобы я их ещё выслушивала от подруги. Так что я решила промолчать.
Тебя не будет целый месяц? спросила Алла Фёдоровна, внимательно перечитывая документы, которые я дала. Распечатанное приглашение на английском языке классная руководительница отложила в сторону и сосредоточилась на чтении его нотариально заверенного перевода.
Не совсем. Примерно три недели. Я уезжаю седьмого сентября. Там будет две недели идти подготовка к выступлению с группой. А с 22 сентября уже девять танцевальных вечеров, на которых мы будем выступать. 30 сентября состоится закрытие фестиваля. А третьего октября у меня обратный билет, сказала я.
Прямо в день рождения Сергея Есенина, зачем-то добавила я.
Может быть, хотела напомнить учительнице русского языка и литературы, что люблю поэзию. Не знаю. Сказала, и всё. Плюс себе напомнила этим именем про Сапрыкина. Серёжа. Мне нравилось, как оно звучало. Стопэ. Сейчас не время ныть.
Мира, ты действительно хорошо танцуешь. Я помню, сколько ты призовых мест занимала, в частности, для нашей школы тоже. Так что понимаю, что это замечательная возможность показать свой талант. Но, пожалуйста, не забывай, что помимо танцев человеку необходимо иметь образование. Передай родителям, что я даю согласие, только с условием, что ты возьмёшь учебники с собой и будешь заниматься самостоятельно, чтобы не отстала от нашей школьной программы.
Я кивнула.
Глава пятая
Мой взгляд кружился по пассажирам, шедшим впереди меня. Мы медленно двигались по телескопическому трапу. Этот узкий коридор с приглушённым светом заставил меня немного напрячься. Он напоминал мне лифт, только очень длинный. Я постаралась проглотить данный факт, почти в прямом смысле. Шею сдавило, но я всё же сделала несколько глотательных движений. Ух! Я действительно сейчас должна сесть в самолёт и отправиться в Индию. Сама мысль давалась мне нелегко. Я до сих пор не верила, что поеду на фестиваль «Наваратри», о котором ещё с детства столько слышала от отца. Ни разу нам не удавалось посетить его вместе всей семьёй. Каждый год в конце сентября или начале октября, когда проводился этот знаменитый гуджаратский фестиваль танца гарба, мы с родителями смотрели прямую трансляцию в Интернете. Я видела, что отец скучал по тому времени, когда сам выступал там. Анкит Бакши не представлял своей жизни без танцев. Магия народного танца штата Гуджарат билась под его кожей. Родная земля в его крови горела благодаря ежедневному прикосновению к великому хореографическому искусству. Даже дома движения отца не были простыми, обычными. Его руки и ноги постоянно танцевали. Пример папы заставлял меня больше заниматься. Но это так сложно пытаться быть лучше родителей, которые в танце стали мастерами. Мой отец настоящий гуру. К нему так и обращаются в школе танцев. И я не должна подвести главного гуру в своей жизни. Мне нужно доказать, что я танцую не потому, что мой отец Анкит Бакши, который меня продвигает, а потому что я умею это делать, люблю, хочу стать великой танцовщицей в мире. Я знаю, что папа мечтает, чтобы я стала его преемницей в индийском танцевальном сообществе. Потому что только я с детства полюбила эти танцы так же горячо, как и он. Моя старшая сестра Рия была абсолютно равнодушна к танцам, тем более, к индийским. Если она и любила выплёскивать накопившуюся энергию, то делала это через зажигательные движения под клубную музыку, которую мои родители терпеть не могли. Рия не хотела выглядеть стопроцентной индианкой, поскольку она, как и я, таковой не являлась из-за того, что наша мама Наталья Бакши, которая до замужества носила русскую фамилию Кирьянова. До недавнего времени в сестре отсутствовала верность семейным ритуалам. Она много тусовалась с однокурсниками на вечеринках и не желала слушаться родителей. Но вдруг влюбилась и начала возвращаться к корням. А потом На мгновение я закрыла глаза.