Всего за 149 руб. Купить полную версию
Отношу подарок на кучку таких же празднично упакованных коробок чуть дальше на столе. Едва успеваю сбросить с себя пальто и отдать хостес, как слышу голос папы:
Киллиан, я рад, что ты смог прийти.
Я не мог пропустить такой праздник, Фред.
От знакомого голоса волоски на теле встают дыбом.
Не. Может. Быть!
Медленно поворачиваюсь, сто раз повторив про себя мольбу, чтобы я ошиблась, и это оказался просто похожий голос. Но провидение ко мне неумолимо. Прямо напротив папы стоит тот самый мужик, а его дочка, сжимая старого медведя, снова засунула палец в рот и внимательно смотрит на меня широко распахнутыми глазами.
Я растерянно улыбаюсь, она улыбается в ответ. Что это? Зеркальная реакция?
Папа знакомит этого мужика с членами моей семьи, а мне хочется закричать: «Хватит! Он оскорбил меня утром! Не улыбайтесь ему!»
Но, конечно, ничего такого я не делаю. Молча стою и жду, пока он свалит в зал к остальным гостям. А еще я надеюсь, что там никого не будет, и этот Киллиан будет чувствовать себя неловко в абсолютно пустом помещении, по которому снуют официанты, делая последние приготовления к празднику. Жаль, что музыканты уже настроили инструменты, и мы не слышим нестройные звуки, явно свидетельствующие о том, что оркестр пока совсем не готов к работе. Но негромкая музыка уже растекается по залу, так что этому мужику повезло.
Эрика! зовет меня папа и кивает, чтобы я подошла.
Выхожу из транса и стараюсь не кривиться от того, как этот Киллиан меня рассматривает. Ага, я теперь не в объемном свитере и без небрежного пучка на голове. Прическа, макияж, красивое платье все при мне. Но даже при всем при этом ему как-то удалось меня узнать.
Кил, познакомься: моя старшая дочь Эрика. Милая, это Киллиан Томас, мой бывший ученик. Пока я пожимаю протянутую мне руку, папа продолжает нас знакомить: Эрика ветеринар. К ней даже из Мадисона привозят животных, представляешь? Эрика, Кил высококлассный пилот, работает на частных рейсах. Он умеет такие виражи делать в воздухе, не каждый военный пилот владеет таким мастерством.
Я даже не обращаю внимание на то, как папа расхваливает нас друг другу. Он делает это слишком уж открыто и долго, хотя остальных членов семьи просто представил. В этот момент я тону в светлых глазах Киллиана, в которых играют блики от многочисленных люстр. Не понимаю, почему не могу оторвать взгляд от его лица. Что меня так привлекает? Да, он красивый мужчина, но не в этом дело. Как будто между нами есть что-то, что притягивает нас друг к другу, потому что и он смотрит на меня неотрывно.
Внезапно боковым зрением я замечаю, как Милли отцепляется от его пальца и подходит ко мне. Хватает меня за мизинец и безымянный пальцы, крепко обхватывая их своей маленькой ладошкой. Я опускаю растерянный взгляд на ее очаровательное личико.
Будешь моей новой мамой?
Меня бросает в жар, и я перевожу взгляд испуганных глаз на Киллиана.
У меня паника. Такая жгучая и сильная, что я готова прямо сейчас подхватить подол своего платья и сбежать с праздника.
Мамой?! Я ни для кого не могу быть мамой! Я не люблю людей. Разве только свой привычный круг общения. Остальные меня напрягают. И детей я не очень. После того, как я была нянькой для своих младших брата с сестрой, я поклялась, что детей у меня не будет. Снова переживать подгузники, зубы, крики, ночные кормежки, капризы? Нет, увольте. Конечно, большую часть обязанностей с детьми взяла на себя мама, но и мне доставалось, потому что папа постоянно был в командировках.
Я пытаюсь медленно освободить свои пальцы, выдавливая неловкую улыбку, но Милли вцепилась намертво. Еще и мама подливает масла в огонь:
О, это так мило. Эрика, посмотри, какой очаровательный ребенок! И как похожа на тебя, как будто ты ее мама.
Я закашливаюсь, глядя на маму глазами, полными ужаса. Как могу, сигнализирую ей замолчать, но она продолжает что-то там щебетать. Отключаю звук, как научилась делать за много лет, и снова смотрю на Киллиана. А вот он, кажется, забавляется. Уголки его губ приподняты, во взгляде ирония.
Поможешь? шиплю ему, кивая на наши с Милли руки.
Нет, отвечает он и складывает руки на груди.
К счастью, в ресторан заходят новые гости, и моя семья переключается на них, а я остаюсь с Киллианом и Милли.
Солнышко, присаживаюсь возле нее, набрав полные легкие воздуха и терпения. Ты не могла бы меня отпустить?
А ты будешь моей мамой?
Насколько нагло и бестактно будет спросить ребенка, где ее настоящая мама? Перевожу взгляд на отца малышки. Он просто пожимает плечами и приподнимает одну бровь, глядя на нас с Милли. Я быстро прикидываю, что будет, если откажусь. Она может закатить истерику, которую будет тяжело успокоить. В моей семье так в детстве делала Крис, чтобы добиться своего. Если соглашусь? О, это обман, который ребенок может не пережить. Так что я делаю самое безопасное
Давай-ка снимем твое пальтишко. Наверняка под ним у тебя красивое платье принцессы.
Милли широко улыбается, выпуская мою руку. Фу-у-ух.
Я сама выбирала наряд, хвастается она.
Пока расстегиваю ее пальтишко, поднимаю голову и смотрю на Киллиана, который сверлит меня взглядом прищуренных глаз. От этого по коже бегут мурашки. Только не такие, какие меня одолевали, как только они с Милли вошли сюда. А совсем другие. Но об этих мурашках я даже думать не хочу! Ни в коем случае! Лучше завести тридцать котов и остаться одинокой, чем попасть в постель к этому мужчине!
Глава 5
Киллиан
Я бы мог назвать ее очаровательной. Мог бы, если бы не видел огонь в ее глазах. Не такой, типа, взгляд полный энтузиазма, шарма и девичьей непосредственности. Не-е-ет, там пылает инфернальное пламя. Внутри такие черти беснуются, что это пробуждает фантазию, которую, к слову, лучше бы усыпить. Но она уже бушует, перебивая собой все здравые мысли.
И у меня возникает масса других совершенно неподходящих вопросов. Какова она в постели? Кричит? Кусается? Рычит? Изобретательна?
То, что она горячая, как ад, я уже даже не пытаюсь оспаривать в своей голове.
На Эрике достаточно скромное платье, открывающее вид только на половину спины, декольте полностью закрытое, бедра скрыты пышной юбкой до колен. Но теперь меня заводят даже эти коленки. А после того, как она кружится в танце со своим братом, и перед моим взглядом мелькает кусочек резинки чулок, мое воображение уже не остановить.
Мысленно я поимел эту девушку на половине поверхностей только в этом зале. Сколько раз я представил ее в своей постели, не счесть. Пытался несколько раз перебить эти видения воспоминаниями о своей жене, но это совсем не работает. Или потому, что жена уже только номинальная, или потому что у меня с ней нет ничего общего последние несколько лет.
Папочка, шепчет Милли, взбираясь ко мне на колени. Смотри, наша мама танцует с другим дядей. Пойди ударь его.
Я поджимаю губы, чтобы не улыбаться. Мне вроде как положено учить дочку быть принцессой. Но тот один раз, когда она видела, как я разнимал драку и подумала, что я сам в нее ввязался, видимо, оставил след. Теперь она уверена в том, что я решаю проблемы кулаками и зачастую подбивает меня делать это.
Милли, я не дерусь с мужчинами, которые танцуют с женщинами. К тому же, она не «наша» мама.
Так пусть ею будет! Я сегодня напишу новое письмо Санте. Пускай забирает кукольный домик и сделает Эйку моей новой мамой.
Закатываю глаза и пытаюсь не рычать от злости. Как вот ее разубедить? Как, нахрен, себя убедить теперь, что я не хочу Эрику?
Утром мисс Коулман бесила меня. Вечером привлекла. А теперь я хочу ее до зубовного скрежета. Это какая-то ненормальная реакция организма. Но она сама виновата во всем этом. Потому что бросала на меня эти многозначительные взгляды. Улыбалась другим мужчинам, танцевала, демонстрируя чулки. Чертова Эрика!