Всего за 399 руб. Купить полную версию
Возможность заглянуть в таинственное завтра, стать свидетелем грядущих событий, безусловно, интриговали девушку, но прошлые века, изысканое французское аристократическое общество влекло ее сильнее. Эпоха славы для Франции Еще в юности, стоя перед зеркалом, она грезила себя королевой Марго или леди Винтер. Ум, красоту и влияние в обществе этих ярких исторических личностей она смогла оценить по книгам, а демонстрируемые в кинокартинах наряды, дворцовое великолепие и роскошь завершали манящую, как магнит, картину. Но можно ли ее упрекнуть в этом многие девушки мечтают о том же! Петр вопросительно смотрел на Дарью, и она, ободряемая его взглядом, потянулась к кнопке "Прошлое".
"Время" 15 июля 1663 года.
"Место" Франция, Версаль, дворец короля Людовика XIV.
Царский выбор, прокомментировал Петр: даже в такой ситуации он не потерял чувство юмора. Ответив на вопросы, путешественники увидели на экране предупреждение, выделенное красным цветом:
"Внимание! Во избежание опасной ситуации возвращение активируется в любой момент путешествия по команде "Хочу обратно"
От нервного напряжения Дарью пробила дрожь. Петр почувствовал ее состояние и крепко приобнял за плечи. Вдруг дверь, ведущая в торговый зал, отворилась, и на пороге возникла дама-администратор, привлеченная подозрительным шумом на складе. Увидев парочку, сидящую в кресле, она только и успела спросить:
Чем вы тут занимаетесь?
Но они ее уже не услышали: время и пространство исчезло, поглощая их вместе с таинственным аппаратом.
Глава 7. Версаль
И вот они в Версале, молодые, красивые, одетые в роскошные модные наряды. У него драгоценные перья на шляпе, широкие брюки, ослепительно белая рубашка, выступающая из под короткой жилетки и коротких рукавов, широкие манжеты, ботфорты на сапогах. Дарья в платье из золотой парчи, юбка и корсаж, ленты и кружева, признаки и неотъемлемые черты веселой, самоуверенной молодости. Машина времени не ошиблась: изящный и тщательно выверенный образ, присущий аристократам, в жилах бурлит дворянская кровь. Взглянув друг на друга, влюбленные нашли себя весьма эффектной парой и счастливо улыбнулись. Их костюмы блистали великолепием, мерцали золотом, шелками и золотыми пуговицами. Огромные парики: золотистый у дамы и каштановый у кавалера, спадающие с головы буйными кудрями на грудь и обильно рассыпающихся на плечах. Впрочем, они уже не Петр и Дарья, а граф Петронель де Арман де Бурлемон и графиня Дориан де Бурлемон, представители французской знати.
Ну и как? с победной улыбкой спросил Петр.
Не верю своим глазам! светясь от детского восторга, воскликнула Дарья.
Неторопливой, грациозной походкой великосветская чета подошла к парадному входу на территорию дворцового ансамбля и полюбовалась на золотые ворота, украшенные гербом и короной. Войдя на площадь перед дворцом, они приблизились к памятникам и осмотрели скульптуры лучших мастеров. Граф де Бурлемон остановился у статуи великого Гая Юлия Цезаря, культ которого высоко ценился французскими знатоками искусства.
Suae quisque fortunae faber, вспомнил он на латыни изречение великого Цезаря, а графиня как эхо повторила на чистейшем французском:
Каждый кузнец своей судьбы
Мягкое парижское лето в самом разгаре. Почти не веря в реальность того, что происходит, Дарья смотрела на удивительный по красоте пейзаж. Парк Версаля очаровал гостей из будущего своим многообразием и целостностью: удивительно украшенные фонтаны с музыкальной аранжировкой, ботанические сады и оранжереи. Цветы собраны в красочные клумбы, а темно-зеленые кустарники пострижены в разнообразные геометрические формы. Вся природа благоухает от тепла и солнечного света, легкий ветерок тревожит эту благодать и разносит ароматы флоксов, гиацинтов и лилий, создавая атмосферу рая на земле.
У бассейна их уже ждали слуги. Гостей быстро доставили во дворец, где остановились король, его мать, Анна Австрийская, передавшая трон сыну два года назад, и могущественный кардинал Мазарини. Описать впечатления о Версальском дворце едва ли возможно все в ансамбле оказалось настолько гармоничным и изысканным, что любая деталь являла настоящее произведение искусства. Придворные запрудили площадь перед домом, и порывы ветра шевелили перья на их шляпах. Едва графиня Дориан переступила порог, сердце ее затрепетало прибывшие сразу оказались в гуще событий королевского двора.
Сейчас я увижу то, о чем мечтала всю свою жизнь! подумала она.
Дарья и Петр прошли по сверкающему паркету через весь зал. Два пажа держали шлейф ее верхнего платья из золотой парчи, в отличие от блестящей гладкой парчи, из которой были сшиты юбка и корсаж. В зале было сумрачно и очень душно из-за обилия ковров и толпы придворных. Ослепительная Зеркальная галерея имела в длину не менее семидесяти метров, а в ширину не менее десяти. Дарье казалось, что этот путь будет бесконечным, и Петр чувствовал, как дрожит ее рука. Цветной мрамор, зеркала от пола до потолка украшали внутреннее убранство помещения, тысячи свечей горели в золоченых канделябрах, заставляя серебряную мебель и каменья в украшениях дам и кавалеров гореть огнем.
Старший камергер короля объявил:
Граф де Бурлемон де Арман Петронель.
Дарья присела в глубоком реверансе. Сердце у нее отчаянно билось. Она видела перед собой только черную и красную фигуры: королеву-мать и кардинала. Наконец графиня решилась поднять голову и встретилась взглядом с блестящими карими глазами, весьма внимательно разглядывавшими ее, встретилась взглядом с королем. Роскошно одетый, среднего роста, он держался так прямо, что выглядел куда представительнее всех окружавших его придворных. Нос у него был довольно длинный, губы крупные, улыбчивые, а над ними тонкая, еле заметная линия темных усиков. Густые каштановые волосы были завиты. Ноги были стройные, руки изящные. Под кружевами и бантами угадывалось сильное, гибкое тело, натренированное охотой и верховой ездой.
Она услышала его голос:
Мы счастливы видеть вас, граф, и приветствовать полюбоваться графиней, о красоте которой столько наслышаны. Обычно молва преувеличивает, но мы должны признать, что на сей раз действительность превзошла все ожидания.
Наслышаны? удивилась Дарья, не смея произнести эти слова и даже показать это, но явно польщенная комплиментом Его Величества. Петр, напротив, воспринял эти слова иначе: жгучая ревность кольнула его сердце, а в душе возникла неясная, холодная тревога Боясь выдать свое состояние под проницательными взглядами внимательно смотрящих на него королевы-матери и всесильного кардинала Мазарини, он смиренно опустил глаза и преклонил голову.
А Дарья действительно светилась красотой. Особенно хороши были она даже не подозревала об этом гордая посадка головы и сдержанный, но в то же время смелый взгляд огромных черных глаз, который мог бы показаться дерзким, вызывающим, если бы в нем не сквозила искренность и любовь к людям. Она прекрасно сознавала, что Людовике XIV женщина способна не только сиять своей красотой, но и славиться своим умом и способностями. Именно в те годы женщина, в лице королевской фаворитки, могла влиять даже на политические события, как знаменитая маркиза де Помпадур, любовница самого Людовика.
На следующий день после того, как Дарья и Петр были принята в Версале, королевский двор возвратился в Сен-Жермен. Они же вечером отправились в отель дю Ботрэн, где остановились на ночь.