Максим Шпагин - Золотая антилопа стр 2.

 Так вчерашние два гаврика за тобой приходили?

 Это случайно вышло.  Приезжий валенок виновато посмотрел на полицейского и поспешил объясниться до конца.  Мы в церкви иконостас делали. А там надо сусальное золото, чтобы резьбу оклеить. Дядько Фрол говорил: «Не надо». А я думал: сделаю потихоньку. И сделал. А мужик какой-то через окошко подглядел, как у меня золото на столе заиграло. Ну и

 И дядько Фрол послал тебя в Москву.

 Ага. Отсидишься пока, говорит. А там видно будет. Да и дядько Степан  полицейский. Защитит, если что

 Во блин!

Некоторое время Зверев испытующе смотрел на гостя. Тот был наивен и чист, как новорожденное дитя.

 Так.  Думать об отвлеченном было некогда. В первую очередь капитан привык решать насущные вопросы.  Значит, за тобой целая мафия гонится?

 Уже не целая,  скромно признался золотой антилоп.  Троих дядько Фрол пристыдил. Они теперь в церкви работают. Пять человек из поезда выпало. Один в машине застрял. И вчера двое.

 А сколько было всего?

 Ну, они на охоту к нам приезжали Двенадцать человек. Свои-то у нас такого не сделают.

 Понятно. Давай собирайся. Поедешь со мной на работу. Под присмотром будешь.

Он пошел в комнату одеваться и, обернувшись, крикнул:

 И гирю с порога убери!

 Дык она ж у вас в гараже.

Зверев глянул.

Точно. В кучке барахла у двери никакой гири не было.

Черте что творится

* * *

В машине, двигаясь в плотном потоке, Зверев решил продолжить расспросы.

 А этот ключ к реальности эй, парень, с тобой разговариваю.

Деревенский Сеня, никогда прежде не видавший живой Москвы, с трудом оторвался от созерцания пейзажей.

 В смысле, дядько Фрол этим фокусам любого обучить может или как?

 Любого,  охотно ответил гость столицы.  Только тут штука такая: никто не верит.

 А если показать?

 Дык все равно не верят. Вот и вы не верите.

 То есть мне не стоит и пытаться. Так?

Парень закатил глаза вправо вверх, вспоминая заученную фразу, и выдал:

 Сознание ставит барьер. Поэтому ключ отторгается.

 Ага. А ты как же?

 А на меня доска с купола упала. Сознание-то и отключилось.

 А! О!  Зверев понимающе кивнул.  Это многое объясняет.

Впереди загорелся красный свет, и капитан плавно остановил машину.

Погода была солнечной, Москва выглядела нарядной и приветливой. Сеня во все глаза смотрел на шпили высотных зданий и слегка ерзал от восторга.

В стекло со стороны водителя постучали. Нищий.

Зверев не любил эту категорию московских обитателей, но все же извлек из кармана монету и приспустил стекло.

Однако вместо ожидаемой кружки для подаяний внутрь салона просунулся пистолет.

 Не дергайся,  прошипел фальшивый нищий.

Дергаться было некуда. Во-первых, капитан, как образцовый водитель, был пристегнут. Во-вторых, если отбить пистолет от себя, под огнем окажется простоватый Сеня.

Задняя дверь открылась, на заднее сиденье полез какой-то мужик. Похоже, оценивая численность банды, сибирский гость обсчитался.

Но! Когда машина закачалась под весом чужака, замкадыш очнулся от созерцания заоконных красот и, повернувшись, увидел пистолет.

 Ой!

Звереву пыхнуло в лицо теплым воздухом. Пистолет исчез. Растворился, как не было.

На пол с мелодичным стуком, как желуди, опали патроны.

Блин! Тут в пору самому кричать: «Ой!»

Ткнув пальцем в кнопку застежки, капитан освободился. Не дожидаясь, когда ремень окончательно втянется в ячейки крепежа, он извернулся змеей и ринулся назад. Надо ж было нейтрализовать второго. Того, что втиснулся в заднюю дверь.

Бандит не ожидал такого развития событий и буквально завизжал, когда полицейский обрушился на него всей массой.

Машину закачало, как щепку на волне. К потолку взлетали то кулаки, то ноги в крепких ботинках. Сеня съежился на переднем сиденье, закрыл голову руками

И тут в них с маху врезался тяжелый широкий джип, шедший на зеленый свет на большой скорости.

* * *

Очнулся Зверев в больнице.

Ласковое солнышко мягко светило в широкое окно. Было светло, чисто, умиротворенно.

И ни о чем не хотелось думать.

Медицинская аппаратура тихо попискивала в углу.

«Хоть высплюсь»,  подумал Зверев.  «Полезно иногда вовремя потерять сознание».

Что-то в последней мысли его напрягло.

«Черт. Я был без сознания. Значит, без барьера».

Так. А Сеня сидел рядом.

Интересно, он просто сидел или

На пробу капитан перевел взгляд на какую-то медицинскую штуковину, на которой мягко блестел солнечный зайчик. Золотистый. Круглый

Зверев приподнялся, чтобы лучше его рассмотреть.

Золотой кругляшок соскользнул с прибора на пол. Явственно звякнуло.

Капитан рывком сел. Чертовщина.

Минуты через две, не раньше, он заставил-таки себя посмотреть на пол.

Да. Монета.

Золото.

Блин! Блин! Блин!

Глава 2. Куда ты завел нас?!

Ситуация складывалась препаршивая. Зверев в свое время увлекался всякими психологическими фокусами (полезное, между прочим, для мента занятие!) и знал, как сложно не думать о «танцующей зеленой обезьяне» или о «поющем гимн белом медведе». Но одно дело навязчивые, но в целом безобидные мысли в голове, и совсем другое  когда всякий образ из сознания мгновенно преобразуется в нечто реальное.

Представил, как в рабочем кабинете видит хорошенькую потерпевшую (была у него такая, ходила расспрашивать о поиске ее украденного смартфона), невольно думает о том, о чем и любой нормальный мужик на его месте и бац! Дамочка без платья, у него расцарапана физиономия, а на столе начальника лежит заявление о том, что он сексуальный маньяк, неспособный сдерживать свои порочные страсти даже в служебном помещении.

И как теперь жить?

«Придушу паршивца»,  со злобным предвкушением подумал капитан, рисуя в сознании образ так беспардонно подставившего его родственничка.

В дверь немедленно постучали.

 Да!  рявкнул единственный пациент палаты.

И, к удивлению, на пороге нарисовался тот самый персонаж, которого тут в мечтах красочно и обстоятельно разрывали на клочки.

Сеня был как обычно мил, слегка смущен и держал в руке авоську со стандартным набором посещения больного: апельсины, баночка варенья, выглядывавшая из упаковки тонкая палочка сухой колбасы, и еще какие-то свертки и кульки.

Зверев посмотрел подозрительно:

 Это реально ты, или только образ, созданный моим воображением?

 Это я.

 Жаль. Образ бы я сейчас развеял и получил удовольствие.

 Ну, это не так просто,  гость из Сибири смело прошел вперед и принялся выкладывать принесенное на прикроватную тумбочку.  Как ваше здоровье, больной?

Зверев поймал на себе пристальный взгляд и весь подобрался.

 Только не вздумай пробовать на мне свои фокусы!

Его можно было понять. С таким посетителем расслабляться нельзя. Чуть зазеваешься  или рога вырастут, или какой-нибудь части организма не досчитаешься. А что? У Сени это запросто. Вон как лихо пистолет в воздухе растворил.

 Кстати, а почему патроны не исчезли?  прорвалось любопытство. (Раз уж парня нельзя придушить, так хотя бы выяснить заинтересовавшие моменты).

 Так я их не видел.

 А ты работаешь только с тем, что наблюдаешь визуально?  Зверев повыше натянул одеяло. Запах копченой колбасы, выложенной на тумбочку щекотал ноздри и отвлекал от важного.

 Нет,  ответил Сеня, закончив нарезать колбаску и распаковывая сыр.  Просто с тем, что видишь, работать легче.

Капитан мрачно посмотрел на готовящееся застолье и вздохнул. Такие передачки ему когда-то мама привозила в пионерский лагерь в родительский день. Взрослому мужику стоило бы принести кое-что другое, но этот сибирский валенок, разумеется, не догадался.

Да и не пропустили бы его с алкоголем  бутылку же спрятать надо уметь, а у простофили из провинции любая попытка схитрить на лице написана крупными буквами. Лопух!

Мрачно наблюдая, как сибиряк разливает по больничным стаканам вишневый сок из пакета, Зверев поинтересовался: