Стрепетова Марина - 16 лошадей стр 2.

 Тише, не волнуйтесь.  Алек подошел ближе, но старик отвернулся.  Страховка наверняка все покроет.

 Да поймите же вы, наконец, я вообще не держу лошадей и никогда не держал. Это я и пытался растолковать по телефону той девушке

На край глаза села муха.

 Я этих лошадей первый раз вижу.

2

В комнате сидит мертвец. Руки завязаны сзади, поэтому он не падает. В воздухе витает пыль и запах газа. В его животе что-то шевелится. Правого глаза нет.

Голод трупа пережил его самого. Желудок кишит бактериями и симбиотическими соками, они продолжают дышать и поглощать организм. Он переваривает сам себя.

Пахнет кошмарной смесью протухшей свинины и сахара. Хуже запаха в мире нет.

В комнате сидит мертвец, но он там не один.

За тем, как с тела берут образец, наблюдают два детектива. Образец это не ткани жертвы, а три белых кошачьих волоска, найденных в крови.

Купер прижимает маску к лицу вонь стоит невообразимая. Броситься к окну и блевануть не вариант. Нельзя дать этим надменным ублюдкам повод сомневаться в ее профессионализме.

Купер впервые видит труп, хотя по ней и не скажешь.

Нужно сосредоточиться только на кошачьей шерсти и ни на чем другом. Сейчас не время проявлять эмоции.

Волоски-то и помогут раскрыть дело. Они позволят найти человека, которого не смог найти никто другой. Они

 Почему мы здесь?  спросила психотерапевт.

В маленькой залитой светом дневных ламп комнате не оказалось часов. Купер взглянула на свои наручные черные, массивные, с красной окантовкой. Она носила их на левой руке, и от них было больше проблем, чем пользы.

Стоит ей посмотреть на часы, как врач обвинит ее в излишней суетливости. Она каждую мелочь готова использовать против своей пациентки. Ну ни капли жалости.

 Зачем мы здесь, Купер? Давайте вернемся к этому вопросу.

Купер прищурилась.

 Хотите, чтобы я поделилась своими чувствами?  Она выпрямила спину.  Я и так ими делюсь.

 Я хочу обсудить один момент из вашего рассказа. О том, что «не время проявлять эмоции».

 Я тогда впервые оказалась на месте преступления,  со злостью ответила Купер.  Что, надо было взять и расплакаться?

Психотерапевт лишь внимательно посмотрела на нее. Как же она не похожа на предыдущую, милую полную женщину, которая носила мешковатые зеленые свитера, все время улыбалась и с сочувствием реагировала на каждую фразу Купер. А эта

Какой ледяной взгляд.

 Мне было двадцать пять. Я тщательно изучила место происшествия, забрала кошачью шерсть на экспертизу, вышла из здания, и меня вывернуло прямо на газон.  Купер слегка подалась вперед.  По-моему, неплохо справилась.

 Как думаете, вы были готовы к такой работе?

 Конечно, иначе бы меня туда не отправили.

 Вы же не полицейский и не эксперт-криминалист, вы

 Я была готова,  перебила ее Купер.  И вообще-то я профессионал своего дела.

 Вы ветеринар.

Купер отвела взгляд. Возникла пауза, поэтому она повернула левую руку и вновь взглянула на часы.

14:18.

14:19.

 Кошачьи волоски, обнаруженные на ноге жертвы, привели нас к другу его зятя. Такую же шерсть мы нашли в доме сестры погибшего, выследили приятелей ее мужа и вышли на этого человека. Найденные улики помогли обвинить его в убийстве.

Психотерапевт опять замолчала, и Купер напряглась.

 Кажется, вы до сих пор не понимаете, чем именно я

 Почему вы так отчетливо помните запах?

 А вы знаете, как пахнет от мертвеца?

Врач покачала головой.

 Этот «аромат» затмевает все остальное.  Купер взяла с пола бутылку воды и сделала глоток.  Некоторые части тела продолжают функционировать и после смерти я имею в виду не душу и все такое, а кишечник.

 Вы сказали, что мы сами себя перевариваем.

 Именно так. Бактерии внутри нас начинают все уничтожать.

 Значит, это все-таки не мы сами.

 Человек на шестьдесят процентов состоит из воды. В нашем теле много всего помещается.

Купер выпрямилась и еще раз посмотрела на часы: 14:23. Психотерапевт изучала свои записи.

 Почему вы стали ветеринаром?  спросила она, и Купер перевела взгляд на врача.  Почему выбрали такую профессию?

 Хотела помогать животным.

 Серьезно?

 Да.

 Просто помогать и все?

Купер не ответила.

 Когда хотят помогать животным, то лечат их. А вы, если я правильно понимаю, занимаетесь немного другим.

Купер кивнула.

 Так почему вы сделали выбор в пользу этого занятия?

 Потому что не хотела зарабатывать на жизнь любезностью.

 И к кому вы не желали быть любезной?

 Не к кому, а с кем.

 Купер  Психотерапевт вздохнула.

 Ни с кем.

 Что вы имеете в виду?

 Многие люди совсем не задумываются о том, что однажды они умрут.

 И откуда вам это известно?

 Так же, как и вам,  по работе,  фыркнула Купер.  Большинство вообще не понимают природу смерти. Это сразу видно по лицам, стоит только завести такой разговор. «Ой, я совершенно не боюсь умереть, лишь бы не было больно. Ведь если ты мертв, тебе уже все равно, так зачем волноваться?»

 Ну и зачем волноваться?

 Как раз из-за того, что будет «все равно». Никто из нас не сможет осознать, что он умер, поэтому все то, что мы испытываем в данный момент, что мы ощущаем каждую секунду,  все это исчезнет, как будто ничего и не было. В конце нас ждет пустота.

 Другие ведь продолжат жить,  возразила психотерапевт.

 А какая разница?

Снова тишина. Купер уже не смотрела на часы.

 Я пошла учиться на ветеринара, так как не знала, чем еще заняться.

 А теперь

 Теперь мне тридцать один, и я уже много лет не сталкивалась с живыми пациентами.

 И что вы чувствуете по этому поводу?

 Да ничего.

 Может, сожалеете?

 Нет, я

Врач сделала какие-то пометки.

 Продолжайте.

 Я люблю свою работу.

Психотерапевт положила блокнот на стол.

 Нелегко далась вам эта фраза. Это видно и по вашей позе, и по интонации. Любопытно.

 Рада, что для вас все это так увлекательно.

 Купер

За окном темнело.

 Я не смогу помочь вам, если вы не поможете мне,  заявила врач.

 А я и не хочу вам помогать. Меня просто заставили сюда прийти.

 Вы уже об этом говорили.

 Говорила.

 Купер, мне казалось, вас волнует мысль о том, что вы тратите жизнь впустую. Но вы, похоже, ничего не хотите менять.

 Да, похоже на то.

Врач напряглась и неуверенно продолжила:

 Расскажите мне про

 Вы в курсе, что ветеринары кончают жизнь самоубийством в четыре раза чаще всех остальных?  После паузы Купер добавила: Эта статистика ведется на протяжении многих лет, мы постоянно умираем.

 И как вы думаете, почему?

 Просто мы знаем, как прервать страдания.

Долгое время обе молчали и просто смотрели друг на друга не сказать что злобно, но и не по-доброму. Дыхание Купер участилось.

Психотерапевт все-таки нарушила тишину:

 Почему мы здесь, Купер? Я задавала этот вопрос двадцать минут назад, но вы так и не ответили.

 Я же сказала.

 Нет, истинную причину вы не назвали.

Купер не сводила с нее взгляда.

 Вы должны произнести это вслух.

 Потому что мои сослуживцы думают, что я не справляюсь со стрессом. Потому что они решили, что так будет лучше. Только они меня совсем не знают.

Врач вздохнула.

 Я спрошу опять, и на этот раз давайте честно.

Купер молчала.

 Почему мы здесь, Купер? На самом деле?

В коридоре послышались шаги. Она глянула на часы: 14:38. Осталось совсем чуть-чуть.

Купер никак не могла расслабиться, глаза устали.

 Из-за лошадей,  сказала она.  Мы здесь из-за лошадей

Часть 1

Илмарш

Фургон ехал по ночной дороге.

 Это опять случилось.

И на той дороге им никто не встретился.

 И случится снова, так ведь?

Водитель ничего не ответил.

 Скажи мне.

Небо озарилось вспышками фейерверка.

 Что хуже неосторожность или жестокость?

День 1

Глава 1

 Одиннадцать, барабанные палочки! У кого-нибудь есть номер одиннадцать?

Никто не отозвался.

На облупившихся фасадах и черных фонарных столбах теснились чайки. Повсюду крикливые вывески: «МЯСО НА ГРИЛЕ», «ТРОПИЧЕСКОЕ КАФЕ», «ДВОРЕЦ ЦЕЗАРЯ». Безлюдные залы игровых автоматов попусту сверкали огнями и заливались однотипными мелодиями вокруг никого не было, совсем никого.