Всего за 60 руб. Купить полную версию
Малижа, я просто умираю от любви к тебе. Если бы ты знала, как ты мне нравишься! Тебя Всевышний Дела накажет, если ты не ответишь мне взаимностью! Засыпая, я вижу только твои прекрасные глаза, и во сне меня ласкают твои небесные глаза! Не отвергай мои чувства! Клянусь Всевышним Делой, я украду тебя, если ты сама не согласишься стать моей, щебетание ласточки было, лишь детской игрой в сравнении с болтовней нашего одноклассника Умара.
Я с трудом успел укрыться за толстенным тутовым деревом возле одних огромных железных ворот по дороге. Я никогда в своей жизни не видел, что так развязно и демонстративно говорят с девушкой о своих чувствах. Если говорить начистоту, то я и понятия не имел, как следует говорить с девушкой, есть ли для этого общепринятая форма разговора. Но мое переполненное от обиды сердце говорило мне, что о чувствах двоих вот так вот во всеуслышание без души не должны говорить. «Как так можно выкладывать на обозрение всей улицы искорку, которая мелькнула меж двух сердец, если даже из этой искры разгорелось пламя. Как можно говорить сладостные слова о чувствах, которые должны быть чудесной тайной двоих, вот так вот, став посреди дороги, словно скороспелый бычок, мычащий на все стадо коров. Девушку должно задеть такое невежество. Малижа должна пристыдить этого зарвавшегося бесстыдника! Только бы она возмутилась!» мысли закрутились в моей горячей от вскипевшей крови голове. Я готов был броситься на одноклассника!
Но, то, что я услышал, удивило меня больше чем слова Умара.
Ты что же, не хочешь окончить школу? девушке явно были приятны слова, которые в ее адрес только что прозвучали, об этом говорила и ее лукавая озорная улыбка.
Нет, конечно То есть да, конечно, я могу подождать, пока мы с тобой окончим школу и сдадим выпускные экзамены. Но не выдержать больше моему отяжелевшему от любви к тебе молодому сердцу. Что скажешь на это? Давай сразу же договоримся, никаких там институтов и тому подобное, несколько забежав вперед, взглянул в глаза девушке Умар.
И что же, ты хочешь работать на тракторе? словно скрывая взгляд от солнца, лукаво взглянула на парня Малижа, а затем, улыбнувшись, подмигнула своим подругам Заре и Губани.
Нет, конечно же нет! Я не собираюсь устраиваться на работу ни трактористом, ни конюхом. Заочно-о! раскрыл Умар перед девушкой свои заветные мечты.
Мой папа работает трактористом. Ты что же считаешь, что он выбрал плохую профессию! притворилась обиженной девочка семиклассница Бусани, что плелась вслед за старшеклассниками и с любопытством ловила каждое их слово.
Твой папа, Бусани, закадычный друг моего дяди по отцу! Он уважаемый во всем селении человек. Конечно же, я не считаю, его профессию недостойной. Он же несколько десятков бычков успевает откормить за год. Просто я с самого детства мечтаю стать юристом. Тем более, пока я получу профессию, все трактора в нынешнем их виде уйдут в прошлое, успокоил Умар свою соседку семиклассницу Бусани.
Ума, если не будет тракторов, то кто же будет работать вместо них? удивленно спросила Бусана, называя Умара ласково, как она это делала всегда с детства, давая ему понять, что обида ее уже исчезла.
Бусашка, вместо нынешних тракторов в скором времени будут работать трактора-роботы, они будут работать по введенным в них программам. Не мешай мне, пожалуйста, ты же видишь, что я с девушкой разговариваю, ласково отшил Умар любопытную девочку-соседку, которая, конечно же, была не прочь еще поболтать и получить на уйму вопросов, которые у нее тут же возникли.
Ты то, будем считать, получишь профессию, и станешь прокурором, так, а я что же. Это что же, я останусь без профессии? словно она уже стала супругой Умара, спросила Малижа.
Я и сам не понял, как немного укрывшись среди толпы учащихся, отстав немного, я шел за ними. Речь же Умара, которая не была скрыта от окружающих, лилась посреди улицы бурливой горной рекой. Он не только не думал скрывать свои чувства от окружающих, но, кажись, горделиво кичился ими. Он даже в сердцах пару раз подмигнул, хлопывая рыжими короткими ресницами свой синий маслянистый глаз, другу Майрбеку, который тут же рядом шел, словно приставленный к Умару. Майрбек, словно по уговору тут же поддерживал Умара:
Вот, что, Малижа, я могу подтвердить, что Умар тебе достойная пара! Он найдет свое место в жизни, и ты с ним не будешь нуждаться ни в чем. Но если ты не послушаешься моего друга, то до конца своей жизни будешь об этом жалеть!
Ага, если бы ты не подтверждал его слова, то я, возможно, и поверила бы. Но твоим словам нет веры, шутливо улыбнулась Малижа.
Ты можешь не верить моим словам, но мое слово, слово мужчины, девушка! оценил себя сам Майрбек.
Толпа учеников к тому времени дошла до угла дома Умара. Но Умар и шагу не ступил в сторону своего массивного крепко выстроенного из красного кирпича дома. Но он не преминул воспользоваться этой выгодной ситуацией:
Гляди, Малижа, видишь вон те две отдельные комнаты со стороны улицы и солнечной стороны в нашем доме? Эти две комнаты папа обещал отдать нам, когда ты войдешь в наш дом! с гордостью указал Умар на свой добротный, на высоченном фундаменте дом.
Когда толпа учащихся, с любопытством слушающих молодых людей, прошла дальше, я тоже оказался рядом с домом Умара. Перед моими глазами встал наш низенький дом, с таким трудом выстроенный моей матерью, лица моих младших братьев, которых мать без отца одна пыталась поднять на ноги Я остановился Повернул обратно. Я больше не слышал журчащую на всю улицу речь Умара, звонкий смех Малижы. Они удалялись, но меня больше ничто не связывало с их беседой. Послеобеденное солнце больно светило мне прямо в глаза, когда я повернул в сторону нашего дома. Солнце больше не давало мне смотреть на голубое небо, чтобы я мог сравнивать его с глазами девушки, чтобы я искал черты ее лица в этом небе. Казалось, солнце пыталось объяснить мне жесткие правила жизни, но я теперь и сам понимал, что мне отныне следует жить, спустившись с небес на землю. Я быстрым шагом направился домой по краю дороги, пытаясь захватить тень от широких ветвей деревьев, укутывавших улицу. Как и раньше кружили по улице сладкие ароматы от гроздей цветков акаций, свисавших с могучих ветвей. Сирень, казалось, спорила и красотой, и ароматами с акацией. Мне казалось, что все вокруг это какой-то сон, и мне никак не удается проснуться. Я чувствовал и сильную усталость, словно я сделал какую-то тяжелую работу.
Друг, ты где пропал? Мы вдвоем тут по всей школе тебя ищем! пробасил и набросился на меня мой друг Арби.
Розка нам сказала, что ты помчался куда-то совсем не в ту сторону! добавил и Турпалхан.
Розка, сестра Турпалхана, которая в это самое время вышла из здания школы вместе со своими подружками, ласково взглянула ясными глазами из-под светлых кружков волос, ниспадающих на глаза, и, улыбнувшись в нашу сторону, еще раз подтвердила свои слова.
Видела, видела Вниз по центральной улице помчался, словно заблудился, искал кого-то, сказала девушка, словно она знала то, чего больше не знает никто на всей земле.
Оказалось, что мои друзья все это время искали меня по всей школе и вокруг школы. И теперь они глядели на меня, словно я перестал дружить с головой. Кто знает, может я и в самом деле лишился ума.
Мне думается, что наш друг поскакал за какой-нибудь цыпочкой, подозрительно улыбнулся Турпалхан и показал свои крепкие зубы на все еще детском ангельском лице.
Он, хоть и пошел на пару лет позже нас в школу, но состоял в школе в числе лучших учеников и был прозван за это «вундеркиндом».
Почему ты пошел в ту часть поселка без нас? Ты же знаешь, что наши не в ладах с их пацанами. Если они тебя поймают одного, то отлупят и имя не спросят! добавил вечно воинственный Арби.