Всего за 74.9 руб. Купить полную версию
А где мужчины селения? Остался ли кто в живых, баба? виновато опустил голову Висит.
Многие мужчины, женщины в том числе, и подростки дрались и пали в неравном бою Нам неизвестно, кто из них выжил, кто погиб Но из этого ада вряд ли кто вышел живым, слезы давили горло старушке, ей было трудно говорить.
Давая старой женщине отдохнуть и перевести дыхание, Висит поднялся и посмотрел вниз
по дороге. Многочисленны, без конца и края были ряды беженцев. Всадники сошли с коней
Сармак 1 змей, дракон, чудище. Баба 2- старая женщина, бабушка.
и разбрелись в поисках своих знакомых, родственников или же узнать, не нужна ли какая-нибудь их помощь.
Баба, мы не можем далее задерживаться Сможете ли вы сами добраться до горных селений? спросил Висит старушку.
Ничего, кант, мы-то понемногу, потихоньку доберемся, лишь бы из-под войны уйти. Но вас, сыночки, так мало против этих отродьев свиньи. Они заполонили всю равнину и у них много пушек и оружия. Не годится бросаться в бой очертя голову. Надо бы вам собрать силы по окрестным селениям, а потом спросить ответ с этих божьих врагов, покачала головой старушка.
Баба, да поможет вам Дела в дороге! А нам нужно идти. Поглядим на что мы годимся, простился Висит со старушкой.
В это самое время в глубине леса Висит услышал резкий истошный плач отчаянья. Он поспешил туда и скоро увидел своего друга Ваху. Тот был чем-то сильно расстроен.
Что там случилось? спросил Висит у юноши.
Схватившись за голову, молодой воин направился вглубь леса, не в силах ответить Виситу.
Женщины, что тут случилось? успел спросить Висит, когда круг женщин раздался.
Под толстым деревом дуба в густой траве лежала, раскинув руки, молодая девушка лет семнадцати. Она была перевязана сложенной материей наподобие простыни. На боку девушки материя была окрашена большим красным пятном. Зловещее пятно быстро расширялось, и из-под нее каплями до сих пор сочилась кровь. Теперь и Висит понял, что произошло девушка не дышала.
В нее угодил осколок пушечного ядра Она и сюда-то чудом дошла с такой раной, произнесла одна из женщин через горькие слезы.
Есть кто-нибудь из ее родственников среди вас? спросил Висит.
Я ее сноха Седа Она дочь нашего сельского кузнеца замолчала молодая женщина, ей не пристало произносить вслух имена родственников мужа.
Женщины, стоявшие рядом, добавили:
Девушку звали Зезаг, она дочь кузнеца Идала.
Седа отвела в сторону Висита и сообщила:
Было договорено, что этой осенью она выйдет замуж за Ваху.
То ли от расстройства, то ли от приглушенного голоса Седы Висит не сразу понял, о чем идет речь. Тогда Седа показала пальцем на Ваху, который стоял поодаль за деревьями и старался совладать собой.
Вон за того юношу Его зовут Ваха, добавила Седа.
Теперь только Висит понял, почему Ваха отошел в сторону. Чтобы хоть немного оставить того наедине с собой, Висит двинулся дальше. Везде среди женщин были раненные, но самое возмутительное были таковые даже среди грудных детей!
Висит подошел к группе всадников и сообщил им:
Там невеста Вахи Она скончалась от ран. Женщины не смогут ее донести до ближнего селения
Позже можно похоронить на кладбище, а пока нужно выкопать ей могилу здесь, предложил Цада, он был старше всех и к его словам прислушивались.
Хорошо, согласился и Висит. Но мы, парни, должны поторопиться. Вы втроем, попросил он ребят помоложе и Цаду, останьтесь, предайте тело девушки земле и догоните нас.
Возвратившись, Висит подошел к юноше Вахе.
Ваха, Всевышний возлюбил Зезаг и забрал к себе в рай Все мы лишь гости на этой земле. Да будет пухом Зезаг священная наша земля! обнял Висит юношу.
Да будешь, и ты любим Всевышним, Спасибо тебе, Висит, за добрые слова, слегка похлопал по плечу Висита юноша.
А теперь, Ваха, у нас есть некоторые вопросы к тем, кто совершил это злодеяние на нашей святой земле! Поспешим, Ваха! Поспешим, друг мой! произнес Висит уже с угрозой врагам в голосе.
Да, мы потребуем ответа! сказал сам себе Ваха и тоже поспешил к своему коню.
Парни! По коням! Мы достанем этих врагов Всевышнего Делы! грозно крикнул Висит, садясь на своего коня.
Земля задрожала под копытами всадников. Далеко слышен был этот гул, и ясно было, что идет неудержимая сила. Эхом покатился этот устрашающий гул далеко по лесу.
Когда Зара поняла, что отряд Висита остановился по какой-то причине, то она подъехала как можно ближе, а затем и вовсе спешилась и подкралась. Схоронившись в густой листве за кустарниками, Зара долго наблюдала за происходящим. С детства опытный воин Булат обучал дочь науке передвигаться незаметно по лесу. Она искусно подползла совсем близко к женщинам беженкам и отряду горцев. Она слышала каждое слово, произнесенное ими, слышала даже их дыхание. Очень скоро Зара поняла, что в селении, куда отряд горцев должен был направиться, произошло страшное злодеяние. Зара поняла и то, что горцы после увиденного непременно загорятся местью и в порыве ярости, не жалея своих жизней, ринутся на врага. С этой единственной целью горцы и спустились на равнину. Девушка отползла бесшумно, так, что ни один листочек не шелохнулся, и подошла к верному Сирдину. Перед глазами Зары стояли несчастные лица женщин, в ушах звенели плач перепуганных детей и стоны раненных. Красивое лицо девушки исказила ярость и ненависть к злодеям. Она и сама была готова тут же броситься на врага, не думая о последствиях, но слишком глубоко в ее душе сидели поучения отца о том, как важна холодная голова и расчетливость на войне, особенно с таким бесчестным и коварным врагом как этот. «С чего мне начать? Что предпринять дальше?» пронеслась мысль в голове у девушки. Быстро она взобралась на своего коня Но дальнейшее решилось само собой, умный конь взял инициативу в свои руки. Сирдин, бесшумно ступая, вышел на дорогу, а затем, перейдя ее, устремился к берегу реки. Берег был не таким высоким и крутым как в горах, но все ж сойти вниз было не так просто. Внизу от берега до самой реки тянулась узкая песчаная долина, покрытая редкими островками травы. Сирдин подойдя к берегу начал искать удобное для спуска место. Но, казалось, что конь больше торопился, чем всадница, поэтому он, недолго думая, сиганул вниз, словно бросался в волну. От неожиданности Зара еле удержалась в седле и все же была горда смелым поступком своего друга. Однако Сирдин, не обращая внимания на похвалы Зары, устремился вниз вдоль течения реки, отбрасывая назад из-под копыт горстки песка. Долго мчался Сирдин и с того места, где река немного сворачивала и долина еще больше сузилась, вдали показались очертания селения в клубах зловещего черного дыма. Не останавливаясь ни на миг, конь начал искать место, чтобы подняться наверх на берег и к лесу. И первое же удобное место для подъема на берег Сирдин не пропустил. Устремившись туда, конь легко подпрыгнул и, передними ногами вцепившись о край невысокого берега, ловко взобрался наверх. Дорога, ведущая к селению, от этого места оказалась недалеко, но конь не пошел по дороге, а попытался перейти ее и углубиться снова в лес. Зара потянула коня за узду к дороге, и тот, готовый на все ради своей любимицы, подчинился воле всадницы и поскакал прямо по дороге в сторону селения.
Ближе к селению с обеих сторон дороги лес стал немного реже, и в одном таком прореженном месте меж деревьев совсем недалеко показалось селение, куда девушка и стремилась попасть. Учуяв, что селение почти рядом, Сирдин несколько прибавил ходу. Через некоторое время конь сравнялся с кустами шиповника и невысокими кизиловыми деревьями. Там, где кусты шиповника заканчивались, взметнулся ввысь ряд из пяти-шести высоких чинар. Конь вдруг захрапел и остановился, но снова по велению всадницы тронулся вперед. Когда конь сравнялся с чинарами, вдруг перед самым носом коня из-за толстых стволов деревьев выскочили двое солдат, в пестрых, словно петушиные перья, мундирах. В руках наперевес солдаты держали наготове длинные ружья, но острые трехгранные штыки на ружьях казались, чуть ли не длиннее самих ружей. Первым ринулся на всадницу огромный сутулый солдат, с бесцветными ресницами и с поросячьими глазами. Солдат угрожающе держал наперевес огромное ружье, словно бы это были вилы. Второй солдат с отвисшими жиденькими усами поднял огромное для его небольшого росточка ружье и старался прицелиться. Но в воздухе молнией блеснул клинок кинжала и вонзился по самую рукоять чуть ниже горла малорослого солдата. Выронив из рук ружье, и выплеснув кровавую пену, обмяк, упал и через короткое время затих солдат, целившийся из ружья. А ринувшийся со штыком на всадницу долговязый солдат напоролся на стальные копыта, чуть приподнявшегося на задние ноги, коня. Вскрикнув от боли, он упал и выронил ружье. Зара чуть тронула коня и, подъехала к малорослому солдату. Наклонившись с седла, она достала и, вытерев об пестрый мундир солдата, вложила в ножны клинок своего кинжала. Девушка снова наклонилась с коня и подняла длинное ружье долговязого. Перекошенное лицо девушки источало ярость, красивые брови были сведены к переносице. Она внимательно оглядела ружье противника. «Как воевать с одним кинжалом против таких ружей и пушек? На какой же земле вы плодитесь нелюди?» думала девушка, глядя то на ружье, то на долговязого. В это самое время долговязый вдруг открыл свои поросячьи глаза и простонал. Но открыл он их, наверное, зря. Над ним стоял молодой всадник в папахе и темно-зеленой черкеске, уставив в него взгляд полный ненависти и презрения. В руках горец держал его же ружье с блеснувшим острием штыка, направленным в него. Вдруг юноша всадник снял свободной рукой сползавшую набок папаху со своей красивой головы. Волна темных волос рассыпалась по плечам девушки. Поросячьи глаза долговязого от удивления попробовали расшириться, но никак не могли, не может быть того, чего Бог не дал. Зара надела папаху, умело и быстро, собрав под ней волну темных волос. Перед глазами девушки встала картина плачущих детей, стонущих раненных женщин А долговязый, не в силах отойти от удивления, лежал под ногами коня.