Всего за 229 руб. Купить полную версию
Вопрос о том, кто вызвал [кризис] и на ком лежит вина, важен. Сейчас в США и на Западе принято думать, что ответственность несут русские и, в частности, Владимир Путин. Уверен, почти все вы знаете, что я в это совершенно не верю, причем с давних пор. По моему мнению, наибольшая доля ответственности за то, что сейчас происходит, лежит на Западе. По большей части происходящее стало результатом принятого в апреле 2008 года решения сделать Украину и Грузию частью НАТО[1]. Мы[2] взялись интегрировать Украину в НАТО любой ценой, а там хоть трава не расти. Причем русские тогда говорили нам, что это категорически неприемлемо.
Они ясно дали понять, что стерпели первых два этапа расширения Североатлантического альянса в 1999 и 2004 годах, но что Грузия и Украина не должны войти в НАТО ни при каких обстоятельствах[3]. Они провели черту на песке. Они сказали, что для них это экзистенциальная угроза, и действительно, в 2008 году между русскими и грузинами была война по этой самой причине войдет ли Грузия в НАТО. Важно понять, что, говоря о НАТО и его расширении за счет Украины, мы обсуждаем политику Запада, и у нее есть три аспекта. Ключевой аспект интеграция Украины в НАТО, а два остальных это включение Украины в Европейский союз и превращение ее в прозападную либеральную демократию, то есть, по сути, осуществление «оранжевой революции».
Эти три аспекта нашей стратегии замышлялись с целью превратить Украину в прозападную страну, страну в орбите Запада, расположенную у границ России. Еще раз подчеркну: русские тогда однозначно дали понять, что этого не произойдет[4].
Среди граничащих с Россией стран Украина и Грузия проводят прозападную политику, поэтому Россия после распада Советского Союза чувствует наибольшую угрозу от их вступления в НАТО. Североатлантический альянс, который первоначально, в 1949 году, объединял 12 стран, нарушил свое обещание России, и теперь в результате политики расширения на восток, начиная с присоединения Чехии, Венгрии и Польши в 1999 году, в его составе уже 30 стран. Всякий раз, когда страны Восточной Европы вступают в НАТО, Россия посылает Западу предупреждающий сигнал, давая понять, что Украина и Грузия находятся за красной чертой.
В связи с этим, как указал выше профессор Миршаймер, началом нынешнего украинского кризиса можно считать декларацию саммита НАТО в Бухаресте от 4 апреля 2008 года. В статье 23 этой декларации приветствуется желание Грузии и Украины вступить в НАТО, а министрам иностранных дел стран НАТО поручено решить, когда сделать следующий шаг и активировать План действий по членству (ПДЧ). В этот момент Россия, по-видимому, и ощутила «экзистенциальную угрозу».
Грузия давно хотела вступить в НАТО, но ее не принимали. После «революции роз» 2004 года к власти в Грузии пришел поддерживаемый Соединенными Штатами прозападный президент Михаил Саакашвили, и США стали продвигать идею членства Грузии в НАТО. В тот же период Грузия пыталась объединить свою территорию, в то время как Россия предпринимала усилия, направленные на признание независимости Абхазии и Южной Осетии. В августе 2008 года, когда Грузия напала на Южную Осетию, началась война. К счастью, вскоре при посредничестве Франции было подписано мирное соглашение, но с тех пор Грузия намеревалась и до сих пор намеревается вступить в НАТО, хотя ее просьбы и были отвергнуты некоторыми членами альянса, которые не хотят провоцировать Россию. После этого Грузия пошла по прозападному пути. Она получила военную помощь от Соединенных Штатов в качестве условия вступления в НАТО.
А что у нас с Украиной? Первым кризисом в отношениях Украины и России, по мнению профессора Миршаймера, стал Евромайдан в феврале 2014 года. В России его рассматривают как государственный переворот при поддержке США. Пророссийский президент Янукович был свергнут, и на его место встал проамериканский лидер Порошенко. Миршаймер считает, что за этими событиями стоит экспансия США и НАТО. В результате, по его словам, возмущенная Россия забрала у Украины Крым, в Восточной Украине началась гражданская война. Это был второй кризис, вызванный расширением НАТО.
Первый кризис разразился в феврале 2014 года. Мне это видится таким образом, что у нас был серьезный кризис в феврале 2014 года, затем еще один серьезный кризис в декабре 2021 года, и 24 февраля этого года началась военная операция. Ну а что с кризисом 22 февраля 2014 года? Он был вызван главным образом переворотом на Украине при поддержке США, в результате которого пророссийский президент Янукович был свергнут и заменен проамерикански настроенным премьер-министром. Русские посчитали это недопустимым. В то же время они спорили с Западом и украинцами по поводу расширения Евросоюза. А фоном для этого неизменно служило расширение НАТО. В итоге все сдетонировало, и последствий было два. Во-первых, русские присоединили Крым. Они не собирались позволить НАТО заполучить военно-морскую базу в Севастополе. И второе, что случилось, гражданская война в Восточной Украине. Разумеется, эта рана гноилась и после 2014 года, но по-настоящему кризис разразился в 2014 году. Затем, начиная с середины 2021-го и резко усилившись к концу года, в декабре, наступил второй серьезный кризис. Вопрос: что вызвало этот кризис? По моему мнению, он в основном был вызван тем, что Украина де-факто уже превращалась в члена НАТО[5].
Профессор Миршаймер считает, что расширение НАТО представляет собой «экзистенциальную угрозу» для России. Он говорит, что Россия не заинтересована в попытках захватить территории в Восточной Европе и объединить их в одну большую Россию, и подчеркивает, что и Украину она тоже оккупировать не собирается. Путин в свое время заявлял, что распад СССР это «величайшая геополитическая катастрофа XX века», выразив таким образом свою ностальгию по советским временам, но при этом он прямо заявлял, что возрождение СССР плохая идея. Как подчеркивает Миршаймер, России просто нужно буферное государство. Он приводит две очень подходящие аналогии, и первая из них это Карибский кризис. Вступление Украины в НАТО и размещение там стратегических вооружений аналогично попытке Советского Союза разместить ракеты на Кубе.
Я не думаю, что случившееся во время Карибского кризиса было столь же серьезной угрозой для нас, как нынешняя ситуация для русских. Но если вернуться в те времена и посмотреть, что тогда думали в США люди, отвечающие за принятие решений, то они были перепуганы до смерти. Они видели в советских ракетах на Кубе экзистенциальную угрозу, и многие советники Кеннеди были готовы использовать против Советского Союза наш ядерный арсенал. Вот насколько серьезно подходят к делу великие державы, когда они, с их точки зрения, сталкиваются с экзистенциальными угрозами. Так что, на мой взгляд, мы находимся в очень опасной ситуации. Я думаю, что вероятность ядерной войны очень невелика, но, чтобы мне стало очень страшно, высокой вероятности и не требуется, учитывая последствия, с которыми ассоциируется применение ядерного оружия. В общем, нам надо быть исключительно аккуратными в наших действиях, чтобы не загонять русских в угол. Впрочем, я не уверен, что это случится. Потому что, как мне кажется, случится вот что: в соперничестве между русскими и нами победят русские. Вы сейчас, наверное, подумали про себя: «Почему он такое говорит?» Но если задуматься, можно было бы посмотреть, например, у кого больше решимости. Кого эта ситуация больше волнует? Русских или американцев? Американцев Украина не особо заботит. Американцы ясно дали понять, что они не хотят воевать и умирать за Украину. То есть для нас Украина не очень-то важна. Но русские, как они прямо заявляют, видят в этой ситуации экзистенциальную угрозу. Соответственно, баланс решимости складывается в их пользу[6].