Войновский Владимир - Ява стр 10.

Накатавшись, свадебный кортеж приехал к дому Яванских. Соседи вышли на улицу, встречали новую семью во дворе. Откупиться не удалось, и Валерка нёс свою юную жену на руках до подъезда. Все смеялись и подбадривали его. На крылечке стояла Нина Николаевна с большим караваем. Сын и дочь по очереди отломили по кусочку. Смеясь, обмакнули их в соль и отправили в рот.

 Смотри, тёща пришла,  надавил на локоть Наташе Валера.

 Где?

 Вон у стеночки за крыльцом.

За спинами встречающих стояла Надежда Анатольевна. Улыбалась и плакала.

 Мамочка, иди к нам. Пойдём за стол,  позвала невеста.

 Мама, идёмте. Да не плачьте. Смотрите, все веселятся, смеются,  пригласил Валерий.

 Это слёзы радости, детки мои. Слёзы за вас, чтобы вам их больше никогда не видеть и самим не плакать. Живите счастливо и богато. Рожайте нам кучу внуков. Простите меня. Не держите зла на дуру взбалмошную.

Надежда обняла и поцеловала зятя. Потом поцеловала дочку.

 Будьте счастливы!

Свадьбу гуляли два дня. Гости то терялись, то вновь появлялись за столом. К вечеру второго дня за столом остались только родственники. Уставшие и весёлые. Счастливые и помятые. Валера с Наташей, ушли отдыхать в свою комнату. Маринка с тётей Надей рассматривали фотографии семейных альбомов.

 Череда праздников нас погубит,  сказал Владимир Леонтьевич, смакуя «Жигулёвское» пиво прямо из горлышка стеклянной бутылки.

 Все, уж праздники прошли! Будни наступили,  включилась в разговор Нина Николаевна.

 Ты, мать, чего-то стихами заговорила. Не к добру это. А до будней ещё далеко. Завтра опять «пьянка».

 Какая?

 Самая, серьёзная. Валерка послезавтра на службу уходит.

 Тихо. Знаю. Не говори громко. Пусть понежатся. Полюбуются. Пока время есть. «Пьянки» никакой завтра не будет. Посидим вечерком. Что, он с пьяной головой служить пойдёт? Ты его знаешь. Ещё чего натворит, потом локти кусать будет.

 Ничего не натворит. Не дадут. Паразит. «Багаж» нам сгружает, а сам в отлучку Будем внуков воспитывать,  отец улыбается.

 Воспитаем. Ты, как думаешь, кто у них будет: мальчик или девочка?

 Конечно мальчик. Продолжатель фамилии и рода.

 Девочка у них будет,  Яванские повернулись. С порога Маринкиной комнаты на них смотрела Надежда.  Дочка у них будет. Пускай в своё время хлебнут то, что мне пришлось хлебнуть. Никогда не думала, что вот так дочку замуж выдавать буду

 Ой, Надежда. Какая разница: мальчик, девочка. Это наша кровинушка. Главное чтобы они выдержали экзамен временем, потом жили в мире и согласии, а нам надо им в этом помогать,  заметила мама Валерия.  Свадьба она всегда свадьба мне кажется, что у нас получилось не хуже других

 Давайте выпьем и будем потихо-о-о-нечку порядок наводить А кто старое помянет, тому Эх-х-х! Жаль, Серёга не приехал. Мы бы с ним поболтали. Ну,  Владимир Леонтьевич, разлил в гранёные стаканы пиво,  за счастье наших детей стоя. Пусть их чаша любви всегда будет полна. И пьём до дна не оставляем слёзы

Глава 13

Проводы на службу проходили в семейном кругу. Не лилась рекой водка, не было слёз и нравоучений. Яванские выехали на термальные источники в посёлок Паратунка. Отдыхали под открытым небом на базе «Строитель». Купались в бассейне под открытым небом, играли в волейбол и настольный теннис.

По возвращении домой женщины начали готовить на стол. Отец с сыном занялись подготовкой к прохождению курса молодого бойца.

 Для начала одежда. Надо что-то тёплое, но не объёмное. Хоть май месяц, ночью всё равно прохладно. К тому же неизвестно, куда тебя закинут. И желательно, чтобы одежда была старая,  спокойно говорил Яванский-отец.

 А зачем старая? Что, я как чучело поеду?  возражал Валерка.

 Чучело не чучело, а всё одно вся одежда в топку пойдёт. Конечно, можно запаковать в мешок и Министерство обороны СССР отправит твои шмотки домой. Зачем? Лишняя головная боль. А если не отправят? А если перепутают? Одни «если». Значит, останавливаемся на предложенном мной варианте. Пошли в гараж.

Гараж располагался во дворе с тыльной стороны дома. Они отворили ворота и вошли внутрь. На правой стене висела строительная спецодежда, старые куртки, плащи, комбинезоны. На полках лежали заношенные до дыр вещи, которые Нина Николаевна презентовала мужу в виде ветоши.

 Нормальная курточка. Смотри, молния даже работает, значит, не продует. Штанишки, правда, коротковаты, но ты не на дискотеку идёшь. Хотя в годы моей молодости они сошли бы за дудочки. Так. Свитерок слегка поеден молью. Ничего, зато нитка прочная. И к тому же тёплый. О, погоди, сынок. У меня есть клёвая кепочка,  отец начал рыться в разном хламе и, наконец, извлёк на свет большую кепку.  Дэржи, дарагой. Аэродром назэваэца.

Владимир Леонтьевич водрузил кепку на голову сына. Валерка посмотрелся в висевшее на противоположной стене зеркало и рассмеялся вместе с отцом.

 Настоящий грузин Мимино,  пошутил будущий солдат.

Собрав вещи, мужчины пошли домой. Стол на кухне уже был в праздничном убранстве.

 Мы вас заждались. Я думала Маринку за вами посылать,  встретила их Нина Николаевна.

 А мы прямо почувствовали, как ты нам волны посылаешь эти филюиды,  отец рассмеялся.

 Ладно, мойте руки и к столу.

Ужинали молча, так как за день все изрядно утомились. Яванский-старший обвёл всех взглядом, встал и подошёл к холодильнику. Из морозилки он извлёк заиндевевшую бутылку «Пшеничной», а из навесного шкафчика рюмочки.

 Владимир, я же сказала, что пьянки не будет,  возмутилась жена.

 Так мы же не пьянки ради, а здоровья для,  усмехнулся супруг, и наполнил четыре рюмочки.

 Кому четвёртую?

 Наташе.

 Какой Наташе? Дурень. Володя, ей нельзя.

 Хорошо, я сам выпью.

Чокнулись. Выпили. Закусили.

 Между первой и второй промежуток небольшой,  глава семьи наполнил две рюмки, а Наташину подвинул к себе.  Вздрогнули.

Снова чокнулись. Выпили по второй. Закусили.

 Где вторая, там и третья.

Папа снова наполнил, но уже три «ёмкости».

 Может, хватит? Ты куда гонишь? Прекращай,  возмутилась хозяйка.

 Предлагаю тост за прекрасных дам. Гусары пьют стоя. Дамам можно сидя,  отец и сын встали, выпили.  А-а-аы! Хороша. Так и побежала. Бр-р-ры!

 Алкоголик начинающий. Хватит на сегодня,  Нина Николаевна встала и спрятала бутылку в холодильник.

 А за Валерку? Чтобы ему служилось легко

 Я сказала хва-ати-ит!

За столом стало весело. Яванский-отец рассказывал истории из своей армейской молодости. В его время служили три года, и он на первом году службы обратился рапортом, чтобы ему разрешили поступить в институт. Валерка откуда-то выуживал всё новые и новые анекдоты. Маринка заливалась колокольчиком. Мама с Наташей смотрели на мужей и мило улыбались.

 О, боец. А что мы забыли?

 Не могу знать, товарищ батя.

 Откуда же тебе знать. В армии все машинки для стрижки изготовлены в пятом веке до нашей эры. Пока подстригут, всю кожу исцарапают.

 Или скальп сдерут,  вставила сестрёнка.

 О-о-о?! Точно! И скажут, что так и было. Общие нотки найдены. Итак, боец. Отсюда следует, что тебя нужно аккуратнейшим образом остричь дома.

 Возражений не имею,  весело ответил захмелевший Валера.

 Нет, вы слышали?  Владимир Леонтьевич обратился к смеющимся женщинам.  Он не имеет возражений. Оголяй торс и пошли в прихожую.

 Папа, а ты его сразу под ноль. У нас где-то и опасная бритва есть,  сквозь смех заметила Маринка.

 Цыц! Какая ещё опасная бритва. Они еле на ногах стоят, а ты подначиваешь.

 Нет, доченька. Я его, как в лучших модельных салонах, подстригу. Причёска будет носить название «Остриженный ёжик».

Хорошо, что мужчины были слегка захмелевшие. Один подстригал, как ему казалось, ну просто великолепно. Другой ждал окончания стрижки, расплывшись в пьяной улыбке от «уха до уха». Это уже утром «парикмахер», взглянув на голову «клиента», будет хмуриться. И клиент, увидевший в зеркале своё отражение, и без того с плохим настроением, будет чувствовать себя ещё более скверно. Но это будет только завтра.