Всего за 400 руб. Купить полную версию
Аристотель
«Понятие о цельности и законченности действия в трагедии.
Продолжительность действия в трагедии (единство времени).
Определив эти понятия, будем после этого говорить о том, каким именно должен быть состав событий, так как это и первое и самое важное в трагедии.
У нас уже принято положение, что трагедия есть воспроизведение действия законченного и целого, имеющего определенный объем. Ведь бывает целое и не имеющее никакого объема. Целое то, что имеет начало, середину и конец.
Начало есть то, что само, безусловно, не находится за другим, но за ним естественно находится или возникает что-нибудь другое.
Конец, напротив, то, что по своей природе находится за другим или постоянно, или в большинстве случаев, а за ним нет ничего другого.
Середина то, что и само следует за другим и за ним другое.
Поэтому хорошо составленные фабулы должны начинаться не откуда попало и не где попало кончаться, а согласоваться с выше указанными определениями понятий. Кроме того, так как прекрасное и живое существо, и всякий предмет состоит из некоторых частей, то оно должно не только иметь эти части в стройном порядке, но и представлять не случайную величину.
Ведь прекрасное проявляется в величине и порядке, поэтому прекрасное существо не может быть слишком малым, так как его образ, занимая незаметное пространство, сливался бы, как звук, раздающийся в недоступный ощущению промежуток времени.
Не должно быть оно и слишком большим, так как его нельзя было бы обозреть сразу; его единство и цельность уходили бы из кругозора наблюдающих, например, если бы какое-нибудь животное было в десять тысяч стадий.
Поэтому как неодушевленные предметы и живые существа должны иметь определенную и притом легко обозримую величину, так и фабулы должны иметь определенную и притом легко запоминаемую длину. Определение этой длины по отношению к сценическим состязаниям и восприятию зрителей не составляет задачи поэтики. Ведь если бы нужно было ставить на состязание сто трагедий, то время состязаний учитывалось бы по водяным часам, как иногда, говорят, и бывало. Что же касается определения длины трагедии по самому существу дела, то лучшей по величине всегда бывает та фабула, которая развита до надлежащей ясности, а чтобы определить просто, скажу, что тот предел величины драмы достаточен, в границах которого при последовательном развитии событий могут происходить по вероятности или по необходимости переходы от несчастья к счастью или от счастья к несчастью.»4
В «Поэтике» Аристотель называет части драмы, которыми следует пользоваться как образующими (eide) и части составляющие (kata to poson), на которые драма разделяется по объему (пролог, эписодий, эксод, хоровая часть, а в ней парод и стасим).
Говоря о «структурности драмы», Аристотель отмечает шесть частей:
1. Сказание (фабулу);
2. Характеры («этос», «нравственная направленность деятельности персонажей»);
3. Речь («лексис»);
4. Мысль («дианоя», «способ мышления персонажей»);
5. Зрелище (сценическая интерпретация драмы);
6. Мелос (синтез слова и музыки в греческом театре).
Первые четыре части относятся непосредственно к драматургии, две последние непосредственно к представлению. Самой важной из всех частей Аристотель считает склад событий (сказание), т.к. целью подражания является изображение какого-нибудь действия, а не качества. По его мнению, характеры придают людям именно качества. «Счастливым или несчастливыми бывают только в результате действия в драме не для того ведется действие, чтобы подражать характерам, а, наоборот, характера затрагиваются через посредство действия; таким образом, цель драмы составляют события». Обозначая склад событий как самую важную часть драмы, Аристотель рассматривает принципы организации событий в единое целое, как основы построения композиции.
Каким же должен быть склад событий? Первое условие действие должно иметь «известный объем», т.е. быть законченным, целым, имеющим начало, середину и конец. Склад событий, как и всякая вещь, состоящая из частей, не только должен «иметь эти части в порядке», но и объем должен быть не случайным. Это закон единства и цельности и он выражает отношение части к целому. Следующим принципом Аристотель выделил положение, по которому композиция должна выражать действие, сосредоточенное не вокруг одного лица, но действия. «Потому, что с одним лицом может происходить бесконечное множество событий, из которых иные никакого единства не имеют». Подражание театральное состоит в подражании единому и целому действию, которое вовлекает в свою зону всех персонажей. Поэтому и склад событий есть выражение этого общего действия. События же должны быть сложены так, «чтобы с перестановкой или изъятием одной из частей менялось бы и расстраивалось целое, ибо то присутствие или отсутствие чего незаметно, не есть часть целого». Здесь следует отметить, что это есть закон «исключения события», который необходимо применять в анализе пьесы при выделении событий и отделения их от фактов. Если исключаемое меняет сюжет всей пьесы это событие, если нет это факт, который затрагивает действие персонажа или нескольких персонажей, но не сюжета всей пьесы. Говоря о сюжете, мы должны понимать под ним «сказание», по определению Аристотеля, которое, несомненно, влияет на общую композицию пьесы. Сказания бывают простые и сложные (сплетенные). Сложные отличаются от простых указывает Аристотель наличием перелома (перемены судьбы), основанного на узнавании (более подробно об этих понятиях см. «Поэтику»). Выше названные части Аристотель называет образующими, т.к. эти принципы организуют и упорядочивают склад событий в некую определенную последовательность. Вторая категория частей драмы называется Аристотелем составляющими, т.е. те, на которые драма делится по объему: пролог, эписодий, эксод, хоровая часть.
Пролог вступительный монолог, иногда целая сцена, содержащая изложение завязки сюжета или исходной ситуации.
Эписодий непосредственное развитие действия, диалогические сцены.
Эксод финальная песня, сопровождающая торжественный уход хора.
Хоровая часть в нее входит стасим (песнь хора без актеров), число и объем стасимовнеодинаков, но после третьего действие движется к развязке, коммос совместная вокальная партия солиста и хора.
Таковы части драмы, которые составляют ее композицию. В каждой из этих частей находятся различное количество событий, но между ними есть определенная разница.
Гегелевская триада
На необходимость присутствия в произведении основных элементов в свое время обратил внимание Гегель. Поэтому принципиальную схему, лежащую в основе драматического произведения, принято называть гегелевской триадой.
1. Начала борьбы
2. Ход борьбы
3. Результат борьбы
Для наглядности принципиальная структура драматургического произведения триада Гегеля может быть изображена таким образом.
Начало борьбы раскрывается в экспозиции и в завязке основного конфликта.
Ход борьбы раскрывается через конкретные поступки и столкновения героев через так называемые перипетии, составляющие общее движение действия от начала конфликта к его разрешению. Во многих пьесах (хотя и не во всех) есть выраженный момент высшего напряжения действия кульминация.
Результат борьбы показан в развязке (разрешении) основного конфликта и в финале пьесы.
Д. М. Генкин в своей работе «Массовые праздники» говорит о композиции следующее: «композиция определяет внутреннюю структуру произведения, логику доказательства заложенной в нем идеи, что очень важно для режиссера массового праздника. Композиция есть организация действия, а значит, и соответствующее расположение материала. Если сюжет рождает действие, то композиция определяет его логику, темп, ритм, то есть вносит в действие четкую организацию, дисциплинирует его»