Freedom - Змеи города роз стр 7.

 Чего ты добиваешься, Амаль? Чтобы руки обуглились до костей? Сегодня ты с нами не пойдешь.

 Не смей мне приказывать. Здесь я принимаю решения,  отрезала наместница. Словам ведьмы вторил грохот. Хотелось бы верить, что это треснул ее череп.

 Как тебе девчонка?  шепнул я в пустоту, прекрасно зная, что Реф неизменно рядом. Любопытный старик никак не мог пропустить разговор, от которого зависела моя судьба на ближайшие месяцы.

 Слишком много мнит о себе и своем всесилии. Власть в неподготовленных руках никогда не бывала во благо,  фыркнул Реф, не потрудившись даже появиться на глаза.

Солдаты наверху уже затихли. Близилась ночь. Уверен, они придерживались строгого режима. Беркут показался строгим командиром, не приемлющим отступлений от устава и распорядка.

Я выскользнул за дверь и неторопливым шагом пересек брусчатый плац, разрисованный белой краской. Сколько же подметок стоптано и мозолей натерто солдатами на этой площадке? В сердце шевельнулись воспоминания. Это место не шло ни в какое сравнение с плац-парадами Белоярова и даже Адрама, столицы Миреи.

Даже внешне дом прислуги казался куда проще и уютнее солдатского корпуса более напыщенного, но казенного. Глиняные стены, длинная крытая галерея вдоль первого этажа, над которой нависали стены второго, и простая двускатная крыша без украшений. На небольших освещенных окнах мне удалось рассмотреть разномастные цветастые шторки.

Я поднялся по скрипящему крыльцу, потянул на себя деревянную дверь с небольшим окошком в верхней части и шагнул в полутьму. Небольшие сени встретили меня неясным огоньком свечи в грубом металлическом подсвечнике. Деревянные половицы скрипнули под тяжестью моих шагов. Я толкнул следующую дверь, не такую толстую, как входная, и оказался в длинном коридоре, на стенах которого трепетали с десяток огоньков в масляных лампах. Низкий потолок почти что чиркал меня по макушке, а по левую руку расположилась узкая лестница с простыми деревянными перилами.

Я сделал несколько неуверенных шагов и замер в замешательстве. Где искать Алию? Не заглядывать же в каждую дверь. Или заглядывать? Мгновенно ответив себе на свой вопрос, я толкнул первую дверь справа и попал в уютную общую комнату с небольшой печью, низкими диванами для сидения с кучей вышитых подушек, искусно выполненной книжной полкой и столиком на причудливо изогнутых ножках, заваленным рукоделием, детскими игрушками и газетами.

Две оживленно болтавшие женщины захлопнули рты и удивленно осмотрели меня с головы до ног. Третья, молоденькая девушка лет семнадцати-восемнадцати, вышивавшая что-то невыносимо пестрое на белом переднике, пискнула от неожиданности. Ее глазищи, больше похожие на глаза олененка, испуганно расширились. Наверняка даже Шурале по сравнению со мной показался бы им симпатичным малым.

 В-вы кто?  строго спросила одна из женщин, худощавая дама лет сорока с заметной сединой в темных волосах, собранных в аккуратный пучок.

Надо отметить, все трое носили одинаковую одежду: длинные серые рубахи, из-под которых проступали штаны-шаровары из той же ткани, белые передники, отличающиеся лишь разнообразием вышивки, и легкие туфли без каких-либо узоров. За годы жизни вне родины я успел отвыкнуть от традиционных нарамских костюмов.

 Наместница приказала мне найти Алию,  как можно дружелюбней отозвался я.

 Вы говорили с Амаль Кахир?

 Я попросил у нее убежища.

Женщины растерянно переглянусь, по всей видимости, решая, можно ли верить окровавленному бродяге.

 Я позову ее,  вдруг вызвалась девушка, не дождавшись решения старших.

Напоследок она окинула меня жалостливым взглядом и убежала. Ее торопливые шаги разнеслись по пустынному коридору топотом, сравнимым со строем солдат. До чего же удивительно ее сострадание! Я для них грязный, окровавленный и странный незнакомец. Разве можно верить мне так безоговорочно?

Женщины смотрели с интересом, смешанным с подозрением, и молчали. Мне не предложили сесть, и я их понимал. Уверен, после меня еще и проветрят.

Через пару минут до нас донеслись приближающиеся шаги. Вслед за девчонкой спешила упитанная дама среднего роста с безукоризненно ровной осанкой и горделивым выражением лица. Несмотря на солидный возраст, который наверняка приближался к шестидесяти, седина в ее черных волосах мелькала не так уж ярко. Женщина была одета в добротную голубую тунику почти до пят и серый камзол с цветастым орнаментом на груди, подпоясанный кушаком. Наряд беззвучно вопил о высоком положении своей хозяйки в поместье наместницы.

Женщина окинула меня внимательным взглядом и произнесла на удивление спокойным и мягким голосом:

 Зачем вы меня искали?

 Наместница сказала, что вы подыщете мне работу.

 Парень говорит, что попросил убежища, и Амаль Кахир его приняла,  влезла одна из женщин.

Алия с интересом изогнула бровь, все еще не сводя с меня взгляда.

 Что ж, утром я узнаю, где нужны лишние руки. Пока тебя не помешало бы отмыть. Пойдем со мной. Я дам тебе полотенца и чистую форму. Свою одежду сможешь постирать в купальне. Там есть тазы и мыло.

Я кивнул, не смея поверить в то, что наконец помоюсь и превращусь в человека. Алия решительным шагом покинула комнату, и мне пришлось поспешить, чтобы не отстать. Она пересекла коридор и, остановившись у предпоследней двери слева, отперла ту небольшим ключом из внушительной связки. Я с интересом заглянул внутрь. В большой кладовой теснились стеллажи, забитые постельным бельем, всевозможными полотенцами и одеждой. Двор наместницы уж точно не испытывал проблем с пополнением казны.

Алия окинула меня оценивающим взглядом, задумчиво почесала нос и потянулась к полке с форменной одеждой. Она достала две рубахи, двое брюк из ситца, два простеньких льняных жилета и двое кальсон но очень странных. Их длина была вполовину меньше положенной. Когда Алия вручила мне этот ворох одежды, я с сомнением покосился на кальсоны и открыл было рот, но она меня опередила:

 Сразу видно, что неместный. Длинные кальсоны получишь осенью, а летом носи такие. Еще спасибо скажешь днем, когда солнце печет, как в преисподней.

Я захлопнул рот. Четко, ясно и по делу. Уж не служила ли эта женщина в армии? Голос мягкий, но интонация командирская, не терпящая возражений.

 Должны подойти. Если окажутся не по размеру, завтра дам другие,  Алия бросила передо мной пару темно-серых туфель из мягкой кожи.

Помимо всего прочего, она выдала мне три пары серых носков с небольшими завязками. Их обвязывали вокруг лодыжки, чтоб те не сползали. Хоть что-то здесь напоминало о доме! Хотя бы носки!

Алия всучила мне видавшее виды хлопковое постельное белье, два льняных полотенца, кусок мыла и велела отправляться в купальню, которая оказалась за соседней дверью.

 Как отмоешься, поднимайся на второй этаж. Постучишься в третью комнату справа. Там пустует койка,  напутствовала она меня напоследок.

Я скользнул в купальню, склонив голову, чтобы не зацепить макушкой дверной косяк, и с интересом осмотрелся в помещении, освещенном всего одной свечой. На стенах висело целых четыре подсвечника, поэтому зажечь оставшиеся три мне ничего не стоило. Всего-то потребовалось сосредоточиться на трепещущем огоньке и пожелать, чтобы в комнате стало светлее. Миг, и от горящей свечи отскочили три искры, метнувшиеся к оставшимся подсвечникам.

Почти половину комнаты с маленьким оконцем под потолком занимали три деревянные кабинки, к каждой из которых из стены тянулись трубы. Наверняка на улице стоял большой бак с водой. Думаю, за жаркий день вода там почти что вскипела.