Мало ли какие оригинальные часы мог подарить Наташе ее отец. Убедило Анатолия не это, а те перемены, которые произошли
в Наташе за одну ночь. Ведь, с его точки зрения, они расстались только вчера вечером. А Наташа успела основательно загореть (это в конце
мая!), да еще и в таких местах, какие у женщин, как правило, отливают молочной белизной. Она откуда-то узнала такие разделы математики и
физики, о которых он, выпускник МВТУ, и понятия не имел. Раньше Наташа умела ездить только на велосипеде, а теперь она смело садилась за
руль мотоцикла и автомобиля и даже обмолвилась, что готова пилотировать самолет. А когда подруга продемонстрировала Анатолию свои
достижения в боевых единоборствах, он окончательно убедился, что она говорила правду. Анатолий прекрасно знал, что за один день такого
уровня достигнуть невозможно.
Когда Наташа поняла, что Анатолий поверил ей, она начала рассказывать ему все, о чем узнала от нас. Анатолий слушал запоем. О таких делах
он читал только в фантастических романах, а все это оказалось реальностью. Больше того, рядом с ним был человек, который с этой реальностью
соприкоснулся вплотную. Но все рассказы Наташа, как правило, завершала обильными слезами. О чем бы ни говорилось, она. все равно в итоге
возвращалась к нам. Дальше следовала фраза: «Если бы ты знал, какие это люди! Я бы ни за что не оставила их, если бы не этот маяк!» После
этого Наташа уже не могла сказать ничего более или менее связного.
Беседы с Наташей навели Анатолия на мысль. У него был товарищ. Он закончил МВТУ на четыре года раньше и до последнего времени работал там
преподавателем. Полгода назад ему предложили возглавить целевую лабораторию в одном НИИ на Камчатке, и он уехал. Но Анатолий хорошо помнил,
что его товарищ вплотную занимался физикой пространства — времени и неоднократно говорил ему, что Параллельные Миры — это не фантастика, а
реальность. Причем реальность вполне ощутимая.
Анатолий списался со Степаном Ручкиным, и тот, приехав в отпуск, передал Анатолию свои рабочие тетради: «Раз ты этим заинтересовался, то
займись. Мне сейчас все равно не до этого».
— Знаешь, Андрей, — прерывает Анатолия Наташа, — я, когда просмотрела эти тетради, обалдела. Степан там полностью обосновал наличие
Параллельных Фаз. И более того, он вплотную подошел к осуществлению прямого перехода между ними. Правда, он подходил к этой проблеме
несколько с другой стороны. Не так, как ты мне это объяснял, а совсем по-другому.
— Интересно было бы посмотреть его разработки, — задумчиво говорю я.
— Нет проблем, — откликается Анатолий. — Они у меня с собой, я их захватил.
— Зря ты это сделал, — качает головой Лена.
— Почему?
— Видишь ли, Анатолий, это открытие принадлежит вашей Фазе. Теперь оно для нее потеряно. А ведь если бы Ручкин продолжал свою работу, вы бы
скоро смогли вступить в Содружество Параллельных Фаз, и ваша цивилизация сделала бы грандиозный рывок вперед.
— А это никуда не уйдет, — возражает Анатолий. — Я сделал фотокопии, а оригинал отправил Степану ценной бандеролью.
— Кстати, — вставляет Наташа, — этой же бандеролью я отправила ему штук тридцать писем для мамы, чтобы он отправлял их ей по одному в
месяц. Пусть она думает, что мы там. Я не хочу, чтобы она волновалась.
— Какие предусмотрительные, — качает головой Лена.