По её словам выходило, что единожды открывшийся, пусть даже спонтанный и
даже на несколько секунд, межфазовый переход, оставляет заметный след, возмущение в темпоральном поле Фазы. А раз так, то имеется
возможность установить: куда эти переходы вели, когда и в течение какого времени они действовали, и сколько людей и в каком направлении по
ним прошли. Когда до меня дошел смысл идеи, я несказанно обрадовалась.
— Значит, есть возможность восстановить путь любого хроноагента, случайно попавшего в лабиринт спонтанных переходов и оказать ему помощь.
Крис, ты — гений!
Кристина отмахнулась ручкой, затянутой в блестящую черную перчатку, и снова наполнила наши бокалы.
— Скажешь, тоже, гений! Это просто мысль, да к тому же ещё и не зрелая. Без точных расчетов и надлежащего программного обеспечения здесь
ничего не сделаешь. Ты, как? Возьмёшься за это? У тебя должно получиться.
— Спрашиваешь! Конечно, возьмусь. Только быстрых результатов не обещаю. Работы очень много.
— Ну, с Филиппом я на эту тему поговорю. Он тебя немного разгрузит…
— Сомневаюсь.
— Правильно сомневаешься, — вздохнула Кристина, — Но дело всё равно стоящее и браться за него надо.
— А я и не отказываюсь. Сбрасывай мне всё, что ты наработала по этому поводу. Как только горячие ситуации обсчитаю, сразу займусь твоей
задачей.
Глава VIII. Андрей Злобин.
Помнишь… на планете Саракш некто Сикорски… гонялся за шустрым молокососом по имени Мак… Так вот, Сикорски тогда не поспел. А мы с тобой
должны поспеть. Потому что планета теперь называется не Саракш, а Земля. А Лев Абалкин — не молокосос.
А. и Б. Стругацкие
Вадим Чесноков был таким же хроноагентом, как и я, только со стороны ЧВП. Он ни в чем не уступал мне: ни в подготовке, ни в
натренированности, ни в изобретательности, ни в целеустремленности. Вот только задачи перед нами стояли разные. Он должен был убить Николая
Бакаева, основателя хронофизики и открывателя параллельных Миров-фаз. А я должен был не дать ему это совершить.
Поначалу я не то, чтобы не поверил Кате, когда она сказала, что смоделировать действия Чеснокова невозможно; нет, я хотел оценить это
профессиональным взглядом. И ещё была микроскопическая надежда, что я смогу увидеть то, что ускользнуло от её внимания. Но Катя, как
всегда, оказалась права. Едва я запускал программу процесса моделирования на совпадение местонахождения Чеснокова и Бакаева, даже с
разбросом по времени в десять минут, как компьютер начинал выдавать такие «картинки», что невозможно было понять: где Чесноков, где Бакаев,
а где пробегающая по улице собака. Было очевидно, что такой традиционный подход к разработке операции не годится.
Тем временем из отдела наблюдения пришла информация о том, что Чесноков назначил новую встречу с представителем разоряющихся компаний. На
этой встрече он должен получить аванс. И эта встреча должна состояться через три дня. Это был мой лимит. За эти дни я должен был разгадать
замысел Чеснокова и разработать план операции. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать Катиному совету. Она у меня — умница. Пусть
она хроноагент только третьего класса, но аналитик она класса экстра!
И я начал действовать от противного. Я начал отслеживать Николая Бакаева с целью определить, как и где мне его лучше и надёжнее
ликвидировать.