Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Герой повести мучительно пытается понять природу чуда, которое произошло на Валааме. Однако его инструментарий, с помощью которого он собирается это сделать, весьма невелик он ограничивается чтением популярных изданий и своими собственными размышлениями, наивными и весьма неглубокими. Смысл подлинного библейского чуда не может открыться ему, как и любому другому неверующему человеку. Такие люди, отрицая Библию, приводят один аргумент: «Там полно чудес». Да, в библии действительно много чудес. И хотя обычная природа сама по себе есть чудо, представленные в тексте Библии многочисленные случаи сотворенных Богом чудес являются, в общем, редким исключением из законов природы. Только эти исключения имеют отношение к христианским свидетельствам. Это божьи деяния, утверждают богословы, которые зримо отличаются от обычного проявления божественной силы. Их можно показать на примерах: чудеса, сотворенные Моисеем в Египте, у Красного моря и в пустыне, пребывание рабов божьих в раскаленной печи, в яме со львами, превращение Иисусом воды в вино, мгновенные исцеления и воскрешения, преумножение хлебов и рыбы, обращение учеников Иисуса со змеями, и т. д. Объяснить подобные чудеса рационалистически невозможно. Остается только сказать, что это либо исторические факты, засвидетельствованные многими людьми, либо художественный вымысел.
Если в рассказе «Долгая дорога к маме» главный герой пытается обрести свою веру уже в преклонном возрасте, то Саша Петров из повести «Монах», искалеченный в Афганистане, очень рано начинает задавать себе «проклятые» вопросы:
«Впервые в жизни он много думал, размышлял, пытаясь понять кто спас его? Какая сила нашлась на земле, которая не захотела его смерти? Сплошная цепь случайностей: выстрел не в голову, а в грудь, пуля попадает в крестик и проходит мимо сердца, вовремя подоспевший спецназ А может, это и не случайность была вовсе, а желание какого-то высшего разумного существа? Только Бог способен на такое чудо. Но где он? Как он может видеть всех нас, каждого в отдельности? Да, человек разумен, но способен ли он, какой бы мудростью ни обладал, быть всемогущим и вездесущим, всех любить и миловать, быть праведным, верным, благостным, терпеливым и справедливым?»
До отправки в Афганистан ему оставался какой-нибудь месяц, и Саша решил съездить на свою малую родину в далекую сибирскую деревню, где жила его мать и сестры. Он любил свою деревню, свой дом, свою речку, своих друзей, но больше всего на свете он любил, конечно, маму той сиротски-болезненной любовью, какая бывает в неполных семьях. Он приехал, когда до Нового года оставалось несколько часов, и все жители деревни готовились встретить праздник.
«Какой же ты стал красивый, сынок, приговаривала мама на кухне, тебя прямо не узнать. Еще вчера был маленький, мужичок с ноготок, а сегодня вон как вымахал мужик мужиком Вот говорят, чудес не бывает А я тебе так скажу: в декабре я просила у Святой Богородицы встречи с тобой, и пожалуйста сынок приехал
Предрассудки, мама, снисходительно сказал Саша, это не Богородица, а я выполнил твою просьбу
Нет, сынок, это она наставила тебя на путь истинный
Саша не стал спорить. Кто его знает, может, это и есть та самая неведомая сила, которая подняла его в дорогу? Может, мамины слова через сотни километров дошли до его сердца, и произошла удивительная встреча?
Ты мне веришь?
Верю, мама, верю
Мать открыла шкатулку и достала железный крестик на цепочке.
Когда тебя крестили, он был на тебе. Это твой оберег.
Мама, как же я его носить буду? В армии?
Пусть он всегда будет с тобой.
Она аккуратно застегнула крошечный карабин-чик, расправила цепочку, спрятав крестик под майку.
Ну вот, ничего и не видно»
В тяжелом бою с душманами пуля попала Саше в грудь, вернее, в маленький железный крестик, который чуть-чуть изменил траекторию, и этим спас ему жизнь А потом бессчетные госпитали, операции, жизнь на грани смерти, горячечный бред, и в этом бреду мать.
«Мама, где ты?
Я здесь, сынок.
За поворотом он увидел большой дом с крышей из оцинкованного железа, рядом хозяйственные постройки. Большие окна выходили на три стороны. Мама стояла у ворот!
Он подбежал к ней.
Мама, сестра написала, что ты умерла, но мы же с тобой разговариваем, как всегда. Значит, ты жива?
Тело мое умерло, но душа жива. Душа бессмертна
И я умер?
Тебе еще рано умирать»
Мать умерла, когда Мише Карнаухову едва исполнилось четырнадцать лет. Однако всю свою жизнь он обращается к матери. Он ведет с ней тихие, доверительные беседы, советуется, как поступить в той или иной ситуации, жалуется на несправедливость жизни, утешает, рассказывает о себе
Давно сгнили в могиле мамины косточки, нет уже на карте родной деревни она осталась на дне искусственного моря и даже кладбище являет собой вид пустой, заброшенный а для него мама жива.
Она является ему во сне, он слышит ее слова на могиле, какой-то таинственный монах на Валааме передает Михаилу материнскую просьбу, и даже в горячечном бреду, находясь между жизнью и смертью, он слышит ее ласковый, успокаивающий голос.
«Мамину могилку он увидел во втором ряду от центральной дорожки. Встал на колени, обнял могильный холмик, прижался к нему.
Здравствуй, мама!
Здравствуй, сынок, голос был тихий, еле слышный. Я знала, что ты придешь
Прости меня, мама.
За что?
Я так долго у тебя не был. Все собирался и никак не мог собраться
Как ты живешь, сынок?
Живу, как многие. У меня жена, две дочки, четыре внука. Я им рассказываю о тебе, о нашей деревне. А ты как?
Скучно здесь, Миша, люди редко бывают
А зачем тебе люди?
А как же, сынок, с людьми-то веселее»
И с упорством, доходящим до исступления, автор вновь и вновь возвращается в детство, к маме, на деревенскую, жарко натопленную печку. Он возвращается туда, где его по-настоящему любили, где чай был сладким, хлеб вкусным, а впереди ждала огромная жизнь, наполненная удивительными встречами и событиями Глубокая материнская любовь, которую автор пронес через всю свою жизнь, сформировала его душу и дала большой запас прочности. Этой любви ему хватило, чтобы отдать большую ее часть своим близким жене, детям, внукам
По слову Иоанна Крестителя, «Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге». Но где взять любовь к людям, если в душе ее нет, а в мирской жизни тебя окружают не люди, а монстры? Развратные, тщеславные, подлые, завистливые, нечистые на руку они тщательно маскируют свои грехи и в глазах окружающих выглядят как вполне благопристойные граждане, разумеется, со своими, вполне простительными слабостями. Как возлюбить ближнего «как самого себя», если этот самый ближний жестоко предал тебя, другой ближний обворовал, а третий обманул?
Герой повести «Монах» Саша Петров нашел ответ на эти вопросы. Он пришел к вере, к Богу ценой сомнений, разочарований, душевных и телесных мук. А вот его оппонент Анатолий Петрович, человек, который очень давно, больше тридцати лет назад сумел спасти молодого неопытного парня, такой веры не обрел:
« Но неужели в монастыре живут только праведники, очистившие душу от греха?
Монастырь не райский заповедник. Люди есть люди. И в миру, если присмотреться, много праведников. А вам, Анатолий Петрович, я очень благодарен за то, что вы спасли меня когда-то. Я всегда это помнил. И как знать, не встреть я вас в мой урочный час, как бы повернулась жизнь?
А чем же вы живете? Чем?
Тем, чем живут все монахи. Богообщением, не задумываясь, ответил отец Никодим.
Уже вечером, придя в гостиницу, Анатолий Петрович открыл свою амбарную книгу, куда заносил свои мысли «по поводу и без повода», и записал:
«Сегодня случилась неожиданная встреча с удивительным человеком. Когда-то он был простым парнем, Сашей Петровым, теперь стал отцом Никодимом. И он, и я прожили достаточно сложную и насыщенную событиями жизнь, каждый из нас приобрел жизненный опыт, только его опыт оказался таким далеким и трудным для моего понимания, что я даже немного робел, разговаривая с ним. Я получил ответы на некоторые вопросы, давно меня интересовавшие».