Иванов Александр - Ключ стр 2.

Военных дел «специалисты»,

Наевшись, тайны все откроют

О настроениях пацифизма,

Просачивающихся из подполья.

«Спортсмены, что имеют ве́са»

Махнут на мировой футбол,

Но не забудут вспомнить Месси,

Что по́днял кубок над собой.

«У нас особенная стать»!

Нам остается только ждать.

И верится, что всё возможно.

Загаданного мы дождёмся!

Плохое мы отправим в брак!

И если сам себе ты враг,

Кормись, вкушая обещанья.

И С Новым Годом! На прощание.

Иван Болван и Ум Наум

Иван-болван (пять футов роста)

Взял коромысло и к колодцу.

Взял два ведра, размером с чан.

Силен, но глуп Иван-болван.

Просёлочной, пустой дорогой,

Иван-болван шел за водою.

Дороги часто тут пусты,

Кусты, заборы да пустырь.

Вокруг колодца никого,

Сегодня Ване повезло!

Подходит Ванечка поближе

И голос из колодца слышит.

Вгляделся Ваня в темноту,

Но видит только черноту.

Со дна слышны мольбы и стоны,

Из темноты зовут на помощь.

«Кто бы ты не был, назовись! -

Кричит Иван куда-то вниз, -

Люди купаются в реке,

А не в колодезной воде!»

«Зовут меня все Ум-Наум», -

Раздался из колодца звук, -

Заложник я своих же дум,

Поэтому сижу я тут!

О чем-то думал без конца,

Пока тащил ведро со дна.

Мой ум мечтами был охвачен

Желал я птицей быть летящей.

Я умудрился полететь,

Только полет был вниз, не вверх.

Предвидеть я не мог в уме

Полет в колодезный тоннель!

Летел я камнем за ведром,

До края налитым водой.

В конце тоннеля света нет -

Мой ум подсказывал ответ!

Свет этот очень высоко-

Еле заметное ушко́.

Внизу дрейфую на ведре,

И жажду утолил вдвойне!»

Донесся сверху громкий смех,

Как будто это гром небес.

От смеха Ванечку трясло,

Что аж лицо ему свело.

Смешат несчастья иногда.

Смеялся Ваня не со зла!

Несчастного спасать готов!

Разделся Ваня до портков.

Уверен Ваня и силён!

Берет Иван большой разгон!

Ивана страх не тормозит,

Хотел он тоже птицей быть.

Он прыгнул за Наумом вниз,

А мог верёвку опустить.

Пускай простят меня Иваны,

Простите же меня, Наумы,

Что вашими я именами

Воспользовался «неразумно»!

Мы разные, но все на равных:

Сильны, слабы, глупы, умны.

Наум был вытащен Иваном,

Иван таких спасать привык.

Знай всё, что хочешь! Будь там, где должен!

Недосягаем

Предначертанием.

Воспринимаем

Только в начале.

Ты отрицаем,

Не наблюдаем.

Ты порицаем

Кем-тои ладно!

Весь непрерывен.

Не продиктован.

Кем-то не принят,

Кому то не впору.

Неуправляем.

Неповседневен.

Преуспеваешь

В своем очищении.

Нигде не записан,

Ничем не напуган.

Маг или мистик?

Суфизм или Вуду?

Спутан, не вложен.

Станешь предтечей.

Свежим и новым,

Не наболевшим.

Сдвинут, смещен

Где-то по сгибу.

Перемещен

Из «зоны либидо».

В процессе течения,

Омоложения.

Знак и знамение.

Яркость цветения.

Протяни руку,

Идущим навстречу.

Разбуди утро.

Позови вечер.

Будь же созвучен

С днем безупречным.

Где чужим чуждо,

Там живешь сердцем.

Спи рядом с ночью

И светись полднем.

Знай всё, что хочешь!

Будь там, где должен!

Писатель

 Хочу быть щедрым на слова, не уставая, «в стол» писать!

 Но у таланта есть сестра, напомню. Сократи слегка!

 Могу я сократить до точки и не начать ни одной строчки!

Поймет читатель тогда точно, что у бездарности есть отчим.

 Читатель редкое явление, не истребляй его вконец.

Произведения отец прологом пусть начнет творение!

Не забывай внизу про сноски, в которых будут объяснения!

Самым внимательным и зорким советы старших поколений!

Повествование, как матерь, до эпилога доведет.

Канву окончит фолианта, и сыном подведёт итог

Имплант

Глаза выжигаются вспышкой.

Мерило признания спесь.

Тут все нагибаются низко,

Тут в формулах ищут успех.

Здесь в очередях на аборты

Места продаёт спекулянт.

Фили́стерам веяния моды,

Нонконформистам-тюрьма.

Стремление всех к синеку́ре

Отправило всё на разбор.

Абсентеист голосует,

Себя внося в список рабов.

Как щупалец, рыщет прожектор.

Горят свалки черным огнем.

Неоновый купол на церкви

Заменит светило собой.

На всех смотрят зоркие зонды,

Пугая людей, словно крыс.

Внушается голосом лозунг:

«Смиренье свободная жизнь».

Грохочет метро под землёю -

Железный, прожорливый червь -

И в этой железной утробе

За раз переварены все.

Вся мощь беспощадного рэйва!

Вся тяжесть неоновых ламп!

Вся сложность отсутствия SaveА,

Когда твое тело имплант!

«Природа»

Морось за окнами вечна,

Как ночь, как жужжание ламп,

Как эти гигантские печи,

«Жующие ртом» химсостав.

На дальних окраинах люди

Вдыхают химозную гарь.

Слой сажи на крышах лачуг их.

Еда пищевой суррогат.

Хромая, рабочая сила

Под наблюдением элит,

Как пес, лижет чистую миску,

В которой еды миражи.

Спасение им неизвестно,

Живут от звонка до звонка.

Их гонят к рабочему месту

Погонного звуки кнута.

Заборы, собаки и дроны,

Охрана с оружием в руках.

На скотные стойла-загоны

Направлен не дремлющий глаз.

К безличности и поклонению

Причастен опасный товар.

Тут трафик налажен отменно:

Феерия, ломка, финал.

И страх не смиряет, как жажда

Упасть в наркотический сон

Над всем этим высится башня,

Чья тень достает горизонт.

Как плющ ядовитый, как вены,

Бегут к башни той провода.

Растут они к уровням верхним,

К тому, кто все это создал.

Себя обеспечит система,

А всем подневольная стать!

Природу того интеллекта

Приказ есть естественной звать!

Дьявол всегда здесь

Крадется тихо впопыхах.

Добро всем делает назло.

Уйдя в защиту, ставит шах.

В деталях скрылся божеством.

Выравнивает вкривь и вкось.

Скучает, угодив в цейтнот.

Прижат, как у павлина хвост.

Оглядывается вперёд.

Он правдой скроется в ногах.

Он послушанье твоих рук.

(С возвратом!) даром всё раздав,

Долги потребует вернуть.

Стал коронованным слугой.

Стал благородною свиньей.

Весь позолочен серебром.

В «гнезде вороньем» рулевой.

От разума, что не на месте,

Летит опять дурная весть.

Но тот, кто может мысли взвесить,

Пусть знает дьявол всегда здесь!

Предупреждение

Мы, наконец, дожили до времен,

Когда живём как будто бы в достатке.

Мы будто поняли всё сердцем и умом,

И нас не бьют, как тараканов, тапком.

Еще мгновение , и поймем себя.

Спасёт от жажды нас святой источник.

Обнимем мы сверкающий грааль,

Закончив обучение в форме очной.

Самонадеянно не ждать удара в бок,

Когда предупрежден был каждый трижды.

Легко становится дорогой «на убой»

Дорога та, которой шли на стрижку.

Нет ни драконов, ни людей

В сражении над мостом Икара

Схлестнулись две драконьи стаи.

Себе подобных не щадя, испив воинственности яд,

Они решили убивать.

Друг друга плавили, сжигали,

Дыханием воздух раскаляя.

Тот не выдерживая жар,

Стекала ртутью чешуя.

Хвосты драконьи, словно плети.

Летели искры, кровь и пепел.

Драконий вой разнёсся ветром по всей долине. За чертог.

За снежный купол. Там он смолк.

Издалека был бой заметен.

Бежали люди, взяв, что ценно.

Бежали, не жалея ног,

Кто в сапогах, кто без сапог.

Не видел мир подобной битвы,

Хоть бой был этот очевидным.

Но, как повсюду повелось, все полагались на авось,

Словно безногие на трость.

Бегут все, чтоб не опалиться,

Не думая поворотиться.

Что тяжело возьмут и бросят,

Что невдомёк то и не спросят.

Бежавший люд легко понять -

С драконами не совладать!

Драконы бились, как известно

В былинах, сказках, баснях песнях,

В умах возникших менестрельных через прошедшие века,

За право миром обладать.

Икара мост давно разрушен.

Цветами та покрылась пустошь.

Нет ни драконов, ни людей

На настрадавшейся земле.

Через дебри

Такая вот невинная потеха-

Шагать туда, где никого не ждут.

За шагом шаг брести дорогой леших,

По метру побеждая высоту.

Прислушиваться к шепоту деревьев,

Пугать трудолюбивых пауков.

Туда, где нет альпийских эдельвейсов,

Зато сполна каштанов и дубов.

Сухой валежник, запахи и трели.

Сойти с тропы нечестная игра.

Протоптаны все тропы через дебри,

И мы смухлюем, в дебри сделав шаг.

Через тернии

По наитию, не по указу,