Я женат; у меня один сын — девяти лет; мальчик, скажу
прямо, очень даровитый. Большую часть лета и осени мы проводим в деревне, в С...ой губернии, в пяти верстах от губернского города. Так вот: не
угодно ли вам будет ехать туда с нами на время вакации, учить моего сына российскому языку и истории — тем предметам,о которых вы упоминаете в
вашем объявлении? Смею думать, чтовы останетесь довольнымною, моим семействомисамымместоположениемусадьбы.Прекрасный сад, река,
воздух хороший, поместительный дом... Согласнывы? В таком случае остается только узнать ваши условия,хотяянеполагаю, — прибавил
Сипягинслегкой ужимкой, — чтобынаэтотсчетмогли возникнутьу нас с вами какие-либо затруднения.
Во все время, пока Сипягин говорил, Нежданов неотступноглядел на него, на его небольшую, несколько назад закинутую головку, на его узкий
и низкий, но умный лоб, тонкийримский нос, приятныеглаза, правильныегубы, с которых так и лилась умильная речь, на его длинные,
на английский манер, висячие бакены — глядел и недоумевал. „Что это такое? — думал он. — Зачем этот человек словно заискивает во мне?Этот
аристократ — и я?! Как мы сошлись? И что его привело ко мне?“ [лдн-книги1]
Он до того погрузился в свои думы, что не разинул рта даже тогда, когда Сипягин, окончив свою речь, умолк, ожидая ответа. Сипягин
скользнул взглядом в угол, где, пожирая его глазами не хуже Нежданова, приютился Паклин. „Уж не присутствие ли этого третьего лица
мешало Нежданову высказаться?“ Сипягин возвел брови горе, как бы подчиняясь странности той обстановки, в которую попал,по собственной,
впрочем, воле, — и, вслед за бровями возвысив голос, повторил свой вопрос.
Нежданов встрепенулся.
— Конечно, — заговорилоннесколькоуторопленным образом, — я... согласен... с охотой... хотя я должен признаться ... что не могу не
чувствовать некоторого удивления ... так как у меня нет никакой рекомендации... да и самые мнения, которые я высказал третьего дня в
театре, должны были скорей отклонить вас...
— В этом вы совершенно ошибаетесь, любезный Алексей ... Алексей Дмитрич! так, кажется? — промолвил, осклабясь,Сипягин. — Я, смею
сказать, известенкак человек убеждений либеральных, прогрессивных; и напротив, ваши мнения, за устранением всего того, что в них
свойственно молодости, склонной — не взыщите! — к некоторому преувеличению,эти ваши мнения нисколько не противоречат моим — и даже нравятся
мне своим юношеским жаром!
Сипягин говорил без малейшей запинки: как мед по маслу, катилась его круглая, плавная речь.
— Женамояразделяетмойобразмыслей,— продолжал он, — ее воззрения, быть может, даже ближе подходят к вашим, чем к моим; понятное
дело: она моложе! Когда на другой день после нашего свидания я прочел в газетах ваше имя, которое вы, замечу кстати, против общего обыкновения
опубликовали вместе с вашим адресом (а узнал я ваше имя уже в театре), то.