Всего за 199 руб. Купить полную версию
Слышала.
Наведете там справки. Осмотритесь. Посмотрите, кто и чем дышит. Сколько человек там можно разместить Потом вернетесь. Пустите слух. Мы сейчас начинаем новую программу выдворения. Болтуны всякие. Инвалиды пятого пункта11. Кто хочет с ними не вопрос. Дела пересмотрим. Пусть берут на себя политическую статью и уматывают.
Ирина подумала так-то Вору западло на себя политику брать. Но или в «Белом Лебеде» подыхать, или в Америку. Разница есть.
Вместе с вами поедут и наши люди. Их не выявлять.
Ирина подумала умны. Черти
Вам то это зачем? искренне спросила она.
Мне видите ли, Ирина Генриховна я не верю в исправление тюрьмой. Ни разу не видел исправившегося в тюрьме зэка. Одни сидят. Другие на вышках их охраняют. Из тюремной системы выходят люди или сломанные, или озлобленные. А мы строим новое общество. По хорошему, Ирина Генриховна всех ваших воров в законе надо бы расстрелять. Так было бы правильно. Но только сейчас не сталинские времена. И вот я подумал что делать? У вас по истории что в школе было?
Не помню.
Так вот, на заре Советской власти было такое интересное дополнение к Уголовному кодексу. Смертная казнь была приравнена к высылке из страны. Это были равнозначные меры. Убрать человека из страны было все равно, что убрать его из жизни.
Никогда не слышала поразилась Ирина
Было, было. Расстрелять мы вас не можем. А вот убрать из советского общества можем.
Ирина размышляла. Сотрудничать с властью то еще западло. А вот в Америку уехать
Будете нам помогать по мере сил оттуда. За это вашим здесь послабление будет. Ну и пусть и в Нью-Йорке тоже нельзя будет на улицу выйти. Там ведь во всех зонах главная администрация.
Что-то темное и опасное ворохнулось в душе Ирины ах, так? Значит, и там администрация зэка жмет?
Ничего. Перекрасим зоны. Были красные станут черные12
Они еще не знают, кто такие русские воры в законе.
Но узнают!
Сколько?
Что сколько?
Сколько заплатите за услуги?
Судья покачал головой
Как нехорошо, Ирина Генриховна. А то у вас денег нет. Я-то думал, вы согласитесь помочь собратьям сидящим
Ты меня в активистки не записывай, начальник. Бесплатно только активистки работают. Да и ту кум колбасой подкармливает. И в кабинете на диванчике дерет Деньги мне и правда не нужны. Две вещи нужны.
Это какие?
Первая скажите, чтобы мне во Внешторгбанке рубли на доллары поменяли. Что я с пустыми руками поеду?
А второе?
Второе? Когда вернусь, пусть меня твои псы через депутатский зал проведут, без досмотра. И сумки пусть без досмотра.
Судья моментально понял Ирина сама поездку профинансирует.
До машины не поднести?
А что, пусть и поднесут. У вас вон какие пехлеваны здоровые. А я женщина слабая
Да, вы слабая
Помолчали.
Завтра. Это же время, та же машина. Съездите туда, потом обратно привезут. На Пушкинской13 свои порядки.
А вы-то откуда знаете?
Не наглейте, Липман. Всему есть свой предел. Сделаете дело в Шереметьево вас встретят. Поедете от ВЦСПС14.
Премного благодарна.
Как договариваться будете?
Уж как-то, товарищ народный судья.
Я уже давно не народный. И не судья. Впрочем, ученого учить только портить. Не договоритесь лучше оставайтесь в США.
Само собой.
Только воровать там не думайте. Там за это сразу тюрьма.
У нас тоже не медали дают.
Липман хотела уже подняться, но остановилась.
А вопрос можно?
Разрешаю.
Зачем вам все это?
Что это?
Ну с американцами.
Судья присвистнул.
Вот так вопрос. Зачем?
Да просто знать хочу. Вы же знаете кто я, а я кто вы. Вам-то зачем?
Зачем Ну, хорошо. Вот вы, Ирина Генриховна. Наворовали на квартиру, на дачу, на машину. Закопали пару банок с золотом где-то на дачке. И что всё? Совсем всё? А вот американцев опрокинуть по-настоящему опрокинуть, как у нас умеют вот это вопрос. Я когда в должность вступил, с делами знакомился, меня одна вещь поразила: за последний год по всему миру четверо советских разведчиков погибло при подозрительных обстоятельствах, и след явно ведет туда. А сколько американских разведчиков погибло так же? Ноль! Просто боятся люди Ответственность на себя не берут, да и просто боятся. А что если и мы так же? Поняли, Ирина Генриховна?
Она кивнула
Поняла.
И вдруг она поняла, что вражда со страной, с народом, в которой ее тихо воспитывали родители, с которой она жила как то утихла
МоскваВюнсдорф. Штаб Группы советских войск в Германии
. 2 августа 1988 года
В соответствии с назначением Николай должен был прибыть в ГДР, в штаб Западной группы войск. Было два пути либо самолетом на один из аэродромов, либо поездом. Погода была плохая, причем плохая надолго и Николай выбрал поезд, надеясь хоть немного отоспаться в дороге.
До Вюнсдорфа ходил отдельный поезд, 17-й скорый, МоскваВюнсдорф. Билеты ему продали по брони, хотя смысла в ней никакой не было этот поезд целиком был военный; конечная штаб ГВСГ, в котором жило, служило и работало до 60 тысяч человек. Целый город, в котором не работали, а служили, а жизнь устраивалась и складывалась совсем иначе, не так как на гражданке.
17-й скорый ходил с Белорусского. Николай приехал туда на метро, попутно отмечая приметы нового времени. Торговля, торговля то тут, то там, торговали с рук. Как только отменили уголовную статью за спекуляцию15 так торговали все больше и больше.
И квасили.
Квасить начали почти сразу, как поезд отошел от края платформы. Поезд был прямой, ехали либо жены с детьми, либо мужики к месту службы. И как только за окном замелькали подслеповатые домики крестьянского Нечерноземья вагон разделился на мужскую и женскую части. Мужская начала доставать всё, что у нее есть, и выставлять на стол, а женская старалась не попадаться разошедшимся мужикам на глаза ну и тоже как-то общалась.
Хотя у женщин это получалось труднее натужнее. Иерархия заметна. У мужиков за бутылкой званий нет, все почти равны и капитан, и полковник. А вот у женщин жена полковника с женой капитана общаться никогда не будет не по чину. Да что там общаться сать на одном гектаре не сядет, простите
Николай старался во всем в этом не участвовать, да куда там.
Эй, капитан
Николай не понял, что обращаются к нему. Он и звание свое обмыть не успел, да к тому же оно было званием для прикрытия. Хотя, наверное, оставят
Капитан, ты чего? Старших по званию не признаешь?
Николай посмотрел, кто к нему обращается.
Прошу простить, нейтрально сказал он.
Обращавшийся к нему майор тоже кое-что понял.
Чего такой загорелый? Оттуда что ли? Иди к нам, чего сидеть. Ехать долго еще
Николай сначала хотел отказаться. Но потом подумал а смысл? Все равно надо с чего-то начинать на новом месте, обустраиваться, наводить отношения. Почему бы и не с этого.
И он встал.
Народ ехал специфический
Попасть в ЗГВ было не так круто, как советником на загранку, где чеками платили но куда круче, чем нести тяготы и лишения в каком-нибудь гарнизоне в Суходрищенске. Здесь тоже часть денежного довольствия полагалась чеками. Но главное было не это а то, что в ГДР легально продавали всякие западные товары. Да и местные товары были куда лучше советских. Так что люди поумнее заранее готовились покупали то, что в СССР стоило копейки, и разузнавали, на что больший спрос у спекулянтов.
Николай к этому относился спокойно. Ему помогала книга «Бушидо», в которой говорилось: возвращаешься домой, вышли вперед слугу. Это значило то, что не стоит возвращаться домой как снег на голову, потому что там ты можешь застать что-то не совсем хорошее, и тебе придется наказывать, а так как люди дурны это никогда не кончится. Потому стоит выслать слугу и заранее предупредить о своем появлении, чтобы если кто-то что-то плохое и делал то успел прекратить к появлению хозяина. В этом японцы были мудры