Всего за 369 руб. Купить полную версию
Ну ладно От ее приказного, не терпящего возращения тона брови Петра взметнулись вверх. А чего кричать-то?
Извините. Но просто ваш халат Как бы это помягче выразиться Вы же мужчина, негоже ходить по дому в халате до пят. Есть же у вас какие-нибудь приличные спортивные брюки, футболка. Или, еще лучше шорты!
Да все у меня есть пробурчал Петр, лицо которого между тем выражало странную смесь лукавства и радости. А что это у вас за коробки?
Куклы. Но все потом. У меня припасена для вас отличная, прямо-таки захватывающая история. Но для начала надо привести в порядок дом.
Будете вызывать клининговую компанию?
Нет. У меня есть получше вариант.
И она позвонила Антонине. Сказала, что есть возможность хорошо заработать всего лишь за несколько часов. Понятное дело, что она и без того могла бы дать подруге денег, сколько нужно, но вряд ли Тоня взяла бы их просто так. Хотя, с другой стороны
Женя, Женечка, да какой разговор? Конечно, приеду и помогу! И чтобы я ни слова не слышала о деньгах! Ты столько заплатила за эту взятку чиновнику, чтобы Лебедева не посадили, да еще и на свадьбу моей племяннице дала!!! У меня как раз сейчас белье постиралось, сейчас повешу и сразу к тебе!
Антонина жила в самом Подольске. Легкая на подъем, мобильная и отзывчивая, к тому же невероятно ответственная практически гениальная подруга!
Спасибо тебе, Тонечка.
Она оглянулась Петра уже не было. Не иначе как отправился сбривать свою кошмарную бороду.
3. 25 июля 2022 г
Кто такая эта Ольга?
Мила, девушка двадцати двух лет, весь последний год жила только любовью к своему парню Игорю. Если бы ей кто сказал, что можно вот так любить, так потерять голову, так пресмыкаться перед мужиком и быть готовой ради него на все, она бы расхохоталась этому человеку в лицо. Любовь. Какое это, однако, опасное чувство. Вот видишь Игоря, и сердце начинает колотиться бешено, того гляди разобьется внутри от собственных ударов. И колени подкашиваются. А уж когда она ждет вечером звонка в дверь, то, услышав его, чуть не подскакивает с дивана и на трясущихся ногах несется открывать. И не дай бог, это не Игорь, а соседка пришла за солью или еще кто. Обложит матом мама не горюй! Она совсем потерялась, растворилась в нем, и самым главным для нее стало видеть его. Вот просто необходимо было, чтобы он был рядом. Пусть даже не обнимает, а просто сидит на диване перед телевизором и ест или пьет пиво. Главное, что он у нее дома, на ее диване, а это значит, что хотя бы в данный момент он принадлежит только ей.
Они расстались очень странно. Он просто исчез, перестал отвечать на ее звонки, ну и сам, понятное дело, не звонил. Конечно, он мог заболеть или уехать, но мог бы как-то сообщить.
Ядовитая и болезненная мысль, что ее просто бросили, как это случается всегда и со всеми (в чем Мила была просто уверена, поскольку жила не в лесу, и всех ее подруг рано или поздно парни бросали), вызвала бессонницу и злость. И злилась она прежде всего на себя. Она отлично помнила их последний разговор. Игорь, прирожденный бизнесмен, человек серьезный и ответственный, у которого в голове скопились уже десятки простых и вместе с тем гениальных бизнес-планов, спросил ее, когда уже наконец ей заплатят обещанные деньги. За какую работу и кто должен заплатить, он не знал. Она не стала его посвящать, потому что не видела в этом смысла. К тому же, скорее всего, он просто бы посмеялся над ней. Но и промолчать тоже не могла, ей важно было сообщить ему о том, что она готова помочь ему, готова дать денег на бизнес. К тому же деньги на самом деле ей были обещаны немалые, пять тысяч евро. Другое дело, все не так-то быстро делается, и никто не знает, когда именно ей придется сделать определенную работу, чтобы заработать эти деньги. Сказали примерно через пару недель. Вот и получается, что она в глазах Игоря выглядела болтушкой. Наговорила, наобещала, а сама ничего не дала. Но неужели он бросил ее именно из-за денег?
Первые пару дней она места себе не находила, бродила по квартире, прижав к лицу его свитер, который пах его кожей и одеколоном, и играла с собой в игру разговаривала с Игорем, как если бы он был в квартире. Звала его ужинать, рассказывала ему какие-то свои истории, подходила к двери ванной комнаты и спрашивала, принести ли ему полотенце, и находила еще много разных способов самообмана, чтобы почувствовать себя хотя бы немного счастливей.
Мила временно не работала в ожидании крупного заработка, а потому маялась от безделья и от невозможности поговорить с кем-нибудь об Игоре. Конечно, у нее была парочка подруг, еще с юности, но обе девчонки хорошо устроились в жизни, у них уже были семьи, благополучные мужья и дети. На их фоне Мила, как ей казалось, сильно проигрывала. Поэтому встречаться с ними у нее не было никакого желания. О своей любви и о том, что ее бросил парень, она могла бы поговорить, к примеру, с коллегой по работе, такой же неустроенной и простой девчонкой, как и она, вкалывавшей либо кассиршей в супермаркете или стригущей волосы в парикмахерской. Тем более что опыт работы на подобных местах у нее уже был, и она отлично знала, какой там обитает народ. Выпили бы с такой же неудачницей или брошенкой, поговорили, она бы ей душу и излила, а потом и поплакали бы на пару. А так нет, не с кем поделиться своей болью. Вот устроит она свою жизнь, разберется во всем, придумает, как ей поступить, тогда все вокруг изменится, да и плакаться кому бы то ни было не будет нужды.
Обычно она не отвечала на звонки с незнакомого номера. Но на этот почему-то решила ответить. Уже готова была обложить матом первого, кто предложит ей кредит. Вот просто так, чтобы им там, работающим в банках, не так сладко жилось.
Но звонили не из банка. Девушка назвала ее по имени и сказала, что хочет с ней поговорить. Что это срочно, и что речь пойдет об Игоре.
Услышав имя любимого, Мила вспыхнула, физически ощутила, как ее бросило в жар. Наверное, звонят из больницы, где находится Игорь.
Что с ним? Он жив? Дрожащим голосом спросила она и подумала почему-то, что если бы она была актрисой, то играла бы из рук вон плохо. Что даже сейчас, когда она искренне взволнованна, ее голос звучит как-то фальшиво, некрасиво, ненатурально.
Я здесь, в кафе, что расположено в вашем доме. С торца. Сижу под полосатым тентом за столиком.
Мила надела белые шорты, красную футболку, белые легкие кроссовки и пулей вылетела из квартиры.
Кто она такая? Если приперлась сюда, значит, не медсестра. Может, она сбила его на своей машине, в больницу не повезла, чтобы не отвечать перед законом, а лечила его у себя дома. Так, что ли?
По голосу молодая.
Она вышла из подъезда, прошла до конца дома, свернула и в полосатой веселой солнечной решетке теней под тентом увидела красивую молодую девушку в точно таких же белых шортах, но только черной майке. Загорелая, с длинными черными волосами, забранными в высокий конский хвост, с узким личиком и хитрющими, густо подведенными черным карандашом синими глазами. Еще и губы полные, выразительные, не иначе как накачанные.
Это вы мне звонили?
Вы Мила?
Да, это я. Где Игорь? Что с ним?
С ним, к счастью, все в полном порядке. У вас, надеюсь, тоже.
Вы кто и что вам надо?
Игорь теперь со мной. Это я и пришла вам сказать. Ну и заодно, и тут она как-то так нехорошо улыбнулась, показывая ровные белые зубки, что у Милы по спине побежали мурашки, увидеть вас.
Где Игорь? Каждое слово Миле давалось с трудом.
У меня, где же ему еще быть? Он парень серьезный, сами знаете, у него впереди блестящее будущее, и это просто преступление тратить свое время на таких вот простушек, как вы.
Мила молчала. Не знала, что ответить. Мысленно она уже давно опрокинула на нее столик с чашкой кофе, да в придачу привалила ее бетонной плитой. Она даже увидела выпущенные розовые кишки соперницы, смешанные с грязью и песком. Но вслух так ничего и не сказала. Помолчала немного, набирая воздух в легкие.