Рами Юдовин - Библейская археология. Часть вторая

Рами Юдовин

Библейская археология. Часть вторая

Библейская археология

Библейская археология не только способствует лучшему пониманию мира, в котором жили древние народы, но и даёт более верное представление о событиях, описанных в Библии. Уточняет хронологию фактов, реконструирует исторический фон времени написания библейских книг, тем самым проливая на них свет из независимого источника и являясь отличным пособием для изучающих Святое Писание. Археология фиксирует процессы развития народа, а также пытается выявить причинно-следственную связь социальных и культурных изменений, происходящих в той или иной местности. Библейская археология условно состоит из двух составляющих: общего и израильского раздела. Общий раздел изучает внебиблейскую письменность, свидетельства материальной культуры, религиозные традиции народов, с которыми древние евреи были связаны: хананеян, египтян, филистимлян, ассирийцев, хеттов, персов. Израильский раздел исследует находки периода пребывания евреев на земле Израиля. Особое внимание уделяется эпохе поздней бронзы, раннего железа, периодам Первого и Второго храмов, т. е. событиям, непосредственно имеющим отношение к истории еврейского народа. Одним из главных приоритетов государства Израиль является археология святой Земли, так как она прослеживает связь между прошлым и настоящим, между древними и современными евреями. Вместе с этим, библейская археология давно уже вырвалась из рамок библеистики, став самостоятельным разделом всемирной археологии, использующей последние достижения строго научных методов анализа. Интерпретация находок, как правило, неоднозначна и полемична, так как связана с устоявшимися представлениями исследователей о библейских событиях. Например, существует направление «библейский минимализм», некоторые представители которого отрицают не только связь археологических находок с библейскими событиями, но и артефакты считают подделками, не всегда имея на это веских причин. Оппоненты «минималистов»  «максималисты» (термин весьма условный). Они, как правило, утверждают, что Библия является надёжным историческим источником. Скорее всего, ошибаются те и другие, а истина, как всегда, посередине. Хотя последние археологические находки и наносят серьёзные удары по позициям «минималистов», нередко остается место для скепсиса и сомнений.

Древнейшее изображение сотворения мира или битва богов

Один из потрясающих воображение экспонатов находится в Музее Израиля.

Во второй половине прошлого века, в процессе археологических раскопок Самарии, в деревне Эйн-Самия, была обнаружена ханаанская гробница переходного периода Средней бронзы, в которой находилась серебряная чаша 4000-летней давности.

К сожалению, кубок сохранился не полностью, однако даже неискушённому взгляду ясно, насколько искусно рельефное изображение.

На чаше два сюжета.

Первая сцена запечатлела двух, симметричных по отношению друг к другу существ (вторая фигура практически не сохранилась). Они держат предмет в форме полумесяца, украшенный кружочками, над которым расположен круг, а в нём можно разглядеть человеческое лицо, обрамлённое двенадцатью лепестками, вероятно это изображение розетты (орнаментальный мотив в виде распустившегося цветка с одинаковыми лепестками) или звезды, солнца.

Фото Рами Юдовина из музея Израиля: Серебряная чаша с рельефным изображением битвы Мардука с Тиамат (2000-2200 гг. до н.э.), высота: 8 см.; диаметр: 25 см.

Фигура слева сохранилась полностью, а вот от правой остались только кончик локтя и часть одежды.

Божество, выглядящее в точности как человек, одето в юбку, покрывающую только нижнюю часть тела до колен, поддерживаемую перевязью на плече. Правая рука приподнята, левой он держит предмет в форме полумесяца.

Изображение сделано в шумерском стиле: безбородое лицо, глаза и нос непропорционально увеличены, в ушах бусины, волосы обриты, на голове полукруглая шапка.

Под «полумесяцем», между двумя фигурами, лежит существо, напоминающее огромного змея, с изогнутым хвостом. Существо с большим глазом, ноздрями и пастью, обращено в правую сторону. Туловище «змея» испещрено штрихами, подчёркивающими движение, а шея заштрихована в форме ёлочки.

Фото Рами Юдовина: Прорисовка чаши

Изображение на чаше является уникальным, ничего подобного нигде не было найдено. Конечно, сам предмет, похожий на полумесяц, можно встретить в месопотамском искусстве уже начиная с третьего тысячелетия до н.э., а вот две фигуры, держащие «полумесяц», мы не находим нигде. Розетта с двенадцатью лепестками (или звезда с лучами) также известна, однако человеческое лицо внутри неё неизвестный мотив.

Впрочем, возможно, нечто похожее мы видим на самой древней фреске из Телелат-Гхассула, которой более шести тысяч лет,  восьмиконечную звезду, в центре которой смутно вырисовываются черты лица.

Фото Рами Юдовина: Фреска из Телелат-Гхассула

Другая сцена на чаше занимает вторую половину чаши. Симметричная композиция в месопотамском искусстве являлась чуть ли не каноном.

В центре изображена фигура двуликого существа, верхняя часть которого человеческая, а нижняя звериная. На голове у него чуть удлинённая шапка.

Нос на левом профиле увеличен и заострён. Нос с правой стороны выдаёт греческий профиль, глаза увеличены, подбородок слегка выпирает. Уши как с левой стороны, так и с правой. Шея плотно заштрихована, возможно, таким способом художник изобразил шерсть или бороду. Плечи мощные, широкие, в распростёртых по сторонам руках герой сцены держит какое-то растение. Туловище обнажено, соски и пуп обозначены кружочками.

Нижняя, звериная, часть фигуры расходится надвое: покрытое мехом тело с длинным хвостом, возможно, льва, но задние ноги парнокопытного животного, похожего на быка.

Между ног фигуры изображена розетта или солнце с восемью лепестками или лучами.

Справа от божества художник поместил стоящее на своём хвосте огромное существо, смотрящее на растение. Оно похоже на змея из параллельной сцены. Вместе с этим существует важное отличие: многочисленные кружочки на его теле, напоминающие тем самым чешую. Мы можем предположить, что речь идёт о драконе, столь часто встречающемся в месопотамском искусстве. Основное отличие изображений змей от драконов штриховка. Кожу змей прорисовывали короткими линиями, а дракона точками или кружочками.

На чаше из музея Израиля мы видим, что слева изображён именно дракон.

С высокой долей уверенности можно сказать, что перед нами мотив из месопотамского мифа «Энума Элиш». Семь табличек с текстом, повествующем об устройстве мироздания, были найдены в библиотеке ассирийского царя Ашшурбанапала. Поэма датируется второй половиной II тыс. до н. э. Но вполне возможно, устное предание появилось ещё ранее.

Очевидно, что на чаше из Эйн-Самии изображён поединок Мардука с Тиамат.

Впрочем, в ханаанских поэмах имя героя, победившего зло,  иное. Его зовут Бааль (Ваал) и одолел он не Тиамат, а Змея Латану:

«Как ты поразил Латану, Змея вредоносного, прикончил Змея извивающегося, властителя семи голов».

Пророк Исайя приписывает этот подвиг не чужим божествам Мардуку или Баалу, а Богу народа Израиля, по имени YHWH, при этом практически цитируя более древний ханаанский миф: «В тот день поразит YHWH мечом Своим тяжёлым, и большим и крепким, Ливьятана (Левиафана), дракона, прямо бегущего, и Ливьятана, змея изгибающегося, и убьёт чудовище морское» (Ис. 27:1).