Всего за 1039.9 руб. Купить полную версию
1. В английской прессе и пропаганде участились утверждения о подготовительных мероприятиях немцев к нападению на Пиренейский полуостров и особенно на Гибралтар. Возможно, что англичане пытаются создать этим предлог для того, чтобы в надлежащее время (в период операции «Барбаросса») осуществить со своей стороны высадку в Испании или Португалии. При этом возможно одновременное проведение англичанами операции с целью расширения предполья у Гибралтара. Не исключено также, что англичане попытаются захватить Марокко»
29
В этой связи ОКВ отдало 1 мая 1941 г. распоряжение главнокомандующим сухопутными войсками и военно-воздушными силами «предпринять необходимые подготовительные мероприятия для противодействия подобной операции», конечной целью которой «должно быть наряду с уничтожением или изгнанием английского экспедиционного корпуса овладение важнейшими портами на испанском и португальском побережье Атлантики»
30
1 мая «Софокл» (генерал-майор Самохин А.Г., резидент военной разведки под прикрытием должности военного атташе при посольстве СССР в Белграде) направляет в Центр сообщение о передислокации немецких войск из Югославии, положении в стране и дает оценку, проведенной вермахтом военной операции:
« 4. Некоторые краткие выводы по немецким операциям в Югославии: немцы избежали атаку на укрепленный район, а начали наступление на открытых участках границы. Все оперсводки в значительной мере базировались на роли и работе 5 колонны: а) связь на другой день оказалась в их руках и Симович не знал обстановку на фронте; б) хорваты, составлявшие 40 % армии, к концу 3 дня оставили армию; в) бомбардировка авиации корректировалась агентурой с рации; г) оперативная группа армии за 3 дня до начала войны сбежала в Германию и в первый день войны вернулась проводником немецких войск; д) исключительно велика была дезинформация. 5. Авиагруппа в течение 23 дней поддерживала операцию, бомбардируя все важнейшие пункты страны. При бомбардировке применялись бомбы весом до 500 килограмм и много зажигательных. Зажигательные бомбы были снабжены нефтью до 250 килограмм. Автотранспорт немцев в основном дизельный, работающий на нефти. Среди офицеров и солдат отмечаются случаи многочисленного пьянства, мародерства и половой распущенности. 6. Тактические принципы: операции проводились эшелонами только по дороге.
Каждая ударная группа имела впереди бронетанковую дивизию, за ней колонна мотопехоты и в арьергарде пехота. Танковая дивизия имела в голове колонны роту тяжелых танков, которые пушкой 37 мм не пробиваются и освобождали путь сзади идущим частям. Всего в Югославии было 50 таких тяжелых танков. Бронетанковая дивизия прорывала фронт и уходила в тыл, а мотопехота во взаимодействии с авиацией завершали разгром».
В сухопутных войск вермахта не было тяжелых танков. Речь могла идти о защищенных броней самоходных артиллерийских установках штурмовых орудиях StuG (Sturmgeschutz) III Ausf. В (короткоствольная 75-мм пушка в броневой рубке на шасси танка PzKpfw III с лобовым бронированием 50 мм).
Из сообщения «Марса» из Будапешта от 1 мая 1941 г.:
«1. Немецкие войска из Белграда уходят в Польшу, а из Виша в Румынию к советской границе.
2. Немецкие офицеры пропагандируют среди населения Югославии, что Германия не заинтересована в Югославии и к концу войны последняя будет протекторатом СССР. Среди немецких войск муссируются слухи, что через 20 дней Англия снимется со счета как военный фактор и неизбежность войны против СССР в ближайшее время
Марс».
Пометы: «9. В 5 адресов. Голиков. 1.5.41 г.», «Тов. Онянову и НО-1 и 4. Использовать первый пункт для спецсообщения. Остальные для обобщения опыта войны на Балканах. Дронов. 4.5.41 г. Выслано Сталину (2 экз.), Молотову, Ворошилову, Тимошенко, Жукову».
«Марс» военный атташе при полпредстве СССР в Венгрии, резидент военной разведки Н.Г. Ляхтеров.
2 мая 1941 г. «Рамзай» докладывал в Центр:
«РАСШИФРОВАННАЯ ТЕЛЕГРАММА Вх. 7374, 7375, 7408
НАЧАЛЬНИКУ РАЗВЕДУПРАВЛЕНИЯ ГЕНШТАБА
КРАСНОЙ АРМИИ
Токио. 2 мая 1941 года.
По радио.
ПЕРЕВОД.
Я беседовал с германским послом Отт и морским атташе [Венекер] о взаимоотношениях между Германией и СССР. Отт заявил мне, что Гитлер исполнен решимости разгромить СССР и получить европейскую часть Советского Союза в свои руки в качестве зерновой и сырьевой базы для контроля со стороны Германии над всей Европой.
Оба, посол и атташе, согласились с тем, что после поражения Югославии во взаимоотношениях Германии с СССР приближаются две критические даты.
Первая дата время окончания сева в СССР. После окончания сева война против СССР может начаться в любой момент так, что Германии останется только собрать урожай.
Вторым критическим моментом являются переговоры между Германией и Турцией. Если СССР будет создавать какие-либо трудности в вопросе принятия Турцией германских требований, то война будет неизбежна.
Возможность возникновения войны в любой момент весьма велика потому, что Гитлер и его генералы уверены, что война с СССР нисколько не помешает ведению войны против Англии.
Немецкие генералы оценивают боеспособность Красной Армии настолько низко, что они полагают, что Красная Армия будет разгромлена в течение нескольких недель. Они полагают, что система обороны на германо-советской границе чрезвычайно слаба.*
Решение о начале войны против СССР будет принято только Гитлером либо уже в мае, либо после войны с Англией (выделено мной. М.А.).
Однако Отт, который лично против такой войны, в настоящее время на-строен настолько скептически, что он уже предложил принцу Урах выехать в мае обратно в Германию.
114, 115, 116. РАМЗАЙ».
Пометы:
1. «НКО доложено лично 4.5.41», 2. «Инф. (если не разослано) включить данные 1 и 2 в одно из ближайших с/сообщений. Голиков. 4.5.41». «Исполнено 4.5.41». «НО 9 Дать в пять адресов (без зачеркнутого). Г. 6/5.41».
* Этот абзац в тексте отмечен и перечеркнут. На полях резолюция НУ: «НО. 9 Включить в выписки. Г.».
Принц Урах специальный немецкий курьер, близко связанный с Риббентропом и которого Зорге знал много лет.
Дата 22 июня только «постфактум» может считаться окончательной. Однако на тот момент однозначность все еще отсутствовала. Эта дата все еще оставалась ориентировочной. О «решении» фюрера посол и военно-морской атташе в Японии знать еще не могли, поэтому они рассуждали о сроках нападения с точки зрения военных специалистов (как будет видно, из одной из телеграмм, по немецким представлениям, срок окончания сева в СССР середина июня), которые черпали информацию не только из официальных депеш из Берлина, но и из частной переписки, из разговоров офицеров, прибывавших в Токио в командировки (или следующих через Токио).
И, наконец, в этой шифртелеграмме Зорге подчеркивал, что окончательное решение о вторжении Германии в Советский Союз остается за самим Гитлером «либо уже в мае, либо после войны с Англией».
Еще в своем донесении от 28 декабря 1940 г.
31
Рихард Зорге и Курт Велькиш («АБЦ») были, пожалуй, одними из немногих, если не единственными, которые глубоко проникли в суть происходивших событий.
Продовольственные ресурсы были особенно узким местом Германии. В протоколе совещания сотрудников «экономического штаба Ост», проведенного 2 мая 1941 г., говорилось:
«1. Продолжать войну можно будет лишь в том случае, если все вооруженные силы Германии на третьем году войны станут снабжаться продовольствием за счет России.
2. При этом несомненно: если мы сумеем выкачать из страны все, что нам необходимо, то десятки миллионов людей будут обречены на голод.