Всего за 199 руб. Купить полную версию
Приглашенные посетители, войдя, зачарованно и ошеломленно погружались во все это великолепие, созерцая также императора в ослепительном наряде на троне. Но главное было впереди. После официальных приветствий, когда согласно придворному этикету павшие ниц гости, наконец, вновь поднимали взоры на василевса, трон чудесным образом оказывался приподнятым в воздухе, а император восседал на нем уже в другом облачении. «Ожившие» золотые львы рычали и потрясали хвостами, птицы на дереве хлопали крыльями и пели.
Широко бытовавшие в Средиземноморье мужские симпосии с возлежавшими участниками в Византии несколько преобразовались. Особо важные церемонии проводились в главной императорской столовой, известной как Зал Девятнадцати Лож. В двух его продольных стенах было по девять ниш, еще одна ниша находилась в торцевой стене против входа. Ниши напоминали апсиды, и в каждой помещалось одно ложе. Деревянный потолок зала был орнаментирован резными восьмиугольными кессонами с живописно разбросанными на них виноградными листьями и лозами (как уже отмечалось, в христианстве символом Древа жизни), выполненными из золота. С потолка свисали на посеребренных медных цепях золотые светильники. К потолку крепились также цепи, с помощью которых золотые котлы и сосуды поднимали с развозящих тележек и ставили на стол (руками водрузить их было не под силу). Покрытые коврами полы в дни больших праздников усыпали лепестками роз.
Одним из наиболее впечатляющих интерьеров была императорская Опочивальня. Над опоясывавшим ее мраморным цоколем поверхность стен покрывали листы стекла, расписанные цветами и фруктами. Мозаики на потолке представляли царствующую императорскую семью. Мозаика на полу была собрана в основном из цветного мрамора с включениями ляпис-лазури, разнообразных агатов, халцедона, порфира и даже горного хрусталя. Посередине опочивальни струились воды фонтана с фигурой фазана.
Отметим, что в византийских жилых интерьерах, как и в храмовых, мозаики для украшения сводов, потолков, стен и полов применялись еще более широко, чем в Риме. На месте Большого императорского дворца в ХХ в. обнаружены остатки виртуозно выполненных мозаичных полов. На них представлены разнообразные сценки повседневной жизни (ил. 20.1), охоты, различные животные, в том числе фантастические (ил. 20.2) и др.
Ил. 20. Мозаичные полы в Большом императорском дворце
1. Фрагмент пола. 2. Фрагмент пола с изображением фантастического животного
В византийских императорских фамилиях важную роль играл Порфировый зал, поскольку считалось, что наследовать трон могли только родившиеся в этом покое порфирородные дети. Порфир это фиолетово-красный, пурпурного цвета камень, ценимый за внешний вид. Пурпурный цвет римских императоров, унаследованный константинопольскими властителями. Стены в Порфировом зале были целиком облицованы порфиром, порфировые колонны поддерживали потолок; дополнительно стены украшали шелковые полотнища пурпурного цвета.
Сохранились также описания множества других помещений дворца. Например, в одном из них (кон. IX в.) потолок поддерживали 16 колонн из зеленого мрамора и оникса; их стволы, прорезанные спиралевидными каннелюрами, были увиты резными виноградными листьями. На потолке в технике мозаики на золотом фоне были изображены Василий I и его военачальники.
Для украшения дворцовых помещений использовали также чеканное серебро и чернь. Обработка кислотой позволяла придавать серебру особый черный матово блистающий оттенок, весьма ценившийся в Византии.
С большой вероятностью можно предполагать, что стены каких-то помещений были облицованы керамическими плитками, плоскими, выпуклыми или вогнутыми. Этот прием появился между IXXII вв. На плоских плитках из коллекции Лувра (ил. 21) есть изображение Богоматери с Младенцем (ил. 21.1); украшали плитки и декоративными орнаментальными мотивами (ил. 21.23); иногда композиция собиралась их нескольких изразцов.
Ил. 21. Византийская облицовочная керамика
Поскольку в убранстве храмовых сооружений использовали многоцветные витражи, не исключено, что этот декоративный прием применялся и в оформлении окон дворцовых интерьеров.
Как и римляне, византийцы чрезвычайно ценили механические эффекты. Считается, что в Рим это пристрастие проникло с Востока, и позднее, в Византии, император Феофил заказывал описанный ранее трон, как предполагается, под впечатлением рассказов о дворе халифов Аббасидов в Багдаде. В Триконхе (помещении с тремя полукруглыми апсидами, перекрытыми конхами) Большого императорского дворца был, к примеру, специальный акустический купол и два уровня пола. Купол резонировал на каждый звук и посылал вниз двойное эхо, разное на каждый уровень пола. Купол был украшен орнаментальными трилистниками.
Исламские влияния, вообще столь значительные в это время, сказывались и в других случаях. Внутреннюю поверхность купола знаменитой винтовой Купольной лестницы в Большом императорском дворце по мусульманскому обычаю украшал звездчатый геометрический орнамент из зеленых, красных и синих изразцов. Эти изразцы были изготовлены персидскими мастерами в технике энкаустики восковой живописи, выполненной расплавленными красками. Из Персии доставлялись также знаменитые персидские ковры. В интерьерах, наряду со своими тканями, широко бытовали ввозимые восточные. Восточные влияния проступают и в названиях помещений Большого дворца: Павильон Колокольчиков, Покой Любви, Зал Гармонии и др. Они ощутимы и в орнаментальных узорах, напоминающих арабские куфические письмена (см. раздел «Исламские интерьеры»), в изображениях птиц и цветов в мозаиках, но более всего в декоративных арабесках.
Арабески разновидность орнамента из переплетения линий, завитков, растительных побегов, геометрических фигур.
Влияние Востока отчетливо вырисовывается также в филигранной сквозной резьбе по мрамору и дереву.
Порою специалисты даже затрудняются в атрибуции византийских и исламских произведений, что достаточно закономерно. И византийскому, и мусульманскому (см. далее) искусству при общем их стремлении к декоративности, роскоши, великолепию присущ отказ от объемности, тяготение к плоскостности, линеарности. Для тех и других характерны статичность, отсутствие какой-либо суетности. Водораздел между византийской и исламской декоративностью обозначен характером орнаментики. В Византии орнаментальное убранство соединяется с христианской символикой и христианскими персонажами, в исламе фигуративные мотивы отсутствуют, а орнаменты сопровождаются текстами, выполненными шрифтами, в свою очередь близкими к орнаменту. Впрочем, текстовые сопровождения встречаются и на византийских произведениях искусства.
Домусы
Жилой дом, в котором обитала состоятельная семья, как и в Риме, назывался домусом. Порою несколько домусов сливались в один, он мог занимать целый квартал. В таком комплексе размещалась резиденция владельца и квартиры, сдававшиеся внаем.
Домусы городской аристократии напоминали виллы, утопающие в садах. Вот, к примеру, как описан сад в знаменитой средневековой поэме о Дигенисе Акрите[5]: деревья «состязались будто бы в красе своей», густые растения «склоняли ветви пышные, покрытые цветами», повсюду свисали чудные лозы винограда, лужайки пестрели нарциссами, розами, фиалками. Сад в изобилье орошала вода. В нем «беззаботно порхали», красовались оперением разнообразные пернатые, прогуливались павлины, «по водам плыли лебеди», на ветках важно сидели попугаи и «сладко щебетали» певчие птицы[6].