Всего за 109 руб. Купить полную версию
Барин склонился над пультом, одной рукой колдуя над переключателями, а второй держа меня на мушке. Я же в это время внимательно изучал устройство кровь из груди качалась напрямую в прорезиненный кожаный мешок на потолке этакий главный распределитель, из которого уже подавалась в медный бак с иллюминатором на крышке. А вот трубки из вен сперва соединялись меж собой, а уж потом по широкому шлангу поступали в мешок.
Вы это сами придумали? спросил как бы невзначай, попутно ища способ выбраться из западни.
Тебе-то что? проворчал Пантелей. Не мешай.
Да просто интересно. Никогда не видел столь сложной машины. Она словно прибыла прямиком из будущего.
Мучитель крякнул и расплылся в самодовольной улыбке. Как и для любого маньяка, эго для него самая чувствительная эрогенная зона. Достаточно добавить немного лести, и ублюдок сразу сменит гнев на милость. Многие считают, что голливудский прием, когда в финале злодей в подробностях выдает свои планы глупое клише, однако оно не лишено под собой глубокого психологического базиса. Маньяк всегда хочет поделиться своим замыслом, потому что видит в нем искру столь необходимой гениальности.
Если честно, это технология упыриных алхимиков. Я случайно нашел ее описание в барахле одного клирика покупал револьвер, а скарб достался в подарок. Древний манускрипт едва удалось расшифровать благо в нем достаточно рисунков и гравюр.
Удивительно. Теперь я понимаю, почему вы решили стать одним из них. Однако ваш секретарь, как мне показалось, не разделял ваших стремлений.
Во-первых, я ничего ему не сказал. Во-вторых, он догматик и дурак, а я смотрю в будущее. Просто представь мир, где каждый станет вампиром. И обретет вечную жизнь, могущество и власть!
Не сочтите за грубость, сделал вид, что навалился на рычаг только бы не утихали скрип и скрежет, но если все короли, то никто не король.
Помещик сухо рассмеялся, точно ворон закаркал.
Вот уж действительно молодой и горячий. Под всеми я подразумеваю высшее сословие: дворян, аристократов. А холопы и чернь продолжат гнить, как и прежде. Мы начнем разводить их как скот, чтобы вечно пить кровь. Вот истинная справедливость. А пока нами заправляют пришлые упыри, мы и сами хуже скота.
Знаете, а ваши слова не лишены мудрости и смысла.
Еще бы! Если ты это понял, то и другие поймут. Я стану первым обращенным, соберу собственную бессмертную рать и навсегда изгоню Анхальтов из России. Пред тобой будущий император, малыш. Может, стоит загодя выбрать верную сторону?
А что тут выбирать? Укусите меня сразу, как станете носферату, и я стану вашим верным помощником.
Хе-хе это мне по нраву. Но сперва присягнешь на верность, а уж потом получишь мое благословение. А до тех пор надо выкачать кровь. Поднажми, малыш, осталось немного.
Старик так расслабился, что положил револьвер на пульт и с головой ушел в работу. Решение пришло само собой. Убедившись, что кровавый граф целиком и полностью поглощен настройкой аппарата, я тайком вынул иглу из вены и вставил себе в рану на плече. Потянулся к связке трубок, вытащил из шланга и подключил к насосу таким образом, чтобы моя собственная кровь прямотоком поступала в тело Карины.
Возможно, я нарушил с десяток суровых законов, но так и так висел на волоске от смерти. Всем телом навалился на рычаг, чувствуя, как сердце замедляется, а голова идет кругом. Всего парой движений перегнал около полулитра и приготовился качать до предела, как вдруг раздался резкий перезвон.
Один за другим лопнули серебряные кандалы, и обнаженная красавица с перекошенным лицом прыгнула прямо на потолок. Свесилась оттуда, точно нетопырь, с шипением обнажила клыки и разъяренным тигром прыгнула на обидчика. Парамонов заверещал, потянулся к револьверу, но бестия в падении одним взмахом отсекла ему руку по плечо, а вторым снесла половину башки.
Тьфу, блин, сплюнул желчь, потому что в желудке уже ничего не осталось. Могла бы просто шею свернуть.
Вместо благодарности девушка схватила меня за плечо (к счастью, здоровое) и швырнула к стене. Не успел я очухаться и отогнать звезды от глаз, как вампирша тисками сжала горло и приподняла над землей. Казалось, в девушке не осталось ничего человеческого глаза полыхали огнем, а прелестное прежде личико исказил лютый звериный оскал. Она высунула язык и потянулась к ране, как запойный алкаш к бутылке, на полпути остановилась и нашла более соблазнительную цель. Ничуть не церемонясь, схватила за волосы и наклонила голову вбок, подставив под укус бешено пульсирующую сонную артерию.
Карина, что ты делаешь? в ужасе пробормотал, не в силах пошевелиться. Это я Трофим! Все закончилось, успокойся.
Она склонилась еще ниже, и я бы нашел ее щекочущее дыхание возбуждающим, если бы в кожу не уперлись острые клыки. Вряд ли обезумевшая горничная станет соблюдать этикет и оставит две аккуратные ранки, как в гребаных «Сумерках». Скорее всего, вырвет кусок мяса вместе с гортанью и трахеей, и моя реинкарнация в этом прекрасном мире подойдет к концу.
Карина! голос сорвался на отчаянный фальцет. Все хорошо! Тебе ничто не угрожает!
Служанка с рычанием отпрянула и будто Голлум на корточках метнулась к пульту, схватила револьвер и подбежала ко мне. Ее корчило так, точно за контроль над телом боролись две личности, и пока что моя благоразумная спутница побеждала, но долго вряд ли продержится. Снова прижав меня к стене, она всунула мне в руку пистолет, схватила за ствол и ткнула дульным срезом себе промеж глаз.
Жми процедила сквозь стиснутые зубы. Быстрее
Ты издеваешься?!
Жми!
Ее пасть раскрылась, как у кобры, и костяные иглы ринулись к моей шее. И все же девушка сумела на последней секунде восстановить контроль и подставить под укус левую руку, и клыки на всю длину с хрустом вошли в предплечье.
Жми!! на глазах бедняги выступили слезы, но явно не от боли уверен, любые муки Карина перенесла бы с мимикой каменной статуи. Нет, это были слезы отчаяния и страха из-за того, что близкий человек может погибнуть по ее вине. И несмотря на то, что нас практически ничто не связывало, горничная предпочла исполнить долг до конца и пожертвовать собой, лишь бы спасти претендента на трон. Там серебро. Жми!
Не буду, убрал пальцы с рукоятки и посмотрел спутнице прямо в глаза.
Тогда сожги меня! она освободила свою руку, схватила мою и прижала ладонь к ране на груди. Испепели! Я долго не выдержу!
Нет, выдержишь, спокойно произнес. Старайся, как хочешь, потому что убивать тебя я не буду.
Тогда умрем оба! лицо вновь исказила злоба, когти заострились, а губы задрожали и приподнялись, как у рычащей собаки.
Держись, я с трудом освободил руку, шагнул вперед и прижал девушку к себе. Ты сильная. Я в тебя верю.
Несколько секунд Карина стояла неподвижно, словно оцепенев, да и я держался немногим лучше в голове гудело, мотор тарахтел изо всех сил, а в онемевшие конечности точно налили бетона. Моя судьба решалась прямо здесь и сейчас, как в долбаном игровом автомате, где вместо ягод и цифр крутится барабан с двумя словами: «да» и «нет». И все же в душе теплилась надежда я верил, что девушка справится и подчинит проснувшегося зверя. И я не прогадал.
Служанка внезапно обмякла и сползла на колени, дрожа как в лихорадке. Я сел рядом, обнимая за плечи и поглаживая по волосам.
Не делайте так больше, наконец прошептала подруга. Никогда.
У меня не было выбора.
Выбор есть всегда. Если это повторится вы умрете. Как умерли все в моей деревне.
О чем это ты?
Карина не ответила. Встала, выпустила когти и крикнула так, что дрогнули стены. А затем набросилась на машину и принялась рвать медные чаны и баки, как фольгу. Бешеной кошкой прыгая от емкости к емкости, она уничтожала все на своем пути, пока аппарат не превратился в груду искореженного металла. Напоследок служанка опрокинула стол и замерла посреди погрома, опустив плечи и тяжело дыша.