Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Однако прав оказался и Руссо. Та же группа исследователей выявила скачкообразное увеличение количества внутривидовых насильственных смертей, которое не объяснить наследственностью. Примерно 3 тыс. лет назад наши предки перешли к показателю 1530% насильственных смертей. Объяснение здесь простое: появление иерархического общества и начало войн. Процент начал заметно снижаться только 100 лет назад, что опять же объясняется не генетикой, а построением нового общества с развитым институтом права, отлаженной работой правоохранительных органов и культурой, в которой насилие считается неприемлемым. Человек стал гуманнее животных только одна насильственная смерть из 10 тыс. происходит непосредственно от рук другого человека. В пользу Руссо необходимо добавить, что последние многочисленные исследования роли окружающей среды в развитии агрессивного поведения позволили сделать важный и статистически достоверный вывод у людей, переживших в детстве сильные стрессы, испытавших заброшенность (потеря матери или обоих родителей, родители с зависимостями, отсутствие внимания и так далее) или подвергавшихся насилию, агрессивное поведение и предпосылки к жестокости, формируются в несколько раз чаще, чем у людей с благополучным детством. Таким образом, сегодня ученые приходят к выводу, что агрессивное поведение следствие как генетических факторов, так и среды.
Рассматривая вопрос человеческой агрессии, необходимо учитывать, что виду Homo sapiens около 4050 тысяч лет, а эволюционный путь в целом приматов составляет два миллиона лет. Все это время выживали более агрессивные, безжалостные, готовые к смертельной схватке за право сохранить жизни свою и своего потомства. Так и сформировались модели поведения человека на генетическом уровне.
В свою очередь идеи, которые заключаются в том, что достигать цели в жизни нужно не любым путем, а за счет многочисленных компромиссов, появились всего 10-15 тысяч лет назад. За этот короткий промежуток времени биологические качества и инстинкты не могли исчезнуть. Наши навыки социального общения все еще слишком неустойчивы. По мнению психологов-эволюционистов, нет необходимости формировать в человеке агрессивность, жестокость, безжалостность. Достаточно просто разбудить их. Они дремлют в каждом из нас. Когда инстинкты выходят на поверхность, уже разум впадает в сон. А как гласит испанская пословица, «сон разума рождает чудовищ».
В том, как легко нормальный человек способен переродиться в жестокое существо, нас убеждает как эксперимент Абрамович, так и недавняя история. Возьмем нацизм в Германии.
Немцы на тот момент представляли собой одну из самых культурных наций Европы. Американский психиатр Дуглас Келли задался целью найти «возбудитель нацистской болезни» у подсудимых главного процесса человечества Нюрнбергского трибунала. Им были проведены всесторонние исследования, показавшие шокирующий результат все нацисты психически нормальны! Никто из испытуемых не выказал склонности к насилию, в том числе комендант концентрационного лагеря Освенцим Рудольф Хесс. Последний оказался отличным семьянином и работником. Вывод напрашивается один: преступления немецкого нацизма (равно как и бандеровцев) обусловлены не психическими отклонениями, а результатом пропаганды, пробудившей в людях те самые дремлющие «звериные» инстинкты. Иными словами, нацисты считали, что поступают правильно и находятся на стороне правды и добра. Согласитесь, ужасающее заключение.
Здесь уместно вспомнить Льва Толстого, который говорил: «Самый лучший человек тот, который живет преимущественно своими мыслями и чужими чувствами, самый худший сорт человека который живет чужими мыслями и своими чувствами. Из различных сочетаний этих четырех основ, мотивов деятельности все различие людей. Люди, живущие только своими чувствами, это звери».
Если быть предельно честным, фашизм, подобно спящему вирусу, может быть в каждом из нас. И мы можем наблюдать, как, например, европейские государства потворствуют тому, чтобы это чудовище не впало в глубокий сон. Как известно, укреплению гуманизма в обществе способствует вытеснение из информационного пространства того, что пробуждает инстинкты. Однако в этом вопросе главенствует вопрос экономической выгоды, как бы цинично это не звучало.
Другой, иной, чужой
Теперь обратимся к не менее важному аспекту (если не основному) рассматриваемой в этой главе проблемы восприятию человеком другого человека. По этимологическому словарю Крылова А.Г. в русском языке слово «другой» восходит к той же основе, что и друг, и имело такое же первоначальное значение. Новое значение «иной» развилось на основе оборота «друг друга» или «друг другу». В романских языках корень слова «другой» имеет латинское происхождение от слова alter, что означает «другой из двух». Категория «другой» в философии определяется как «не-Я». То есть «другой» это любой, кто не является мной, отличен от меня, не тождественен мне и даже противостоит мне, но в то же время относится, как и я, к человеческому роду, и внешние проявления его жизнедеятельности напоминают мои собственные, хотя я и не могу проникнуть в их глубинное измерение.
Существует как минимум три проявления «другого» это непосредственно другой, а также иной и чужой. Последний лик представляет для нашего исследования наибольший интерес, потому как если с существованием другого и иного мы готовы мириться и вполне успешно находим точки соприкосновения, то чужой внушает страх и ужас, ибо эта фигура «не одной со мной крови» воплощает собой смерть.
Массовая культура привила однозначное восприятие чужого враждебный пришелец (вспомним знаменитый фильм: жутким безмерно агрессивным ксеноморфам только и нужно, что проникнуть в человеческое тело для размножения ценой гибели носителя). Мы не в состоянии его понять, измерить его привычными категориями реальности, потому что он не вписывается в их рамки. Он из чуждого нам мира. Ему никогда не найдется места рядом с нами. Он по каким-то неясным для нас причинам отказывается от диалога с нами, значит, стремится к насилию, стремится навязать свои ценности, разрушив при этом наши.
Для понимания наших поведенческих особенностей обратимся к интересной детали антропогенеза. Сравнительно недавние палеонтологические находки опровергают традиционные представления о том, что все значимые культурные прорывы были совершены исключительно нашими далекими предками. Сегодня можно говорить о том, что на Земле в одно время сосуществовали как минимум три вида людей, три разных человечества, имеющих аутентичные культурные, социальные и обрядовые, в том числе погребальные, практики. В нашем распоряжении нет достоверных свидетельств, почему те же неандертальцы сошли с исторической арены (традиционные взгляды вымирание или ассимиляция), однако, существует непопулярная и достаточно неудобная для нас (но много объясняющая) гипотеза, согласно которой наши более развитые предки попросту истребили других людей. Они были для них чужими во всех смыслах этого слова.
Чужой в нашем сознании потенциальный, если не однозначный, враг. Его нужно сдерживать границами, международным правом, военной силой, ядерным арсеналом. В противном случае он грозит прорваться на нашу территорию и утопить нас в крови. Для нас лучше, если бы чужой не существовал, был стерт с лица Земли. Между нами и чужим ценностная пропасть.