Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Нет, к такому экстриму она тоже не была готова. Придётся потерпеть. Вика закинула согнутую руку на лицо, закрыв ей глаза. Стук начал перемещаться прямо над её головой, он что-то долбил вот на этой самой стене.
Ты издеваешься? внезапно для самой себя крикнула Вика и ударила кулаком в стену.
Сосед, кажется, услышал её и тут же затих. Затем раздалось ещё два уверенных сильных стука.
Угомонись уже! прокричала она снова и тоже дважды ударила в стену.
На это оппонент, похоже, не только не согласился, но даже с каким-то садистским азартом продолжил ещё резче и наглей стучать.
Вика, путаясь в ногах, сползла с пружинящего матраса и поднявшись отправилась к входной двери. Если он такой вредный, пришло время кому-то познакомиться с разъярённой Викторией Скворцовой и навсегда забыть о желании стучать ей прямо в стену молотком в момент невыносимой мигрени.
Когда до двери оставалось всего несколько шагов, а решительность кипела в ней вулканической лавой, на пути внезапно выросла стопка из полок будущего шкафа и самым подлейшим образом ударила её прямо в мизинец на босой ноге. Вика споткнулась, согнулась и, обхватив раненую ногу, повалилась на пол. Кто не бился мизинцем, никогда не поймёт этой невыносимой муки. Головная боль признала поражение в неравной битве и скромно скрылась.
Правильно кто-то сказал, хочешь кого-то отвлечь, сломай ему палец. Вика уже и забыла, зачем она неслась к дверям, и кардинально поменяла свои планы.
Она посидела несколько мгновений, раскачиваясь и потирая ушибленный палец, с большой вероятностью он скоро превратится в один большой синяк. Можно было бы приложить лёд, но у неё не было формочек для льда и как самого их наполнения.
Ладно, до свадьбы заживёт, подумала она и осеклась. Это значит, что никогда не заживёт.
Боль немного поутихла, и Вика поднялась с пола, чуть прихрамывая, обошла груду коробок с разобранным шкафом и задумалась. Пока она его не собрала, надо как-то упорядочить этот конструктор Лего и убрать с прохода. Ночью ведь можно и погибнуть, споткнувшись об эти доски по дороге в туалет и разбив голову.
Следующий час она потратила на то, чтобы развернуть и проверить все части разобранного шкафа. Рассортировать по видам полок, дверок и стенок, расставить вдоль стены, где в будущем этот шкаф будет стоять. Все упаковки она сначала складывала позади себя, но когда их стало слишком много, стала выставлять за дверь квартиры в коридор.
Затем точно так же она избавила от упаковок будущую кровать, точнее, её каркас и утащила эти части в спальню, сложила аккуратно вдоль боковой стены, чтобы они не мешались.
Когда усталая, но довольная Вика осматривала плоды трудов своих, в дверной звонок настойчиво и длинно позвонили.
Вернувшись к входной двери, она едва повернула замок и приоткрыла её, как раздался раздражённый мужской голос:
Это ваше?
Глава 4
Вика застыла на мгновение в поисках ответа на непонятный ей пока вопрос. Перед ней стоял молодой мужчина в тёмно-серой толстовке и джинсах, с коротко стриженными русыми волосами и светло-серыми глазами. Он нахмурился в ответ на её заминку, во взгляде мелькнула неприязнь.
Это ваше? нетерпеливо повторил тот самый человек, за прогулками на велосипеде и тренировками которого, Вика наблюдала вот уже пару дней.
Что? она моргнула, силясь понять его.
Уберите эти коробки отсюда, сейчас же, резко ответил он, не дожидаясь пока она сообразит.
Вика перевела взгляд через его плечо на нагромождения упаковок от её мебели, которые она свалила в коридоре, закрыв почти весь проход. Блин! Она уже успела про них забыть.
Сейчас? она глянула в небольшое окно возле лифтов, на улице уже начинало темнеть.
Да, сейчас. В этом коридоре не должно быть никакой мебели и тем более мусора в таких количествах. Выносите это прямо сейчас.
Но я
Справа за домом есть большой контейнер для строительного мусора, туда и выносите. Это ясно?
Вика машинально кивнула на строгий командный голос, но когда она опомнилась и хотела ему уже ответить, мужчина резко развернулся и, не дожидаясь её возражений, ушёл к лестничной площадке, где и скрылся.
Слушая удаляющиеся по лестнице шаги, Вика закрыла рот, так ничего и не сказав.
Внезапное появление «спортсмена» перед её дверью крайне удивило, но в больший шок повергло то, как он с ней общался. В их первую встречу он был вежлив и учтив, поднял её с земли, собрал книги. Его голос был мягок и добр, он даже немного улыбнулся, чем оставил о себе приятное впечатление. Сейчас же это словно был другой человек, с жёстким взглядом и командным тоном, не терпящим возражений. И лицо его словно сразу стало старше, между бровей залегла складка, скулы заострились, губы упрямо сжались. Его молодость, которая так поразила Вику в прошлый раз вместе с худобой, куда-то испарилась, теперь он выглядел не моложе, чем на тридцать, а может, и больше.
Вика натянула куртку и обулась, несмотря на то, что она была не согласна с тем, что тащить коробки куда-то в темноте это замечательная идея, пойти наперекор почему-то не хватило духу. С одной стороны, кто он такой, чтобы ей указывать, что делать, да ещё таким тоном, владелец дома, полицейский, начальник? Нет.
Но что-то внутри на подкорке сознания заставило подчиниться. Будто кого-то другого она слушалась и подчинялась, а здесь не смогла устоять перед командой и как собака отправилась на задних лапах исполнять указанное.
Вся ситуация показалась ей настолько обидной и несправедливой, что в душе закипела злость, смешанная с горечью. Даже в носу защипало.
Вика стиснула зубы. Это он зря.
Ругаясь про себя всю дорогу, она вытащила коробки и картонки за два захода из дома, затем столько же раз пришлось ходить до контейнера, чтобы закинуть в него всё без остатка. И как это обычно и бывало у неё, всю дорогу в мыслях она только и делала, что дерзко отвечала этому наглому парню, куда ему идти и что делать самому.
К моменту возвращения в квартиру в голове родилось уже четыре варианта развития событий, где самое безобидное это захлопнуть дверь перед его носом. Не для того она сбегала. Для тихой и спокойной жизни она выгрызала себе свободу, а не для того, чтобы её строил абсолютно незнакомый мужчина только потому, что он думает, что имеет на это право.
Ещё полчаса Вика ходила взад и вперёд по квартире, кипя от негодования. А когда совсем немного успокоилась, ей вдруг пришла в голову мысль, а точнее настоящее прозрение, почему перед её дверью оказался «спортсмен». Он её сосед! Та самая сволочь, что высверливала узоры на стене спальни и стучалась молотком прямо в её мигрень. Вот же совпадение!
Откуда-то послышалось тихое жужжание, Вика вспомнила, что телефон остался в куртке, висящей на гвозде у входной двери. Да, прихожая пока тоже не была обустроена.
Звонила Маша, и это было настоящим облегчением. Должно быть, она, наконец, свободна и сможет поговорить, а точнее выслушать все жалобы Вики на несправедливость жизни и жуткого соседа, который совсем берега потерял.
Привет, Машуль, сразу поздоровалась она с подругой, как только скользнула пальцем по экрану и приложила телефон к уху.
Привет, дорогая! Наконец-то я добралась до тебя. То ты не звонишь, то я недоступна.
Прости, я тогда очень устала и забыла тебе набрать вечером. Просто упала и уснула.
Да, не страшно, отмахнулась Маша, как твои успехи? Обживаешься, гнёздышко обустраиваешь?
Вика не очень любила шутки и подколки связанные с её птичьей фамилией, но Маше это прощала. По-доброму они у неё получались, и совсем не хотелось сердиться в ответ.
Ну да. Кое-что прикупила тут, мебель распаковала, завтра, может быть, начну собирать, если свободное время будет.