Всего за 200 руб. Купить полную версию
Начинало темнеть. Покинув комнату, вновь поднялась на крышу. Михаэлис был там. Он, не оборачиваясь, бросил через плечо:
Привет.
Привет. Не помешаю?
Буду рад, если ты составишь мне компанию, парень похлопал рядом с собой, намекая сесть к нему под боком. А чего бы и нет?
Пожав плечами, я плюхнулась. Покрытие за день сильно нагрелось и теперь поджаривало пятую точку. «Топись жирок, топись родимый. Зато цистита не будет» издевательски шептал внутренний голосок.
Куришь? из вежливости уточнила я.
Нет, в его голосе, как и вчера, слышалась вселенская грусть. Видимо не хило жизнь помотала, чувак слишком задолбавшийся, даже посочувствовать захотелось.
Ты знала от курения умирают, заметил мой собеседник.
Да и ладно, бессмертных нет, пожала я плечами.
Ну что ж, значит моё «покурить» придётся отложить. Не хотела мешать ему. Знаю, что многие болезненно относятся к тем, кто «смолит рядом», жалуясь на пассивное курение и неприятный запах. Я уважаю личные границы людей.
Как день прошёл? спросила я, обхватывая руками колени. Хотелось немного поговорить. Просто и ни о чем.
Светло.
Его ответ удивил и вызвал улыбку. Светло, что странно. И это в то время, как над столицей сгущаются грозовые тучи. Какие-то «терки» у Академии Лемур всколыхнули всё «магическое» сообщество и, в связи с этим любую непогоду и катаклизмы списывали именно на них, похлеще ретроградного Меркурия.
А как твой день прошёл? Как учёба? вежливо поинтересовался он.
Нормально, я пожала плечами.
Нравится здесь учиться?
Не знаю, не определилась.
Почему?
Я задумалась. Почему-то на душе было легко и светло, будто в груди зажглось маленькое персональное солнышко отогревая изнутри.
Потому что я не определилась в жизни, с улыбкой ответила я. Глупо звучит, я хмыкнула, чуть опуская голову. Курить очень хочется затянуться, почувствовать, как дым оседает в легких.
Нет, он продолжал задумчиво вглядываться вдаль. По крайней мере честно.
Я натянула капюшон на голову и сунула руки в карманы, зябко поёжившись. Однако, к вечеру холодало.
Мы посидели ещё минут тридцать в полной тишине и я, попрощавшись, покинула крышу.
В комнате я первым делом поставила чайник и набадяжила себе растворимого кофе. Вроде и не вкусно, а привычка пить осталась со школьной поры.
Согревшись, я быстро приняла душ, переоделась в пижаму, легла, приготовившись ко сну.
Но в голову лезли самые разные и весьма неподходящие мысли. Невольно улыбнулась, вспомнив как школьная подруга учила меня ходить в мини-юбке и на каблуках. Я тогда умела лишь цокать походкой хромого криволапого кузнечика, то есть коленями вперёд. Потом подруга научила краситься.
И вот мы такие клевые и моднявые ходили гулять. Многие подходили с целью познакомиться, по крайней мере мне так казалось. Почему-то бесили фразы, типа: «Девушки, вашей маме зять не нужен?». «Моей маме нужен станковый пулемет или метла побольше, чтобы отгонять некоторых», обычно холодно отвечала я и все, «съемщики» уходили. Подруга же проводила мастер-класс, объясняя и показывая, как правильно красиво кокетничать и флиртовать. Наверное, поэтому после школы она вышла замуж, а я поехала в столицу. Не увеличивали мои шансы на замужество также ложка, оставленная в чашке, с которой я всегда пила чай или кофе; и привычка сидеть на углу стола (ага, прям сверху). Суеверные в теме, остальные не забивайте свою голову глупостями.
Мне не нравилось корчить из себя кого-то, кем я не являюсь. Наверное, поэтому у меня не было друзей. Было время, когда я пыталась попасть под стереотипы, не выделять из толпы, стать серой массой. Что-то не срослось. И может оно и к лучшему.
Я резко проснулась, будто окатили холодной водой. Вспомнив, что собиралась сходить в магазин за хлебом, быстро натянула джинсы, кофту с ветровкой и поспешила покинуть огромный муравейник общежития. Для прогулки я выбрала дальний продуктовый магазин, расположенный в паре кварталов и купив хлеб, неспешно возвращалась обратно.
На улице тепло, но редкостная слякоть от реагентов, которыми посыпали лёд, не позволяла в полной мере насладиться прогулкой. Кивая в такт музыке, с трудом удерживалась от того, чтобы не подпевать в голос. Наушники сползали, приходилось их поправлять. Зато я неспешно брела по тротуару.
Народу встречалось много, но их всех объединяло одно отсутствующий глуповатый взгляд. Словно эти люди уже давно прожгли свою жизнь и теперь продолжают существовать. Иногда попадались живые искрящиеся глаза, и тогда уже мой взгляд был прикован к этому человеку.
Я так была увлечена своими наблюдениями, что не посмотрела по сторонам, когда переходила дорогу и запечатлела свист шин на сухом асфальте лишь на самом краю сознания. Я обернулась, чувствуя, как одновременно с этим наушник выпал из уха. Я почувствовала, как будто кто-то дернул меня за ветровку со спины. Я сделала шаг назад, запнулась за бордюр и упала, больно отбив пятую точку.
Дура! крикнул водитель, пролетая в считанных сантиметрах от меня и уносясь в счастливую неизвестность.
Я оглянулась. Рядом никого не было. Может чутьё? Или показалось? Я удивленно оглядела себя, благодаря путеводную звезду за то, что чудом не пострадала. Жопка хоть и была отбита, но напоминала, что я жива, здорова и почти невредима. Чтобы это ни было мне повезло.
С этим странным ощущение я прошла метров шесть, как вдруг!
Привет! тяжелая ладонь опустилась на мое плечо.
Вздрогнув от неожиданности. Я ударила локтем назад и попала.
Вот так ты приветствуешь приятелей, с упреком заметил Восьмячкин, потирая ушибленный бок. Нельзя сказать, что удар вышел сильным, но все же чувствительным.
Ты же знаешь, что ко мне нельзя так со спины подходить, с упреком и легким оттенком раздражения заметила я, вытаскивая второй наушник из уха и, выдохнув, спокойнее проговорила. Привет. Какими судьбами?
За макарошками ходил.
Я вдруг отметила про себя, что мысленно обращаюсь к парню по фамилии, забывая о его имени. А звали его Дима. Но почему-то в моем восприятии имя терялось и оставалось лишь беззаботно-веселое Восьмячкин.
Слушай, я когда сверялся с задачами, обратил внимание, что ты не до конца поняла тему дифференциальных уравнений. Если хочешь, мы можем позаниматься вместе.
Он покраснел.
Давай не сегодня, мягко ответила я, надеясь, что в следующий раз увильнуть будет ещё проще. У меня на сегодня ещё планы есть.
Несмотря на то, что я хотела побыть одна, Дима вызвался проводить меня до общежития, рассказывая, будто лекцию примеры решения задач и теорем. Возможно так он пытался показать мне свои знания, а может так неумело кадрил. Сложно сказать. Я все ещё мыслями возвращалась к своему чудесному спасению, на которое вроде были логические объяснения, а вроде и нет.
Распрощавшись на пороге с Восьмячкиным и сославшись на плохое самочувствие, я закрыла дверь прямо перед его носом. Подумав, схватила учебник и направилась на крышу. Предмет назывался «Прикладная психология магии». Очень странный предмет. Каждый абзац казался солянкой, намешанной из элементарной психологии, философии и красивых цитат различных известных людей. То, что здесь писалось никоим образом не подтверждалось на словах. Это было и странно, и любопытно и одновременно с этим глупо. Я докуривала вторую сигарету, почти яростно вчитываясь в учебник, вникая в предмет и понимая, что в будущем могут возникнуть серьёзные проблемы со сдачей экзамена.
Привет.
Я обернулась. Михаэлис стоял у меня за спиной. Поспешно я затушила тлеющую сигарету в маленькую пепельницу, которую имела привычку носить, чтобы не разбрасывать окурки куда ни попадя.