Всего за 599 руб. Купить полную версию
Все мы воплощенное наследие женщин нашего рода. Глаза, схожие по строению с теми, что читают сейчас эти слова, впервые увидели свет более 500 млн лет назад. Пять проворных пальцев, листающих эти страницы, сжимали, хватали и скребли на протяжении 300 млн лет. Возможно, сейчас вы слушаете музыку или аудиозапись этой книги; гениальная трехкостная структура уха позволяла улавливать любовные вздохи и крики ужаса во времена, когда мы удирали от ископаемых ящеров. Мозг, обрабатывающий это предложение, вырос до своего нынешнего размера почти 500 000 лет назад и им успели воспользоваться неандертальцы.
Нужно рассмотреть нас с ними в более глубоком биологическом и эволюционном контексте, чтоб осознать нашу общность. Это покажет и то, насколько ошибочными были преобладавшие в XIX в. представления о неандертальцах как о недостающем звене между нами и обезьянами. К тому времени о вымерших приматах уже было известно: в 1836 г. не кто иной, как Эдуард Ларте, обнаружил останки ископаемой обезьяны. Позднее в том же году, в котором во время проведения взрывных работ в гроте Фельдхофер были извлечены кости неандертальца, он обнаружил первую европейскую человекообразную обезьяну, получившую название дриопитек. Но вымершие люди? Это было шоком.
Рис. 1. Место неандертальца в подсемействе гоминин в контексте эволюции.
(Основано на материалах, любезно предоставленных Дж. Хоуксом, и на рис. 2 из Galway-Witham, J. et al. 2019. Aspects of human physical and behavioural evolution during the last 1 million years.
Journal of Quaternary Science, 34: 355378.)
Сегодня ситуация кардинально изменилась. Хотя кое-что еще остается предметом для обсуждения, наше генеалогическое дерево оказалось гораздо разветвленнее, чем предполагали такие ученые, как Баск или Дарвин: идентифицировано уже более 20 видов гоминин, живших в последние 3,5 млн лет. Корнями оно тоже уходит глубже, чем казалось. На превращение мелких, проворных млекопитающих в гоминин, а затем в неандертальцев ушло невообразимо много времени. Огромные леса в течение 25 млн лет кишели обезьянами, из которых уже выделилась линия, ведущая к человекообразным. Первые представители этих бесхвостых приматов из рода Proconsul спустились с деревьев на землю в восточной Африке. Затем, когда образовалась Большая рифтовая долина и началось глобальное похолодание, человекообразные прибегли к масштабной диверсификации и рассредоточению. Ловкие пальцы дриопитеков и других приматов в период 1510 млн лет назад число видов выросло не менее чем до 100 с одинаковым проворством отыскивали пищу во влажных лесах и открывали новые земли.
С этого момента появляются все более подробные антропологические и генетические данные, свидетельствующие о том, когда и в каком месте наши собратья высшие приматы выбрали собственный путь развития. Орангутаны в Азии делили джунгли с огромными гигантопитеками, ревом и битьем кулаками в грудь сотрясавшими туманные окрестности на заре[24]. В Африке же примерно 10 млн лет назад выделились гориллы, затем шимпанзе и приблизительно тогда же первые существа, передвигающиеся на двух ногах. Не все они были гомининами, то есть непосредственными родственниками неандертальцев и нас, сапиенсов, но важный рубеж был пройден.
В редких костях гоминин, живших 73 млн лет назад, мы наблюдаем черты так называемой мозаичной эволюции, в которой зачастую обескураживающим образом сочетаются архаичные и прогрессивные анатомические признаки[25]. Вот плосколицый кениантроп (а также многие австралопитековые) настоящий «проточеловек», передвигается строго в вертикальном положении и наращивает объемы головного мозга. А вот около 3,3 млн лет назад некто в Ломекви изготовил простейшие каменные орудия. Вероятно, здесь начинается интенсивный цикл обратной связи между мясом и камнем: соблазн отведать мяса, скорее всего, появлялся и раньше, но, имея острый нож, можно срезать больше плоти и жира с огромной туши.
Пока не ясно, из какой предшествующей группы гоминин возник род Homo, однако наш с неандертальцами первый достоверно установленный общий предок выходит на сцену приблизительно 2 млн лет назад. Это Homo ergaster («человек работающий»)[26], и уже примерно миллион лет назад эти древние люди определенно были самыми настоящими охотниками-собирателями и пользовались гораздо более сложными технологиями, чем предыдущие виды. Они первыми изготовили бифасы обработанные с обеих сторон каменные орудия[27] и переносили их на местности дальше, чем когда-либо. Значит, их жизнь была более спланированной, а социальные связи более развитыми.
Тело Homo ergaster это, по сути, уже тело человека. Они были высокого роста, прекрасно бегали, на их ступнях не оставалось и намека на способность цепляться за ветки деревьев, а аккуратные лица, мелкие зубы и конечности правильных пропорций однозначно говорят о том, что они приходятся прямыми предками неандертальцам и нам. Самое поразительное заметно увеличившийся объем мозга. Это были самые хитрые, разносторонне развитые приматы из всех ходивших ранее по Земле. Они определенно выбрались за пределы африканского континента, хотя окаменелости и простые орудия этого времени в Евразии указывают на прежнее «суперархаическое» население[28].
Но откуда именно пришли неандертальцы? Самые древние останки гоминин в Западной Европе найдены в пещере Сима-дель-Элефанте (Атапуэрка, Испания), их возраст составляет около 1,2 млн лет, при этом они намного старше самых древних костей, похожих на неандертальские. Кости из Гран-Долина, более позднего памятника в той же Атапуэрке, датируются периодом 850 000800 000 лет. Они вполне могли принадлежать предкам как неандертальцев, так и Homo sapiens или как минимум представителям близкой родственной группы. Эти гоминины, получившие название Homo antecessor («человек предшествующий»), обитали не только в Иберии, но выживали и в гораздо менее мягких условиях далеко на северо-востоке Европы. Это было доказано в 2013 г., когда в Хэпписберге на восточном побережье Великобритании в результате шквалистых ветров и приливов вскрылись древние глинистые отложения возрастом 900 000 лет. Странные отметины на их поверхности оказались десятками отпечатков ног: это были следы небольшой группы гоминин, двигавшихся вверх по Темзе от широкого устья вдоль исчезнувшего ныне северного русла[29]. Всего за две недели море стерло с лица земли этот потрясающий археологический памятник, однако фотограмметрия показала, что следы принадлежат как минимум одной взрослой особи и группе детей от подростков до малышей. Последним, судя по всему, с трудом удавалось не упасть на четвереньки в этой вязкой жиже, забивающейся между пальцами. Анализ сохранившейся пыльцы показал, что эту болотистую местность окружали холодные хвойные леса.
Следы мягких тканей из такого далекого прошлого встречаются крайне редко, и их недолговечность контрастирует с бесстрастными окаменелостями, по которым исследователям приходится определять происхождение неандертальцев. Генетика говорит о том, что их линия выделяется около 700 000 лет назад, и хотя люди из Гран-Долина жили всего за 100 000 лет до того, они с неандертальцами не слишком похожи друг на друга. Возможно, что в Европе в этот период было несколько разновидностей гоминин, но кости тех, кто жил в следующие несколько сотен тысячелетий, часто чем-то напоминают ископаемые останки их современников из Африки. Это касается и массивной нижней челюсти, обнаруженной в Германии в 1907 г., обладатель которой получил название Homo heidelbergensis («человек гейдельбергский»). Долгое время считалось, что он и есть вероятный предшественник неандертальцев, но окончательно прояснили картину последующие работы на третьем объекте в Атапуэрке в пещере Сима-де-лос-Уэсос. Остается загадкой, каким образом останки минимум 28 гоминин многие в безупречном состоянии попали в эту глубокую «яму костей»[30][31]. Но именно их возраст от 450 000 до 430 000 лет и анатомия указывают на то, что они и есть настоящие протонеандертальцы, что в 2016 г. было подтверждено анализом ДНК[32].