Всего за 459 руб. Купить полную версию
Райнхольд Месснер
Письма из Гималаев
НЕ ПОЙДУ ПРОПАДУ.
Reinhold Messner
Gehe ich nicht, gehe ich kaputt. Briefe aus dem Himalaja
В оформлении обложки использована фотография: saiko3p / Shutterstock.com Используется по лицензии от Shutterstock.com
Фото на обложке: © Bernhars / GettyImages.ru
© 2020 Reinhold Messner
© 2020 Piper Verlag GmbH, München/Berlin
© Морозова П.А, перевод, 2023
© Бойко С.В, литературный редактор, 2023
© ООО «Издательство «Эксмо», 2023
27 июня 1980
Дорогой Райнхольд!
Пишу тебе в Тибет, хотя не уверена, получишь ли это письмо!
Ты живешь в совершенно ином мире, в отличие от братьев, и дело тут не в одних только горах.
Знаю, ты не можешь иначе, но береги себя!
Ровно десять лет назад вы с Гюнтером были на Нанга-Парбат. Тогда я надеялась, что после этого ты останешься дома.
Но ты снова отправился в горы, и несмотря ни на что, я не пыталась тебя удержать. Не делаю этого и сейчас. В Европе тем временем многое изменилось, горизонт сужается.
Я начинаю все больше понимать твой образ жизни.
Оставайся в Тибете, если у нас грянет война или революция, и береги себя. Я думаю о тебе!
МамаЧЕМ ДАЛЬШЕ ОТ ДОМА,ТЕМ СИЛЬНЕЕ ТЯНЕТ ОБРАТНО.
8 февраля 2020
Любимая,
сегодня я летел из Бутана в Непал, и, когда самолет приблизился к гряде Гималаев, из утренней дымки показалась Канченджанга. Вот это зрелище! Вскоре мы пролетели мимо Джомолхари, и я увидел Макалу, Лхоцзе и Эверест их восточные склоны освещало восходящее солнце. При мысли о том, что в 1970-х у меня ушло десятилетие только на то, чтобы просто увидеть все четырнадцать восьмитысячников, становится понятно, каким это было счастьем отправиться в таинственную Страну снегов и как трудно было поддерживать связь с внешним миром. Как нелегко приходилось моей матери, которая месяцами не знала, где я.
Мне уже не удастся «положить Нанга к твоим ногам», как обещал Маммери своей жене в 1895 году, зато я могу много рассказать тебе о Гималаях. Лха гьяло[1].
Твой РайнхольдРазделенная страсть
«Письма из Гималаев» рассказывают о стремлениях: о том, что вдохновляет месяцами, а порой годами, прежде чем поедешь в экспедицию, и о тоске в далеких странах по дому, семье и близким. Меня в Гималаи привели сначала романтические переживания. Они стали почвой, на которой росли идеи новых, более смелых начинаний, пока не наступало время, невзирая на тревогу родителей, братьев, сестер и жен, снова отправляться в путь.
Часто проходили месяцы, прежде чем письма со склона восьмитысячника Макалу попадали к адресатам. Сначала письмо из высотного лагеря спускалось в базовый, затем посыльный доставлял его в городок Тумлингтар, оттуда легкомоторным самолетом Twin Otter оно переправлялось в Катманду. Дальше несколькими авиарейсами письмо попадало в Европу и уже по земле достигало места назначения. Ответа обычно приходилось ждать так же долго. Нередко письма приходили домой уже после моего возвращения, и нетерпение, с которым их ждали родные, оказывалось напрасным.
Публикацией писем из Гималаев я преследую две цели: рассказать об опыте альпинизма за последние пятьдесят лет и предоставить вниманию читателя, пожалуй, самые искренние рассказы о Стране снегов. Это мои письма и ключевые письма других восходителей, необходимые для понимания двухсотлетней тяги людей к Гималаям.
Всю жизнь я обращался к опыту предшественников великих первопроходцев, стараясь понять и почувствовать, как они пришли к восхождениям. Кроме того, мне посчастливилось выжить в более чем пятидесяти гималайских экспедициях. Благодаря этому постепенно складывалось понимание глубинных изменений в высотном альпинизме. Пришло время сделать эти письма общим достоянием, история, рассказанная в них, более не принадлежит лишь родным и близким.
Когда повезло родиться рано
Мои занятия альпинизмом имеют больше общего с искусством, нежели со спортивными достижениями. Неважно, хожу ли по отдаленным горным долинам или альпийским лугам, где за тысячелетия сложилась самобытная культура, или поднимаюсь по ущельям, ледникам и скалам, взаимодействие с горой нельзя измерить одними цифрами: затраченным временем, категориями трудности, набранной высотой. Остаться в живых в ледяной вышине не что иное, как искусство. Жизнь настоящим моментом, а также счастье, которое получаешь в процессе восхождения, то есть многообразие переживаний, открытий, принимаемых решений, составляют то, что я считаю традиционным альпинизмом: восхождение как путешествие по страницам истории Земли и способ познания человеческой натуры. Пятьдесят лет подряд в письмах домой я фиксировал то, как испытывал на себе силу природы в Гималаях и Каракоруме, и пытался выразить все то, что там, наверху, придает нашей жизни смысл. Так же поступали и другие люди, разделявшие и разделяющие страсть, которая вдохновляет идти на высочайшие вершины. «Письма из Гималаев» вне зависимости от их значимости задокументированная жизненная позиция и чувства, которыми хотелось поделиться. Речь идет о непосредственно пережитом и о том, как убедить других в реальности этих переживаний.
Подборка писем не отличается объективностью, впрочем, ею не отличается и история в целом, однако они прекрасно передают дух времени, будь то представления о возможном и невозможном или «исторически обусловленное» высокомерие сагибов нас, «белых людей»[2].
Порядки и правила в Гималаях когда-то устанавливались богами. Однако эти представления о мироустройстве постепенно сходили на нет и окончательно исчезли с появлением наших историй о покорении вершин. Запад и Восток, городская культура и культура горных народов продолжают взаимодействовать и смешиваться, в частности, потому что в них самих постоянно происходят изменения. С каждым столетием культурное разнообразие уменьшается, уцелевшие культуры подстраиваются друг под друга, становятся масштабнее, сложнее и поверхностнее. Между тем, что считается приключениями сегодня, и тем, какими они были прежде, пролегает пропасть: раньше приходилось принимать в расчет законы природы, путешествия были полны опасностей и препятствий, на преодоление которых уходили немалые усилия, сейчас на смену пришли аттракционы для туристов, а желаемое выдается за действительное. «Письма из Гималаев» рассказывают о подлинном единении человека с природой и о счастье побывать в горах, когда это было совсем не просто.
Считается, что жители Бутана самые счастливые люди на свете. Но разве можно определить степень счастья с помощью анкеты? Как и прежде, счастье зависит от желания искать его. А еще им необходимо делиться, особенно с теми, кто у домашнего очага ждет весточки из последних диких уголков Гималаев.
Благодаря Марко Поло уже в XIII веке в Европе узнали о высочайших вершинах мира:
«ОТСЮДА ТРИ ДНЯ ЕДЕШЬ НА СЕВЕРО-ВОСТОК, ВСЕ ПО ГОРАМ, И ПОДНИМАЕШЬСЯ В САМОЕ ВЫСОКОЕ, ГОВОРЯТ, МЕСТО НА СВЕТЕ ДВЕНАДЦАТЬ ДНЕЙ ЕДЕШЬ ПО ТОЙ РАВНИНЕ, ЧТО НАЗЫВАЕТСЯ ПАМИРОМ; И ВО ВСЕ ВРЕМЯ НЕТ НИ ЖИЛЬЯ, НИ ТРАВЫ; ЕДУ НУЖНО НЕСТИ С СОБОЮ. ПТИЦ ТУТ НЕТ ОТТОГО, ЧТО ВЫСОКО И ХОЛОДНО. ОТ ВЕЛИКОГО ХОЛОДУ И ОГОНЬ НЕ ТАК СВЕТЕЛ И НЕ ТОГО ЦВЕТА, КАК В ДРУГИХ МЕСТАХ, И ПИЩА НЕ ТАК ХОРОШО ВАРИТСЯ»[3].
Глава I
Время первопроходцев
18501924
«Я СДЕЛАЮ ВСЕ ВОЗМОЖНОЕ, ЧТОБЫ ПОЛОЖИТЬ НАНГА К ТВОИМ НОГАМ»
АЛЬБЕРТ ФРЕДЕРИК МАММЕРИ
На рисунке (слева направо): Роберт, Герман, Адольф. Уроженцы Мюнхена братья Шлагинтвейт, одни из первых европейских исследователей Гималаев (рисунок 1892 года).