Всего за 339 руб. Купить полную версию
Хотят на следующей неделе повторить. Опять нас просят.
На следующей неделе? Ни фига себе! Полиция ведь на ушах стоит.
У них манера такая быстро провернули дело и сразу в другой город.
Кадзумаса подавил вздох. Надежды на стабильный заработок двести тысяч, плохо ли рухнули. Недолго «фирма» Мигеля прогостит в Сэндае.
Мигель вот еще что сказал. Ему понравился твой мамори-гами. Это что такое?
Собака.
Та самая? Вот чудак. Ну да ладно. Такие вот дела. О деталях потом сообщу.
Хорошо. Жду.
Разговор закончился.
Не часто случаются такие душевные разговоры, проговорил Кадзумаса, обращаясь к Тамону. Пес посмотрел на него.
«Твоя правда», будто говорил его взгляд.
* * *
Если о существовании Кадзумасы мать позабыла, то Тамона запомнила очень хорошо.
Расплывшись в улыбке, она поманила Тамона и, приговаривая: «Кайт! Кайт!» стала бодро его гладить.
Тамон не имел ничего против.
Сестренка! Можно тебя?
Кадзумаса попросил Маюми пройти на кухню.
Ну что ты сразу о делах-то
Вот. Тут немного. Пригодится на что-нибудь.
Он передал сестре коричневый конверт. Увидев деньги сто тысяч, Маюми нахмурилась:
Что это? Откуда деньги?
Вот разбогател неожиданно. Два дня подряд везло в патинко[12].
Кадзумаса заранее выдумал это объяснение.
Патинко?! Азартные игры?!
Ну какие игры? Просто зашел убить время и случайно повезло.
Давай-ка не увлекайся этим делом. Бросай.
Ладно-ладно.
Но все равно спасибо. Ты мне очень помог.
Маюми прижала конверт к груди и поклонилась.
Ну что ты! Мы же семья.
Все равно спасибо. Есть за что. А с работой как у тебя?
Да-а, привык уже. Может, зарплату немного повысят. Хотя что это за деньги.
Кадзумаса сказал сестре, что устроился водителем в службу доставки. Маюми тоже знала Нумагути. И если бы узнала, что брат работает на него, то разволновалась, пошли бы ненужные разговоры. Ей и с матерью забот хватало. Кадзумаса не хотел ее беспокоить лишний раз.
Ты деньги зря не трать. Откладывай по возможности. Если маме станет хуже, я одна не справлюсь. Вот тогда деньги понадобятся.
А отцовская страховка? Сколько там осталось?
Примерно три миллиона.
И все, да Может, мне в Токио поехать на заработки?
Да, придется, наверное, об этом подумать, сделав серьезное лицо, отвечала Маюми.
Из комнаты матери раздавался веселый смех. Смех обычно смягчает сердца, но мать была больна, и от этой мысли на душе у Кадзумасы и Маюми становилось тяжело.
Пойдем погуляем с Тамоном? Все вместе, предложил Кадзумаса.
Сестра кивнула.
Когда Тамон здесь, мама с удовольствием гуляет. А так все дома сидит.
Маюми засунула пакет с деньгами в задний карман джинсов, сняла фартук.
Мамочка! Пойдешь с Кайтом гулять?
Пойду, пойду, по-девчоночьи звонко отозвалась мать.
* * *
На этот раз они выбрали для прогулки другой маршрут и направились к реке. Прошли по дорожке, которая тянулась вдоль поля, и вышли к берегу. Его окультурили наподобие парка, поставили лавочки.
Их маленькая компания устроилась на одной из лавочек. На свободное место Кадзумаса поставил бумажный пакет, который нес в правой руке. По дороге они зашли в мини-маркет, купили сэндвичи, онигири[13], напитки.
Какая замечательная погода!
Маюми подняла взгляд на небо. День выдался ясным, температура самая комфортная ни жарко, ни холодно. С реки дул приятный освежающий ветерок, холодивший кожу.
Мама! Может, поешь чего-нибудь? спросил Кадзумаса.
Сэндвич с ветчиной, последовал быстрый ответ.
Кадзумаса с улыбкой разорвал упаковку сэндвича, воткнул трубочку в пакетик апельсинового сока и вручил матери.
Кайту можно дать? держа в руке сэндвич, спросила мать у Маюми.
Ни в коем случае! Для собаки то, что едят люди, яд.
По лицу матери пробежала тень. Кадзумаса вынул из пакета куриные палочки.
А вот это ему можно.
Правда? мать взяла упаковку с палочками.
Тамон поднял уши. Похоже, он запомнил, чем кормил его Кадзумаса на стоянке перед мини-маркетом.
Получив угощение, пес радостно завилял хвостом и разгрыз палочку.
Кайт хорошая собака.
Мать смотрела на Тамона и улыбалась.
Мамочка! Ты тоже поешь.
Мать тут же набила себе полный рот.
Может, и мы перекусим? Что-то я проголодалась, сказала Маюми.
Она взяла себе сэндвич с картофельным салатом, Кадзумаса выбрал онигири с икрой трески. Запивали еду улоном из пластиковых бутылочек.
Покончив с едой, Кадзумаса отошел покурить.
Мать без остановки что-то говорила Тамону, а Маюми смотрела на них и улыбалась.
Картина, откуда ни посмотри, получалась идеальная. Ласковое солнце первых дней осени и присутствие Тамона добавляли ей колорита.
Выкурив сигарету, Кадзумаса вернулся на лавочку. Он взглянул на сестру и увидел в ее глазах слезы.
Что случилось, сестренка?
Маюми зажмурилась.
Знаешь, я подумала: какое счастье В последнее время мне было очень тяжело психологически. А сегодня такой чудесный день, мы сидим на берегу, закусываем, мама смеется Мне кажется, я в рай попала. Даже плакать захотелось.
Кадзумаса погладил сестру по спине.
Полгода назад мы как в ад провалились. А сейчас какое-то невероятное чувство после всего, что пережили
Тамону надо спасибо сказать, проговорил Кадзумаса.
Точно! Благодаря ему мама чувствует себя лучше, гуляем все вместе. Спасибо ему.
Тамон не сводил глаз с матери догадывался, что палочки еще остались, а она радовалась, принимая его взгляд за знак любви. Сколько уже мать так не смеялась?
Кадзумаса закрыл глаза и почувствовал, что солнечный свет все равно проникает сквозь плотно сжатые веки. В ушах звучал веселый смех матери. Маюми шмыгала носом.
Может, рай и в самом деле так выглядит. Тепло, спокойствие, счастье.
Так Тамон перенес на небеса Кадзумасу и его близких.
6
Мигель и его напарники сели в машину. Как и в прошлый раз, Хосе устроился рядом с водителем. Мигель, изогнувшись на заднем сиденье, сунул палец между ячейками клетки и почесал Тамона под подбородком.
Мамори-гами опять с нами. Так что все пройдет как по маслу, сказал он.
Ты, похоже, понравился Тамону, заметил Кадзумаса, нажимая на газ.
А что это значит, Тамон?
Тут вот какое дело. Кадзумаса слегка наклонил голову. Это бесхозный пес. На ошейнике было написано «Тамон». Вот я и подумал, что его так зовут.
Бесхозный После землетрясения без хозяина остался?
Скорее всего. Или он потерялся, или хозяин погиб.
Мигель опять нагнулся к клетке и что-то сказал Тамону. И хотя слов Кадзумаса не понял, ему показалось, что иностранцу стало жалко пса.
Похоже, Мигель любил собак.
Как сказал Нумагути, этой ночью Мигеля и компанию требовалось отвезти на станцию метро «Нагамати-минами», что на линии Намбокусэн.
Он высадил пассажиров у выхода со станции.
Через тридцать минут, бросил Мигель, и троица скрылась в ночных переулках.
Как и в прошлый раз, Кадзумаса покатался по городу и через полчаса вернулся на то же место. Тут же показались его пассажиры. Как и тогда, они сохраняли полную невозмутимость.
Кадзумаса тоже чувствовал себя спокойнее. Человек ко всему привыкает.
Без лишних слов Кадзумаса вел машину, объезжая улицы с N-системными камерами.
Где-то в отдалении загудела полицейская сирена, но, судя по звуку, патруль направлялся в другую сторону.
Грабители действовали профессионально. Взламывали ювелирный магазин и убирались восвояси до появления полиции.
Скорее всего, перед тем как совершить ограбление, проводили тщательную рекогносцировку на местности и, только просчитав все варианты, брались за дело.
Кадзумаса, как и в первый раз, остановился недалеко от дома. Хосе и Рикки быстро вылезли из машины и удалились. А Мигель остался.
Что-то еще? спросил у него Кадзумаса. Ему почему-то сделалось не по себе.
Слушай. Не отдашь нам своего мамори-гами? сказал Мигель.