Всего за 129 руб. Купить полную версию
Мужик между тем делал что‑то странное. Достал из шкафчика соль, взял со стола дохлого голубя (Сережа только сейчас его заметил) и принялся посыпать эту гадость солью.
– Э‑э‑э… А что это вы делаете? – растерянно спросил Сережа.
– Солю, – добродушно пробасил мужик. – Ты когда‑нибудь ел птицу без соли, человечек?
Сережа, обалдевший, помотал головой.
– И правильно! – одобрил толстяк. – Редкая гадость. А с солью – совсем другое дело!
И тут, к ужасу Сережи, мужик откусил головку дохлой птички вместе с клювом и перьями и разжевал.
– Фкушнятина, – сказал он, громко хрустя косточками.
Этого зрелища Сережин желудок перенести не смог. Содержимое его рванулось наружу, а сам Сережа стремглав метнулся в туалет.
Через несколько минут он, почти трезвый, испуганно‑рассерженный, появился перед Катей, по‑прежнему пребывавшей в мучительных раздумьях.
– У тебя на кухне – какой‑то мужик! – обвиняющим тоном заявил Сережа, не обратив внимания на то, что Катя не только не разделась, но, наоборот, застегнула всё, расстегнутое Сережей.
– Какой еще мужик? – не поняла Катя.
– Такой! Толстый. С голубем! Ну‑ка пошли! – Сережа решительно ухватил ее за руку.
На кухню, впрочем, он вошел вторым, ловко выдвинув Катю вперед.
На кухне никого не было.
Зато Катя увидела у батареи знакомую голубиную лапку.
– Где он? – Не увидев толстяка, Сережа вновь обрел уверенность. – Сбежал?
– Кто? – невинно спросила Катя, незаметно запинывая улику под батарею.
– Мужик! Тут был мужик! И жрал сырого голубя!
«Если он расскажет отцу, меня непременно выгонят», – подумала Катя.
– Какого голубя? – спросила она, постаравшись, чтобы голос ее звучал спокойно и уверенно. – Тут никого нет!
– Как это нет! – Сережа шумно потянул воздух. – А почему тогда тут воняет! Говори, кто это?
– Не желаю слушать твой бред! – крикнула Катя и выскочила из кухни.
Сережа выглянул в окно. На площадке было пусто. Он решительно (если противник ретировался, значит, он испугался) направился к двери. Тут его ждал сюрприз: дверь была заперта, и засовчик, который Сережа предусмотрительно задвинул – тоже на месте. Нет, ну он же точно видел толстого такого мужика!
Сережа снова направился на кухню, но на полпути его перехватила сердитая Катя.
– Воняет, да? – гневно произнесла она. – Тебе интересно знать, почему тут воняет? Так я тебе объясню! Потому что один придурок допился до глюков и заблевал весь туалет! А я тут полдня сегодня мыла! – Искреннее возмущение звенело в ее голосе. – И не думай, что я буду убирать за тобой блевотину! Сам нагадил – сам и приберешь! – Она шваркнула Сереже под ноги тряпку. – Причем чисто, понял? Или я завтра всё твоему отцу расскажу! И про мужика, который сырых голубей жрет, – тоже!
Вот теперь Сережа испугался по‑настоящему. Полгода назад отец нашел у него марку с «кислотой». Шуму было – словно Сережа дом поджег. И под занавес обещание: если еще хоть раз, хоть что‑то – сразу в клинику.
«Наркошу в семье не потерплю! – орал папашка. – Каленым железом!»
Если эта дурочка сболтнет про мужика и голубя – Сереже конец. Папашка его сразу в дурку определит.
«Надо заткнуть ей рот…» – мужественно подумал он, грозно надулся…
Наткнулся на бешеный взгляд Кати (вот уж не ожидал он от этой куколки такой ярости!) – и сдулся, как проколотый мячик. Страх пересилил.
– Я уберу, – пробормотал он, наклоняясь за тряпкой. – Я уберу, ты не беспокойся…
И убрал. Очень старательно. А тряпку выстирал и аккуратно повесил на батарею.