Виктор Богданов - Код команданте стр 13.

Но пока ещё у меня оставались вопросы к Сашке и надо их прояснить.

 Скажи, Саша,  спросил я, отправив кадетов тренироваться в стрельбе из лука,  много ли ребят, по твоему мнению, знают эту городскую легенду и как часто кто-то пытается дойти до реки?

 Легенда старая, её, наверное, знают все, а вот насчёт реки тут не всё так просто  Сашка как-то неуверенно посмотрел на меня.

 А что такое?

 Я слышал, что раньше многие пытались дойти в такой день до реки, только это почти никому не удавалось. Понимаешь, очень редко, кому удаётся дойти до реки. Я сам удивляюсь, что мне удалось добраться сюда, и к тому же увидеть здесь вас троих.

 Что же такого в этом удивительного?

 А ты сам разве не знаешь?

 Не знаю. Мы с ребятами не из твоего города, а из другого. У нас нет такой легенды.

 Да? Тогда откуда вы?

 Потом скажу. Ты не ответил на мой вопрос. Так что же удивительного?

Сашка нерешительно посмотрел на меня, словно оценивая, стоит ли ему отвечать на вопрос, потоптался немного, потом виновато улыбнулся, словно был виноват в том, что потом сказал:

 Понимаешь, Май, рядом с Летянинском нет никакой реки, поэтому найти её никто не может. У меня получилось случайно.

 Почему случайно? Разве ты не хотел найти реку?

 Хотел, конечно! Но куда идти, если никто не знает дорогу? Вот поэтому говорю, что получилось случайно.

 Получается, что тебе невероятно повезло! Как думаешь, почему?

Сашка на какое-то время задумался, видимо, вспоминая что-то, потом продолжил:

 Ближайшая река от Летянинска протекает в восьмидесяти километрах. У нас есть большое озеро, но никакой реки нет. А по легенде до реки дойти пешком плёвое дело. Вопрос в том, куда идти? Никто и нигде не говорит и не рассказывает о направлении, где и как искать реку. Поэтому у нас очень много разных мнений, где может быть эта дорога. Одни говорят, надо искать за озером, другие  в противоположной от него стороне, а третьи  о пустыре за железнодорожным вокзалом. Кто-то утверждает, что найти реку можно только тогда, когда идёт дождь и его струи стекаются вместе, образуя реку. А кто-то говорит, что это озеро в этот день вытягивается в реку. В общем, точной дороги никто не знает, и указателей никаких нету.

 Интересно! Как же ты сюда добрался?

 У нас частный дом на окраине. Есть сад и огород. Вчера вечером, когда ложился спать, бабушка сказала (она знала, что я сегодня собирался пойти искать реку), что реку никогда не найдёт тот, кто ищет её где-то. Она подчеркнула именно ИЩЕТ ГДЕ-ТО. «Река сама позовёт и скажет, как до неё добраться»  сказала бабушка. Я проснулся на рассвете, меня как будто кто-то позвал. За окном было тихо, даже птицы ещё не проснулись. Встал, оделся и вышел во двор. Ещё с крыльца увидел, что в саду стоит туман. Понимаешь, в саду туман стоит, а во дворе и на улице его нет! Я такого никогда не видел. Ноги сами понесли меня в сад. За садом у нас небольшой участок с посаженной картошкой, а тут я прошёл через окутанный туманом сад, и за ним не было грядок с картошкой. Сразу за садом начинался лес, которого там никогда не было! По лесу я шёл совсем недолго. Минут двадцать, наверное. Потом наткнулся на небольшое озеро, совсем неподалёку отсюда, а потом уже увидел реку и вас на берегу. Вот так я попал сюда.

Да, всё просто и неожиданно для мальчишки! Совсем как для нас с Тимкой, когда мы с ним ступили на тропу Юргена. «А, может, Сашка такой же, как я, бывший взрослый?»  мелькнула на секунду шальная мысль, но я тут же отмёл её, как совершенно невозможную. Если бы он был таким, как я, то я сразу понял бы это. Взрослого в теле ребенка распознать очень даже просто, как бы он ни пытался «замаскироваться» или подстроиться под поведение подростка. Всё равно в поведении, словах и действиях, даже в непроизвольных жестах, взрослость выдаёт себя. Нет, Сашка не взрослый, а обычный мальчишка, случайно прошедший очередной неведомой тропой между мирами. Случайно? Вот в этом я уже не уверен. Такого «случайного» шанса судьба, или провидение, или кто там неведомый распоряжается этими делами, просто так никому не даёт! А уж если этот неведомый «кто-то» дал мальчишке возможность проскочить в другой мир, то, скорее всего, у него далеко идущие планы. На этого мальчишку планы.

 А как пойдёшь обратно? Дорогу найти сможешь?  улыбнулся я.

 А чего её искать? Тут же недалеко совсем  я помню дорогу,  спокойно пожал плечами Сашка и посмотрел на солнышко.  Скоро полдень будет, не знаешь?

 Не торопись, время ещё есть. Иди с ребятами из лука постреляй. Стрелял когда-нибудь?

 Мы играли в индейцев.

 Самодельные игрушки не в счёт. Этот лук настоящий.

Мы по очереди стреляли в мишень на берегу. Сначала я учил всех, как правильно держать лук и стрелу, целиться и натягивать тетиву, а потом, когда стало уже хоть что-то получаться, объявил конкурс на самого меткого стрелка. Ну, насчёт меткости, конечно, слишком громко сказано. Всем троим мальчишкам хорошо, если попадали в большой лист лопуха с двадцати шагов, что случалось не так уж и часто. Но ребята вошли в азарт и продолжали состязание, бурно реагируя на каждое попадание и расстраиваясь при промахе.

Короткий двойной сигнал ревуна катера распорол тишину над рекой. Это был вызов меня на связь. Причём вызов срочный. Оставив ребят, я отошёл в сторону и достал рацию.

 Что случилось?

 Господин команданте, вы распорядились связываться в любое время, когда будут новости о капитан-лейтенанте Ильмаре. Есть новости.

 Хорошо, говорите.

 Господин Ильмар прибыл в летнюю резиденцию и в настоящее время собирается на глиссере сюда. Прибудет, ориентировочно, через полтора часа.

 Понятно. Что ещё?

 Больше ничего.

 Спасибо. Заметите катер Ильмара  мяукните один раз сиреной, я буду знать.

 Есть! Принято! Просигналим, как только появится на радаре.

 Кстати, насчёт радара: никаких нарушений в работе радиолокации или радиосвязи сегодня не фиксируете?

Капитан катера ответил с небольшой заминкой, что не ускользнуло от меня.

 Нет, господин Май, никаких особых нарушений или поломок не зафиксировано.

 А не особых? Может, помехи какие-то необычные или непонятные?

 Есть одна необычная помеха, но она не на воде и на несение нашей службы не влияет.

 Подробнее, капитан.

 Помеха в виде пульсирующей отметке на суше. Появилась на рассвете и до сих пор видна на экране. Как будто своеобразный маячок сигналит. Через равные промежутки времени сигнал то горит ярче, то тускнеет. Точно, как маяк светит.

 Где этот сигнал, уточните.

 На острове в пяти с половиной километрах от вашего лагеря. Но мы проверили тот район другими средствами наблюдения и ничего угрожающего или настораживающего не обнаружено. Думаю, это что-то из разряда атмосферных помех, возникающих спонтанно и пропадающих также спонтанно. Никакой опасности нет, мы держим под контролем все подходы к вашему лагерю.

 Хорошо, капитан. Спасибо. Отбой.

Я не случайно спросил о помехах капитана катера. Сашка пришёл из другого мира, это мне понятно. Шёл он, по его словам, не так уж долго и далеко, а это значит, что где-то тут неподалеку возник проход в его мир. Или из его мира  это, как говорится, смотря с какой стороны смотреть. Но с какой ни посмотри, а пробой межпространственных границ, создание прохода между мирами  это нарушение пространственно-временного континуума. А такое нарушение непременно должно сопровождаться каким-нибудь возмущением этого самого континуума. Физическим, электромагнитным, волновым или любым другим. Но, каким бы ни было, оно должно хоть как-то фиксироваться приборами наблюдения. Это я понял два десятка лет назад, когда старый отшельник нашёл место перехода обратно в мой родной мир для меня и Тима. Не смог бы он найти точное место, если бы его следы не фиксировались хоть какими-то техническими средствами.